Хозяин янтаря - Александр Шакилов

Не оглядываясь, расслабленной походкой я двинул мимо фур к ангару. Может, у Ирода свое мнение на этот счет, но я и без всяких планов был уверен, что поступаю верно. Бывает у меня такое — знаю, и всё. Спросите откуда — не скажу.

Чингиз и Родин пристроились сзади.

— Эй, братки! — окликнул я качков, отчитывающих грузчика. — Огоньку нема?

Те хмуро взглянули на меня, но ничего не сказали. Ну и отлично. Мы ничем не отличаемся от здешнего сброда.

И тут меня словно током шандарахнуло: я застыл на месте, открыв рот, и едва не заскулил от радости. Знаю, что идиот и так нельзя, она ведь предала меня, хотела убить, но… Милена! Я увидел Милену! Она шла по ангару под руку с высоким седым мужчиной в кожаном пальто. Мужчина опирался на черную трость.

Выжила, значит! И такая же красивая, как прежде. Нет, еще красивей: стройная фигурка в белом плаще, который не столько скрывал, сколько подчеркивал ее восхитительные формы, роскошные светлые волосы, спадающие чуть ли не до ягодиц… И походка — не натужное дефиле манекенщицы, но нечто воздушное, стремящееся ввысь. Я вдруг остро почувствовал, как мне ее не хватало. И вроде вот она, рядом — подойди к ней, протяни руку, обними, но… Между нами все кончено. Я оставил ее в Припяти одну, и это было равносильно смертному приговору. Но мутанты и аномалии не тронули ее!..

— Чего встал? — дернул меня за рукав Чингиз. Я промычал в ответ нечто невразумительное. Он проследил за моим взглядом:

— Ничего так цыпа, под пиво пойдет. Твоя, что ли, краля? Та самая?

Я зарычал и потянулся за ножом, твердо решив отрезать военсталу поганый язык.

Чингиз отпрыгнул в сторону и миролюбиво поднял руки:

— Да ты что, Край?! Я ж пошутил! Пошутил я!

Но товарищ меня уже мало занимал. Кто этот мужчина рядом с Миленой? Я испытал острый приступ ревности. Макс Край сошел с ума, так и запишите — это диагноз. Радиация повредила мой мозг. Я накинулся на друга, а теперь мне хотелось, наплевав на мечту, винтовки и Зону, бежать вслед за Миленой и ее ухажером, схватить его за плечо, развернуть лицом — гнусной рожей! — к себе и…

Я прикусил губу. Больно. Не помогло. Дыхание хриплое, кровь молотком стучит в висках. Ущипнул себя за руку. Уже лучше. Сейчас бы глоток-другой водки, а лучше целый стакан залпом, но… Нельзя! Нет. Это не панацея от всех проблем. Нет.

Когда кровавая пелена спала с моих глаз, я еще раз взглянул на мужчину. И узнал этого престарелого джентльмена. Нашел, Максимка, к кому ревновать! Это же отец Милены! Точнее — отчим, который ее удочерил. Он сильно изменился. Я помнил его сильным мужчиной, появление которого заставляло вставать по стойке смирно. Его переполняла харизма. А теперь… Он все еще был в авторитете, но… Я видел, как на него смотрели: его боялись, очень боялись. Немыслимо, чтобы кто-то встал у него на пути. Он тут что, большой бугор?..

— Кто этот мужик? Рядом с твоей цыпой? — спросил Чингиз, став так, чтобы я не смог до него дотянуться.

Я пожал плечами:

— Да так, родственник.

— Это Профессор, — вдруг подал голос Ирод.

Я так и обомлел. Отчим Милены и есть тот самый Профессор?!..

И тут я вспомнил: в детстве, в запретной комнате с мутантами трое парней с оружием называли отчима Милены профессором. Точно, было! Я тогда подумал, что это научное звание, и до сих пор никак не соотносил с прозвищем авторитета, затеявшего серьезную игру в Зоне. Не профессор, а Профессор. Как же я сразу не догадался?..