Инь-ян. Красные крылья - Евгений Щепетнов

Старейшина взмахнул рукой, и Сергей почувствовал, как с тела слетели невидимые путы, рука дернулась – оцепенение прошло. Подтянул к себе дочь старейшины и, ослабив захват на горле, поставил ее рядом с собой:

– Одно движение, и я сломаю ей шею. Сейчас я выйду, она пойдет со мной. Когда окажусь вне опасности – отпущу. Все понятно?

– Отпусти ее, – мрачно бросил старейшина, потирая шею. – Я обещаю тебе, что не трону. Ты уйдешь. Клянусь.

– Он выполнит! – подал голос Лурк, с трудом поднимаясь с пола. – Он всегда выполняет обещания, не бойся! Старейшина Донг, говорил же я, ну не надо ее трогать! Неправильно все это! Вот никто меня не слушает, а потом…

– Заткнись! – устало вздохнул старейшина. – Серг, я всегда держу слово. Ты уйдешь, и тебе никто не причинит вреда. Братья выведут тебя наружу. Только я предлагаю переночевать здесь, и с рассветом уйдешь. И братья устали, и ты устала. Выспишься и уйдешь.

– Я у тебя не останусь, – мотнул головой Сергей, отпуская девушку и подозрительно следя за руками Донга, готовый мгновенно захватить того гравитационной петлей. – Я тебе не доверяю.

– Это правильно, – кивнул Донг. – Но можешь не бояться, раз я пообещал. Впрочем – дело твое, можешь уходить хоть сейчас. Тебя проводят. Проводишь, Лурк? Кстати, твой тупоголовый брат жив?

– Жив я! – возмущенно подал голос Джан, выползая из-под скамьи. – Чего тупоголовый-то?! Я по своей вине получил по башке?! Кто виноват? Вот зачем надо было на девку нападать?! Говорила же – сама уйдет! Старейшина, а не ты ли…

– Заткнись! Щас получишь у меня! – рыкнул Донг, не глядя на красного Джана, потирающего громадную шишку, выросшую на лбу. – Разговорились! В общем, плевать мне. Хочешь – оставайся, ночуй, утром уйдешь! Нет – вали и забудь дорогу сюда! Лурк и Джан проводят туда, откуда забрали! Все!

– Пусть у нас ночует, – вдруг предложил Лурк, схватившись за голову. – Старейшина Донг, полечи! Башка трещит! Эх, сильна девка! А что вообще это было? Как она с нами справилась? Ты же ее заморозил!

– Заморозил, да не до конца, – хмуро пояснил староста, не глядя на Серг. – Похоже, что крылья помогли, они ведь ее лечат. А потом она нас магией скрутила. Да, не ожидал я, что ты настолько сильна… У нас таких сильных Крылатых нет.

– Это чё, такая магия Крылатых, да? – с интересом перепросил Лурк. – А как она Джана завалила? Чайником, что ли? Ох, злая девка! На мамашу похожа! Ее даже старейшина Донг боится! Ее все боятся!

– Ну, чего болтаешь? – поморщился Донг и поманил рукой дочь: – Ты как, в порядке? Помощь нужна? Нет? Слава богам. Иди спать. А вы… в общем, валите отсюда. Все! Я все сказал.

* * *

– Ты не злись на него. Он так-то хороший. Он о нас заботится. А видела, какой сильный колдун?! Но ты тоже сильная, да! Вон как ты его скрутила! Ты ночуй, ладно? Так не хочется идти в ночь! Поспим, а утром и пойдем! Мы тебе топчан найдем, да! А сами с братом ляжем! Он на полу ляжет, а я на топчане!

– Чего это я на полу? Ты на полу, а я на топчане! Ты ее притащил, вот ты и отдавай свой топчан!

– Да ладно, ладно – жадная ты скотина! Ляжешь на топчан! Ну что, пошли, Серг?

– Да пошли… – кивнул Сергей, незаметно вздохнув. Тащиться в ночь ему очень не хотелось. Впрочем – что той ночи осталось?

– А мамаша ваша не против будет? Вы такие ужасы про нее рассказали, что после этого ваш колдун-старейшина кажется нежным и добрым!

– Да ладно! Мамка так-то хорошая! Только не противоречь ей, и все! Она не любит, когда ей против толкуют!

– Далеко еще? – прервал Сергей, полный худших предчувствий и уже жалеющий, что решил переночевать.

– Да вот уже и пришли! Видишь, вон та дверь, зеленая! Вот там мы и живем! Щас дома будем! Эх, и устал же я! Сколько мы с тобой прошли, братан?

– До хрена! Хреновая у нас работка, брат! И чего мы не колдуны?! Сидели бы дома, жрали лепешки…

– Наконец-то! – Дверь открылась, и на пороге возникла высокая женщина лет сорока с жестким, но довольно красивым лицом. По комплекции она напоминала Морну – не толстая, но могучая, эдакая былинная богатырша, которая и коня куда-то там забросит, и даже избу разворотит – если достанут!

Увидев братьев в сопровождении незнакомки, она удивленно подняла брови и вдруг улыбнулась, обнажив безупречно белые, ровные зубы:

– Живые, демоны! И даже с девицей! В кои века не пьяные притащились, а с подружкой. Входите, поганцы! Небось голодные? А тебя как звать, незнакомка? Откуда ты взялась в нашей дыре?

– Мам, это Серг! Она с Острова, колдунья, и чуть не задушила старейшину! – быстро выпалил Лурк, опасливо косясь на зажатую в руке женщины скалку. – Ей переночевать надо, а завтра мы ее проводим наружу! Она Крылатая!

– Старейшину едва не придушила?! – насмешливо ухмыльнулась женщина. – Оооо! Сколько раз я сама хотела его придушить! Зря совсем не задушила! Ну входи, входи… и вы входите, поганцы! Кстати – вашу бражку я нашла и вылила! Чтобы больше всякую гадость сюда не таскали! Все в вашего отца! Вот говорили мне – не выходи замуж за сапожника, они все пьяницы, и что? Послушалась я маму? Не послушалась! И что вышло?! Да ничего хорошего! Два раза – и ничего хорошего! Да входи ты, девочка, чего стоять на улице… Не бойся, я не старейшина, не наброшусь. Небось и тебе какую-нибудь гадость сотворил? Вечно интригует, вечно у него какие-то тайны. Расскажешь, что и как! Пошли!

Сергей молча перешагнул порог и оказался в большой кухне, освещенной масляным фонарем. Не спрашивая разрешения хозяйки, зажег магический фонарь, пристроив его у потолка, на что женщина довольно кивнула и погасила свой фонарь.

– Ага, хорошо, а то масла мало осталось! Завтра надо будет зайти в лавку, купить. Садись за стол, сейчас лепешек подам. С медом! Любишь с медом? Тебе есть надо, вон какая худенькая. Совсем оголодала. Женщина должна быть справной, мужики любят женщин в теле!

– Мам, она же крылатая! Толстую крылья не подымут! – возразил Лурк, набивая рот лепешкой, и тут же получил подзатыльник.

– Сколько раз тебе говорила – с набитым ртом не толкуй! Подавишься и помрешь!

– Я скорее всего от твоей руки помру! – фыркнул сердитый парень, сбрасывая маскировочный костюм и оставаясь в светлых подштанниках и рубахе. – Пойду сполоснусь! Ты как, Серг, не составишь компанию? Я тебе спинку потру! Ты холодной воды не боишься? Мы холодной водой моемся. Мамка говорит – так крепче будем!

– Охальник! – покачала головой женщина. – Пошел вон! Мойся скорее и приходи! И ты иди, Джан, от тебя воняет, как от протухшей рыбы!

– Полежала бы целый день на солнце в этом барахле, тоже бы завоняла, – буркнул Джан и под грозным взглядом матери тут же благоразумно исчез в другой комнате, будто унесенный порывом ветра.

– Хорошие мальчики, – широко улыбнулась женщина. – Я ругаю их, иногда луплю, но так, для порядку! Их не лупи – они и разбалуются! А так-то у них добрые сердца. Шалят, конечно, но куда без этого? Мальчишки же! Вот взяли и в следопыты пошли! Говорят – не хотим башмачниками быть, как отец. Хотим на воле гулять! И лупила, и уговаривала – ни в какую! Упрямые – все в меня. Вот только умом не в меня пошли, а в папашу – тот хороший, добрый, но вот насчет головы – не ахти как здорово. Так что тебя привело к нам? Расскажешь? Если хочешь, конечно. А я пока тебе налью горяченького! Хочешь похлебки? Наши-то похлебку не жрут, хоть и заставляю. Им бы все на ходу кусок схватить, в рот напихать и дальше побежать, а без похлебки какая сила? Ты хорошая девушка, сразу видно – наши плохую бы домой не потащили. Давай, рассказывай, что случилось! Может, и я чем помогу!