Гладиатор. Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники - Андрей Посняков

– Да уж, – ухмыльнулся ветеран. – Наш Валерий наконец сможет жениться. Рим – это Рим, а не какая-нибудь глушь, где каждого всякая собака знает.

– Ну, за Валерия! – Гладиатор поднял бокал. – Он где сейчас квартирует?

– На постоялом дворе в торговой гавани, «Сиреневый кот» называется.

– А почему сиреневый? – изумился Беторикс.

– Все так спрашивают! Нет, чтобы спросить, почему кот.

– И почему?

– Хозяин уж очень котов любит. Подкармливает, плошки на улицу выставляет. К нему все бродячие кошки на обед приходят. А сиреневый потому, что запах цветущей сирени по весне ему тоже нравится.

– А, все удовольствия сразу, значит.

– Я ведь не только за этим пришел, – кивнув на кувшин, озабоченно промолвил старик. – Сомнения одни есть… Эти галлы, что бежать пытались, прятались у ворот среди старых амфор. Только собаки их и приметили. Вот новый ланиста и задумался: кто это так вовремя амфоры у ворот сложил? Что это – простая небрежность или умысел? Он потому и галла вполсилы наказал – не хочет, чтобы тот рано помер, надеется, что сообщников выдаст. А с этими амфорами – либо из охраны кто местечко на заднем дворе расчистил, либо твоя женщина постаралась.

– Алезия? Она-то тут при чем?

– Может, и ни при чем, а может… Но Виниций ее допросить собирается, ты имей в виду.

– Спасибо, что предупредил!

– Да чего уж там. Чай, не чужие. Дальше сам думай.

Допив вино, Клавдий ушел, и молодой человек принялся нервно мерить шагами комнату, едва не перевернув жаровню.

Алезия! Ну, как же она могла подставиться с этими амфорами. Совсем страх потеряла…

Виталий еле дождался прихода подруги – та сегодня закончила рано, солнце еще сияло в небе оранжевым шаром, словно жалело расставаться с крышами домов, кронами деревьев и мачтами зимующих в порту кораблей.

– Милая… – начал было Тевтонский Лев и осекся: на девушке будто лица не было! – Ты что так… случилось что?

– Виниций… – Алезия скорбно махнула рукой.

– Что?! Опять приставал?

– Намекал что-то про завтра, гад! Мол, сегодня ему некогда, дела у него.

– Так он ушел?

– К хозяину с докладом отправился.

– Значит, так! – Беторикс хлопнул в ладоши. – Нам нужно срочно отсюда сваливать!

– Кого… сваливать? Куда?

– Ну, бежать! Бежать, понимаешь?!

– Некоторые уже попытались…

– Ну, и молодцы! И с амфорами неглупо было придумано.

– Да, если бы не собаки! Ой…

– Так-так! – Усевшись, Тевтонский Лев взял подругу за плечи. – А ну-ка, давай, колись!

– Что… делать? Чем колоться? И зачем?

– Ну, рассказывай. Ты ведь парням помогала?!

– Ну, я. – Алезия сверкнула глазами. – Эти несчастные – секваны, а мать Кари… Кариоликса – из наших, мандубиев.

– Откуда ты знаешь? Вы были с этим Кари знакомы?

– Нет, просто у него на спине, меж лопатками, такой же журавль, как и у меня. Ну, ты видел.

– Да, видел. – Обняв подругу, Беторикс поцеловал ее в губы. – Что ж ты мне ничего не сказала! Вместе бы придумали получше.

– Тебе? Я… – Девушка отвела глаза.

– Ясно, ты мне не доверяешь! – Гладиатор нахмурился. – Собственному мужу не доверяешь, значит?

– Какой ты мне муж? Даже по римским законам мы всего лишь сожители. Тем более – по нашим!

– Знаешь, а я вот так не считаю! – Пальцы Беторикса побелели, и девушка дернулась.

– Пусти. Мне больно.

– Извини, милая. Так, давай оставим семейные сцены на потом, а сейчас подумаем о побеге. Хорошо?

– Хорошо, – Алезия неожиданно улыбнулась. – Я согласна. Но и ты извини: как же я могла полностью доверять человеку, который сам непонятно что? Ты не галл, не римлянин, не германец. А еще не так давно ты столь дотошно расспрашивал меня про дорогу на север, помнишь?

– И что?

– А то, что не получится плыть вверх по Родану, как я тебе говорила – слишком уж бурное течение. Ну, внизу еще может быть, но дальше…

– Это плохо, – признался молодой человек. – А я как раз на Родан и рассчитывал. Нас ведь будут искать. Манлий – человек влиятельный, конечно же снарядит погоню. И куда мы можем бежать – германец и галльская женщина? Ясно, что на север, на родину, больше просто некуда. А это значит, что нас будут искать по дороге на Каркасо или Немаус, то есть в землях вольков. Вольки нас и схватят.

– Да, схватят, – задумчиво повторила Алезия. – И что же ты предлагаешь, милый? Где-нибудь отсидеться?

– Отсидеться? В Нарбо? Боюсь, не получится, это тебе не Рим.

– Но тогда что же нам делать? Оставаться здесь больше нельзя, бежать тоже нельзя…

– Бежать можно, только в другую сторону, – Виталий улыбнулся и погладил подругу по щеке. – Мы подадимся на юг!

– На юг?! Ты с ума сошел! Там же море!

– Знаю, что море. Значит, нам нужен корабль…

– Корабль?

– На котором мы доберемся до…

– До устья Родана, – сверкнув глазами, решительно перебила девушка.

– Но ведь вверх по течению мы не сможем плыть, ты же сама сказала!

– Плыть не сможем, зато сможем идти или ехать. По берегу тянутся прекрасные дороги – это старинный торговый путь. Вот там нас точно никто не отыщет – народу в любое время года полно. Торговцы, бродяги, воины – кого только нет!

Виталий рассчитывал добраться на север через Испанию, однако его спутница жизни придумала куда лучше!

– Умница моя! – Молодой человек ласково поцеловал Алезию в губы. – Знаешь, я все для тебя готов сделать.

– Знаю… Ты… ты хороший. Очень.

– И ты хорошая, – улыбнулся Виталий. – Мне с тобой так хорошо, как ни с кем еще никогда не было. Однако время не терпит, бежать-то нам нужно уже сегодня. Прямо сейчас, пока Виниция нет и старая стража не сменилась – солнце-то еще не зашло.

– Да, не зашло. Но скоро сядет.

– Солнце сядет… Интересно, по какой статье?

– Что? Не понимаю… Ты часто говоришь непонятно.

Тевтонский Лев махнул рукой:

– А, не бери в голову. Сталинский такой анекдот. Сейчас о другом надо думать – как нам с тобой выбраться из школы?

– Не только нам… – Алезия вдруг упрямо склонила голову.

– Что?

– Тот парень, Кари… Мы должны взять его с собой! Он секван, а нам потом долго идти через их земли, и…

– Ну да, и мама его из рода мандубиев… Твоего, я подозреваю.