Магические узы - Марина Ефиминюк

В тот момент, когда артефакт оказался на моей руке, всеобщее напряжение достигло своего апогея. Народ следил, как сжимались серебряные завитки браслета, подстраиваясь под размер тонкого запястья. Боль была адская, точно с руки заживо сдирали кожу. Хотелось закричать, но кричать-то как раз не выходило, приходилось только тяжело дышать через сжатые зубы.

— Снимай браслеты! — приказал Златоцвет.

Я не знала, как снять врезавшиеся в кожу спирали. В отчаянии подергала.

Ну, слезайте же, проклятые!

И вдруг браслеты поддались. Завитки расширились. На месте первого на левой руке остался розоватый свежий ожог. На секунду у меня остановилось сердце. Видимо, именно о таком говорила Свечка.

Неожиданно я обнаружила, что Магические узы помогли вернуть контроль над телом. Для проверки даже едва заметно встала на цыпочки.

— Давай их сюда! — приказал Златоцвет.

— Подавись! — Швырнув артефакты на пол, я сорвалась с места и заорала: — Сейчас здесь будет взрыв!!!

Секундой позже гулкий зал заполнился движением.

Фигуры моих спасителей словно бы затанцевали.

— Веда! — выкрикнул Богдан, но я неслась к Ратмиру.

Он едва успел выпрямиться и вскинуть самострел, целясь в противников, когда я влетела в него. Объятия длились всего секунду. Крепко стиснув, Ветров прижал мою голову к груди, а потом оттолкнул:

— Иди!

Брат схватил меня за руку. От паники я ничего не соображала, даже не могла толком пригнуться, хотя рядом взрывались боевые шары.

— Цех сейчас взорвется!

— Шевелись! — Богдан тащил меня, не обращая внимания на сопротивление. — Быстро, Веда!

— Все сейчас взорвется! Он должен уйти! — в истерике заорала я. — Остановись! Надо сказать, что он сейчас взорвется!

Богдан силой выволок меня на улицу, впихнул в раскрытые двери автокара. Я цеплялась за его руки, не давая вернуться в цех, содрогавшийся от грохота боевых шаров.

— Он же там… — Из груди вырывались рыдания. — Он же погибнет!

— Веда, заткнись! — Брат забрался в салон, шибанул дверью и коротко приказал: — Трогаемся.

Мы сорвались с места. Колеса провернулись по гладкой сухой глине, вспарывая пыль и мелкие камушки. Меня отбросило на сиденье.

— Ты что, не слышишь меня, Истомин?! Ратмир погибнет!

И в следующий момент он ударил меня. Залепил такую оплеуху большой ладонью по уху и по щеке! Затихнув, я схватилась за вспыхнувшую щеку и ошеломленно вымолвила:

— Ты офигел, Истомин?

Мне не верилось, что он поднял на меня руку. Хотелось ударить его в ответ. Широко распахнутыми глазами на меня смотрел молоденький парень с кривым шрамом на половину лица.

— Прости меня, — по мучительному выражению глаз Богдана было видно, что он уже сожалеет о пощечине и не сомневается, что не будет прощен до конца дней. — Ты можешь просто успокоиться? Все будет хорошо. Обещаю.

— Я сказала, что сейчас цех взлетит в воздух…

В этот момент земля содрогнулась от взрыва чудовищной силы. Инстинктивно я вжала голову в плечи и закрыла уши ладонями. Удушающая боль пришла только через несколько секунд, после того как в голове прокрутилась мысль, что видение опять не соврало. Взрыв произошел.

Лица людей стали отрешенными и замкнутыми.

— Все кончено, — произнес кто-то тихо.

День почернел, краски превратились в контрастные черно-белые тени. Теперь я знала наверняка, что спала, осталось только дождаться того, кто придет и обязательно меня разбудит… Я обессиленно прикрыла веки, перед глазами расходились круги, как на потревоженной водной глади.

Все кончено.

Какая, право, нелепая мысль — Ратмира больше нет.