Говорящий-с-воронами - Джейкоб Грей

– Я подумал, что это должно быть у тебя, – сказал Крамб.

К Кару наконец вернулся дар речи:

– Откуда это у тебя?

– Квакер, – ответил Крамб. – Он отдал мне ее прошлой ночью. Это из статьи, которую напечатали после того, как они погибли. Кар, я знаю, что значит лишиться родителей. Дать тебе приют – это наименьшее, что я могу для тебя сделать.

Кар вновь сложил газету и положил ее в куртку.

– Спасибо, – сказал он.

Услышав шаги на лестнице, он выпрямился, но Крамб продолжал уплетать свой сэндвич.

– Привет, Пип! – крикнул Говорящий-с-голубями.

В комнату прошел светловолосый мальчик.

– Я нашел твоих друзей, Кар, – сказал он, кивнув на разбитое витражное окно в дальнем конце нефа. Визг и Хмур влетели внутрь и, приземлившись рядом с Каром, сложили крылья.

– Где ты был? – спросил Хмур. – Мы прождали на кладбище целую вечность!

– Это долгая история, – ответил Кар.

– Сперва о главном – это бекон? – поинтересовался Визг.

Кар отломил кусок бутерброда и бросил его ворону, который поймал его и тут же заглотил.

– А знаешь, – сказал Пип, – у меня для тебя есть кое-что еще.

Он поднял грязное одеяло, лежавшее рядом с жаровней, и бережно развернул его. Внутри был длинный, поблескивающий черный клинок – Клюв Ворона.

– Стащил его у задремавшего копа, – сказал Пип. – Кар, – спросил он робко, – так ты остаешься здесь, с нами?

Кар глотнул из стаканчика и ощутил вкус горячего шоколада. Ему вспомнилось лицо мисс Уоллес, и на душе вдруг стало горестно. Он посмотрел на Пипа, который выжидающе глядел на него.

– Не знаю, – ответил он. – Я думаю… Думаю, какое-то время мне стоит побыть одному.

– Конечно, – сказал Крамб. – Тебе нужно еще что-нибудь?

Кар хотел было сказать «нет», но тут ему пришла в голову одна мысль.

– Есть кое-что, – кивнул он.

В тот день Кар первый раз в жизни сел на автобус – в одежде, которую дал ему Крамб. Он закрыл лицо шарфом и как можно ниже надвинул кепку, чтобы никто не узнал его по фотографии в газете. В кои-то веки вороны согласились отпустить его. Они понимали, что на этот раз Кар должен действовать в одиночку.

Пыхтящий автобус отвез его из Блэкстоуна в деревушку под названием Фальстон. Там он отыскал кладбище и прошел через ворота по тропинке к могилам. Он вытащил из-за пазухи помятую белую розу и положил ее на могильный камень родителей, потом провел пальцами по завитушкам и линиям, которые складывались в их имена. Когда-нибудь, наверное, он сможет их прочитать.

Кар вытащил из кармана пальто фотографию и разгладил ее на мраморной поверхности.

Сможет ли Крамб когда-нибудь заменить их? Конечно нет. Но он будет хорошим другом, кем-то вроде старшего брата, и Кар не сомневался, что Говорящий-с-голубями научит его нескольким приемам выживания в Блэкстоуне. Он не знал, как воспримут Визг и Хмур то, что теперь им придется жить с голубями, но надеялся, что они привыкнут. Как часто повторял Хмур, вороны умеют выживать.

А может быть, он построит себе новое гнездо, в более безопасном месте, чем парк. С сотней воронов в качестве помощников это не займет много времени. Хотя внутренний голос говорил ему, что он этого не сделает. Он так долго жил один. Наверное, сейчас пришла пора побыть в человеческом обществе.

– Я так и думала, что найду тебя здесь, – сказала Лидия.

Кар, чуть не уронив фотографию, быстро встал. Она стояла в нескольких шагах от него, в теплом зеленом пальто, в зеленой шапке и шарфе, руки в карманах.

– Как ты нашла меня? – спросил он.

Лидия улыбнулась, вытащила из кармана руку в перчатке и указала за ограду кладбища. Кар увидел миссис Стрикхэм, сидящую на водительском месте своей машины. Она помахала ему.

– Мама знает, где похоронены твои родители, – сказала она. – А у лис действительно острые глаза.

Она посмотрела на могилу:

– Кармайкл – хорошая фамилия.

Кар протянул ей фотографию.

– Это мои родители, – гордо сказал он.

– У них добрые лица, – сказала Лидия. Она прищурилась. – А это ты? Ты был такой милый!

Кар залился краской.

Лидия рассмеялась, а потом вдруг посерьезнела:

– Почему ты вчера ушел не попрощавшись?

– Прости, – сказал Кар. – Так получилось. Ты поэтому пришла – попрощаться?

Лидия быстро взглянула на маму.

– Нет, – ответила она. – Я пришла спросить, не хочешь ли ты пожить у нас – хотя бы какое-то время.

– Но…

– Выслушай меня, – сказала она. – У нас есть свободная комната. Папа не против. Разумеется, мы не скажем ему, что ты Говорящий-с-воронами. Он даже про маму ничего не знает! Конечно, над твоим поведением за столом надо еще поработать, да и несколько дней водных процедур тебе не повредят. И еще твой гардероб, который, если честно…

– Хорошо-хорошо, – сказал Кар, подняв руку. – У меня есть идея.

– То есть ты поживешь у нас? – спросила Лидия, ее лицо посветлело.

Кар колебался. Настоящий дом, с настоящей кроватью и настоящей едой, которую едят за столом…

– Я должен поговорить с воронами, но…

Он не договорил, заметив в ее волосах кусочек пуха, и протянул руку, чтобы снять его.

Но тут же резко отдернул руку: пух, упав на землю, вдруг побежал прочь на восьми лапках. Кровь застыла у Кара в жилах.

– Что это? – спросила Лидия, вертя головой.

– Ничего, – быстро ответил он. – Просто моль.

Но это был паук. Белый, как слоновая кость.

– Ты сказал, что обсудишь все с воронами, так? Я думаю, им понравится, что в гнезде будет больше места. Или они могут построить новое гнездо в саду!

Паук… Это ничего не значит. Ведь Сеятель Мрака мертв, разве не так? Но если нет…

– Я не могу, – вдруг сказал он. – Прости. Я думаю, мое место сейчас с Крамбом. И ты права, я веду себя за столом…

– Я пошутила! – сказала Лидия.

– Знаю, – ответил Кар, – но я говорю серьезно. Думаю, я еще не готов. К такой жизни.

Лидия погрустнела.

– Ну, если ты так считаешь… – сказала она. – Но предложение всегда в силе.

– И я благодарен вам, – сказал Кар. – Правда.

Гудок машины разнесся по холму, и Лидия обернулась к матери.

– Я должна идти, – сказала она. Потом шагнула вперед и крепко обняла Кара. Он почувствовал, как кровь снова прилила к лицу, а Лидия уже медленно удалялась от него по тропинке.