Избранница стража мглы - Валерия Чернованова

Ночь упоительного счастья сменилась кошмарным утром. Разбудил меня пронзительный крик, от которого, казалось, задрожали окна и стены. Кричала одна из близняшек. Словами не передать, как сильно я испугалась. И пока спешно одевалась, а потом, не чувствуя под собой ног, неслась по коридору, ведомая тревожным гулом голосов, чего только себе не напридумывала.

Возле гостевых покоев толпилась прислуга, возглавляемая своим неизменным вожаком — дворецким. При виде меня Гастон скорбно опустил голову и тихо обронил, чтобы все расступились и освободили мадам маркизе дорогу. В иные времена от верного пажа его светлости слова доброго не дождешься, а тут столько сочувствия во взгляде…

Я в страхе поежилась. Готовясь к самому худшему, задержала дыхание и шагнула в комнату. Первое, что бросилось в глаза, — это плачущие на постели сестры, и матушка, которая нервно вышагивала в изножье кровати.

А потом взгляд скользнул по бледному, словно вылепленному из воска, лицу отца, сомкнутым векам с сероватым узором вен.

— Он… — Слова застряли в горле. Мне просто не хватило духу высказать самое страшное из всех возможных предположений.

— Его светлость уже послал за лучшими лекарями Навенны, — безжизненно отозвалась баронесса.

Я зажмурилась и вдруг почувствовала, что ноги меня не держат. Кто-то бесшумно приблизился сзади, мягко взял за руку, подвел к креслу, что стояло возле кровати. Подняв на стража взгляд, постаралась выдавить благодарную улыбку. Присутствие мужа неожиданно придало мне силы, и слезы, выступившие было на глазах, просохли.

Моран был рядом все время, пока лекари обследовали моего отца. Держал меня за руку, шептал слова ободрения, уверял, что нам нечего опасаться и папа поправится.

Казалось, он просто спит — крепким, безмятежным сном. Вот только магам никак не удавалось вырвать его из цепких оков сновидения.

— Я будила его, будила, — повторяла Лоиз. — Мы должны были отправиться сегодня утром на прогулку…

Ее милость гладила всхлипывающую дочь по голове и с тоской и тревогой поглядывала на мужа. Мне кажется, больше всего на свете мама боялась остаться одна. Одна с двумя взрослыми дочерьми на выданье. Соланж, которая рыдала не переставая, увела служанка. Сестра нуждалась в отдыхе и приеме успокаивающей настойки.

Заключение лекарей оказалось неутешительным: барон ле Фиенн жив, но находится в состоянии глубокого сна, причины которого им неведомы. Ни чары, ни живительные притирания, ни особые благовония не смогли пробудить родителя.

Его грудь в широкой белой рубахе мерно вздымалась, и после всех лекарских манипуляций лицо, хвала Единой, обрело свой естественный цвет. Но едва ли это могло нас утешить. Неизвестность пугала еще больше.

В ответ на все вопросы целители только разводили руками и твердили об одном и том же: что нужно время, что следует отвезти его милость обратно в Луази. Возможно, в родных краях, на лоне природы, состояние барона улучшится.

Мне не хотелось расставаться с отцом, но мама, почему-то слепо верившая этим пустоголовым магам, настояла на скором отъезде.

— Наверное, стоит поехать с ними, — обратилась я тогда к мужу, хотя заранее знала ответ.

Де Шалон нахмурился, но быстро взял себя в руки и проговорил вкрадчиво:

— Неизвестно, сколько пройдет времени, прежде чем его милость очнется. Если бы не моя служба, мы бы отправились в Луази вместе. Но я вынужден оставаться в Навенне и прошу вас не лишать меня вашего общества, Александрин. Только не сейчас, когда наши отношения стали налаживаться.

Мне ненавязчиво напоминали о долге жены быть всегда рядом с супругом. Точно верный пес на страже своего господина.

— Мне больно от одной только мысли, что отцу станет хуже, а меня не будет рядом, — с мольбой воззрилась на стража.

— У меня для вас есть подарок, — неожиданно сменил тему маркиз. Открыл резной секретер и протянул мне небольшое зеркальце в ажурной серебряной оправе.

— Считаете, эта безделушка заменит мне отца?

— Вовсе нет. — То ли маркиза позабавило растерянное выражение моего лица, то ли мое предположение, но маг улыбнулся и указал на выгравированные на обратной стороне зеркала слова. — Глядя в него, вы не только сможете любоваться своей красотой, но и будете в курсе состояния его милости. Достаточно лишь прочитать вслух короткое заклинание.

Я было открыла рот, сначала от удивления, а после желая увидеть магию чудо-презента в действии, но страж, вновь улыбнувшись, на сей раз снисходительно, меня остановил:

— Не торопитесь, радость моя. Мы с вашими родными еще даже не успели попрощаться. По приезде в Луази в спальне вашего отца установят зеркало, которое я зачаровал для него лично, и тогда вы сможете видеть вашего батюшку в любое время дня и ночи. Посмотрите… — Маг подвел меня к окну, из которого было видно, как слуги, кряхтя и переругиваясь, пытаются погрузить в карету большое, завернутое в холщовую ткань зеркало. — Хоть бы не разбили бестолочи, — нахмурившись, пробормотал Моран, а потом с теплотой в голосе добавил: — Сейчас заклинание просто не подействует.

— И все это ради меня? — От переизбытка чувств бросилась мужу на шею, желая почерпнуть в его руках силу и нежность, в которых сейчас так нуждалась. Всхлипнув, растроганно прошептала: — Спасибо.

— Это меньшее, что я могу для тебя сделать, — крепко обнял меня любимый.