Избранница стража мглы - Валерия Чернованова

Приказав умолкнуть сидящему во мне параноику, улыбнулась своему искусителю, который держал меня за руку и так пристально и жадно смотрел на мои губы, что они запылали, словно от поцелуев, еще до того как страж действительно начал их целовать.

— Боюсь, если вы сейчас меня не отпустите, мы с вами опоздаем на вашу службу. — Немалых усилий стоило прервать эти сладостные мгновения нежности, стремительно переходящие в страсть.

Моран нехотя отстранился. С таким видом, словно это совсем не входило в его планы. А вот любовные игры с супругой прямо на обеденном столе — вполне.

— Сколько времени вам потребуется, чтобы собраться?

— Не успеете съесть свои блинчики, как я уже буду готова, — крикнула, выбегая из столовой, и велела служанке, с которой чуть не столкнулась в дверях, прислать ко мне Мадлен.

Вскоре карета его светлости уже катила к центру Навенны, во дворец Анфальм, с незапамятных времен являвшийся главной резиденцией королей Вальхейма. Здание не раз реставрировалось, перестраивалось и расширялось; кажется, только совсем недавно архитекторы закончили наводить на него лоск. Стройные ряды арок обрамляли величественный фасад. Высокие окна, расчерченные белоснежными рамами на мелкие квадраты, притягивали взгляд. Так и хотелось узнать, какие секреты и роковые страсти скрываются в комнатах и анфиладах за воздушными занавесями.

По широким аллеям прогуливались важные, похожие на павлинов сеньоры и дамы в роскошных нарядах, отливающих на солнце всеми цветами радуги.

Давно мне не доводилось бывать в королевском дворце, и сейчас, признаюсь, я очень нервничала. Комкала в руках платок, потому как ладони уже порядком вспотели от волнения.

А если кто из придворных захочет мне ручку поцеловать? Вот неловко-то будет…

Прошуршав колесами по насыпной дороге, карета остановилась. Распахнулась дверца, и Кантен, этот бессовестный предатель, настучавший на меня маркизу, кинулся помочь мне выйти из экипажа. Руку юноши я демонстративно проигнорировала, выбралась сама, а следом за мной со ступеньки скользнул и шлейф василькового, с серебряными аппликациями платья.

— И чем же этот бедолага заслужил вашу немилость, маркиза? — Моран увлек меня в одну из аллей, лучами разбегавшихся от парадного входа.

— Тем, что докладывает вам о каждом моем шаге. А скоро и вы ее заслужите, если не прекратите за мной надзирать.

— Оберегать, радость моя. Только оберегать. Знаете ведь, как я за вас переживаю, — елейным голосом поправил меня супруг и поспешил навстречу пестрой торжественной процессии, во главе которой степенно шествовали король и королева.

Их величества выгуливали своих придворных.

В первый и последний раз я видела монархов на церемонии инициации восемь лет назад. Вернее, как видела — просто скользнула по алькову, в котором расположились коронованные особы, рассеянным взглядом. Все, о чем могла тогда думать, — это достойно пройти обряд. Из-за волнения лица собравшихся казались смазанными, словно нас разделяла толща льда. Голоса напоминали неясный гул, что-то вроде звучащего вдали грома.

Никого я тогда не видела, кроме… Серен.

Меня точно плетью хлестнуло. Воспоминание обожгло, оставив отпечаток в сознании. Вдруг вспомнилось прекрасное лицо кузины, искаженное усмешкой. То ли злой, то ли высокомерной. Понять не успела, как раз в тот момент прозвучало мое имя, и я направилась навстречу своей судьбе.

Чтобы вскоре узнать, что родилась пустышкой.

— Ваша светлость, опаздываете, — прервал мои воспоминания громкий голос Люстона XIV, нашего правителя. Это был мужчина средних лет — невысокий, щуплый, в костюме из золотой парчи и пышном парике, ниспадавшем на монаршие плечи темными волнами, отчего голова его величества казалась непомерно большой по сравнению с телом. — Я надеялся, вы примете участие в утреннем моционе. Нашим дамам без вас было скучно. Не правда ли, дамы? — обратился монарх к своему «зверинцу», и женская его половина отозвалась звонким смехом и возгласами согласия.

Ах вот, значит, какая она, эта служба… Развлекать болтовней местных бездельниц. Уж не на этих ли демонов в юбках господин маркиз охотится?

Может, поэтому вечерами и домой не рвется.

Дыхание перехватило от ревности, которая змеей обвилась вокруг горла.

Его величество шел, беззаботно постукивая по земле изящной тросточкой, такой же темной, как и его густые локоны. Рука, унизанная перстнями, сжимала вычурный набалдашник. Что именно он изображал, толком рассмотреть не успела, настало время склониться в реверансе. Скромно потупив взгляд, ждала, когда мне разрешат подняться. Что касается взглядов другой половины придворных, той, что не считала секунды до появления маркиза, не сомневаюсь, на чем они сейчас были сосредоточены. Я чувствовала их каждой клеточкой своего тела.

Не самые приятные ощущения.

— Весьма сожалею, что пропустил прогулку, сир, — поклонился их величествам маркиз.

— Наверное, всему виной это прелестное создание, — подала голос королева — высокая статная дама, которой монарх едва доставал до плеча, и вместе они составляли довольно колоритную пару. Единственным украшением строгого наряда ее величества была светлая шемизетка, усыпанная бриллиантами, да эгрет с пушистым перышком в высокой прическе. — Обычно его светлость пунктуален. Выпрямитесь-ка, маркиза. Вашу грацию мы уже оценили…

— И декольте тоже, — поддакнул какой-то разряженный хлыщ.

Придворные разразились дружным смехом.

Заметила, как на скулах Морана обозначились желваки, но ответить шутнику маг не успел. Ее величество строго посмотрела на придворного и велела тому умолкнуть. Королева Алайетт славилась весьма строгим нравом и, кажется, ей были не по душе фривольные шуточки.

Смех оборвался.

— Пойдемте, милая, оставим этих мужланов и продолжим прогулку без их общества, которое порой меня так тяготит, — уколола монархиня балагура, резко перехотевшего веселиться, и словом и взглядом. Взяв меня под руку, словно мы были давними подругами, обратилась к мрачному стражу: — С вашей стороны, маркиз, непростительно прятать от нас такое сокровище. Этому прекрасному цветку не место в тени своего мужа, она должна блистать при дворе. Я люблю, когда меня окружают красивые лица, и уже давно подыскиваю себе новую фрейлину. Что скажете, маркиза?

Я растерялась, не зная, что ответить на столь неожиданное предложение. Впрочем, ответом тут же озаботился мой собственник-муж:

— Ваше величество, Александрин еще не успела привыкнуть к столичной жизни, тем более к суете двора. Дайте ей немного времени.

— Ей или вам? — насмешливо уточнила королева. — Ревность не к лицу мужчине.

Посчитав разговор оконченным, правительница направилась к фонтану, отливавшему перламутром в лучах полуденного солнца.

А за нею, словно монарший шлейф, потянулись остальные дамы. Но пусть уж лучше за королевой, чем будут виться вокруг моего мужа.