Вечность - Мэгги Стивотер

Прежде я думала только о том, чтобы закончить школу с хорошими отметками и получить право выбирать любой колледж. А потом, когда встретила Сэма, к этому списку прибавилось еще сохранение его человеческого облика.

Теперь все это утратило актуальность.

Образовалось слишком много свободного времени, и оно потеряло всю свою привлекательность.

Та кое со мной случалось, когда не нужно было ходить в школу. Мама сказала как-то, что, когда у меня нет занятий, мне нужно принимать успокоительное.

Тогда я подумала, что она перегнула палку, но теперь поняла: ее слова не были лишены основания. Я перестирала все шесть одежек, которые были у меня здесь, перемыла скопившуюся в раковине посуду и в конце концов позвонила Изабел — единственному человеку, с которым могла сейчас обмыться. Я чувствовала, что если не поговорю сию минуту с кем-нибудь, то начну плакать из-за Оливии, а от этого никому лучше не будет.

— Скажи мне, почему не стоит сообщать Рейчел, что я жива, — сказала я, едва Изабел взяла трубку.

— Потому, что она сойдет с ума от радости, потом у нее случится нервный срыв, она устроит сцену, обо всем узнают ее родители, а она не сможет сказать им неправду и в конце концов об этом узнают все, — скороговоркой перечислила Изабел. — Еще вопросы будут? Нельзя.

— У Рейчел есть голова на плечах.

— Она узнала, что ее подругу загрызли волки. Какая голова на плечах?

Я ничего не ответила. Не сойти с ума можно было, только думая о гибели Оливии как о чем-то абстрактном. Если я начинала размышлять о том, как это случилось, какой мучительной должна была быть ее смерть и какой незаслуженной она была… если начинала представлять, как сама лежала бы па снегу и волки рвали меня на части, не окажись среди них Сэм и не останови он их… В голове моей не укладывалось, как Изабел смогла произнести это вслух. Я не повесила трубку только потому, что понимала — стоит сделать это, и я окажусь один на один с картинами гибели Оливии, снова и снова всплывающими в сознании.

— По крайней мере, так было со мной, когда умер Джек, — добавила Изабел. — Я не стала бы говорить про голову на плечах.

Я сглотнула.

— Грейс, не принимай это так близко к сердцу. Это факт. Чем скорее ты смиришься с фактами, тем лучше для тебя. А теперь выбрось это из головы. Почему тебе непременно нужно сообщить о себе Рейчел?

Я моргала, пока не рассеялась влажная пелена перед глазами. Слава богу, Коул сейчас меня не видел. Он считал меня железной леди, и мне не хотелось его разубеждать. Только Сэму я могла позволить увидеть меня такой раздавленной, ведь Сэм чувствовал то же, что и я.

— Потому, что она моя подруга и я не хочу, чтобы она думала, будто я умерла, — сказала я Изабел. — И потому, что мне хочется с ней поговорить! Она вовсе не такая безмозглая, какой ты ее считаешь.

— Как сентиментально, — произнесла Изабел. Без всякой подколки. — Ты просила меня сказать, почему это плохая идея, я и сказала. И своего мнения не изменю.

Я вздохнула. Вздох получился дрожащий и куда более печальный, чем я рассчитывала.

— Прекрасно, — отчеканила Изабел, как будто я на нее наорала. — Валяй, звони ей. Только не надо потом обвинять меня, если она не вынесет правды. — Она рассмеялась, словно над какой-то шуткой, которая была понятна только одной ей, потом продолжила: — Я бы на твоем месте не стала рассказывать ей про жизнь в лесу, сообщила бы только, что жива. Ну, то есть, конечно, если ты ко мне прислушаешься. — Я всегда к тебе прислушиваюсь. Кроме тех случаев, когда не прислушиваюсь.

— Узнаю Грейс. Так-то лучше. Я уж начала думать, что ты совсем раскисла.

Я улыбнулась про себя, потому что это, пожалуй, были самые искренние слова, которые мне доводилось слышать от Изабел. Внезапно в голову мне пришла одна идея.

— Можешь еще кое-что для меня сделать? — спросила я Изабел.

— Ну, начинается.

— Другого способа выяснить это я не знаю. Я даже не очень уверена, что это вообще возможно выяснить, не возбудив подозрений. Если кому-то и под силу, то только тебе.

— Продолжай, Грейс, продолжай. Люблю комплименты.

— А еще у тебя красивые волосы, — сказала я, и она рассмеялась своим жестким смехом. — Я хочу узнать, дадут ли мне аттестат, если я пойду в летнюю школу.

— Разве для этого не нужно быть человеком? Впрочем, там в этом году такие болваны, что их и за людей-то считать не хочется.

— Я пойду туда, — твердо сказала я. — Я уже довольно давно не превращалась. Думаю, должно получиться. Как только меня перестанут считать пропавшей без вести.

— Знаешь, что тебе понадобится? — спросила Изабел. — Хороший адвокат.

Я уже задумывалась об этом. Не знаю, что закон штата Миннесота говорил о беглых несовершеннолетних гражданах, к которым, полагала, теперь отношусь и я. Получить такое клеймо на всю жизнь казалось ужасно несправедливым, но все-таки не смертельным.

— Я как раз знаю одну девочку, у которой отец именно этим и занимается.

Вот теперь Изабел рассмеялась по-настоящему.

— Я все разузнаю, — пообещала она. — Только ты можешь беспокоиться о том, чтобы закончить школу в свободное от превращений в дикого зверя время. Вот уж правду говорят, как волка ни корми, он все равно в лес смотрит. Хм… забавный каламбур получается.

— Рада, что смогла тебя позабавить, — притворившись оскорбленной в лучших чувствах, произнесла я.

— А уж я-то как рада, — снова рассмеялась Изабел.