Рассвет ночи - Пол Кемп

— Я не больше шлюха, чем ты — мужчина, — парировала девушка.

Кейл с удовольствием отметил, как волна гнева исказила лицо драчуна. Он позволил теням струиться вокруг себя и уставился на обезображенное шрамами лицо наемника.

— Извинись! — приказал он.

Наемник сощурился. Казалось, всю его браваду смело шепотом теней, покрывавших Кейла.

— Что ты сказал, пугало?

— Перед ней, — сообщил Кейл, сверху вниз глядя в лицо здоровяка. — Извинись. Сейчас же.

Наемник нервно облизнул губы. Спокойствие Эревиса повергло его в замешательство.

— Если следующие слова, что слетят с твоих губ, не будут извинением, — предупредил убийца, — дело закончится плохо.

Наемник ответил надменным смешком, слабым и крайне далеким родственником того непревзойденного выражения презрения, что появлялось на лице Ривена.

— Думаешь, ты можешь…

С силой и быстротой, приумноженными тенями, Кейл ударил наемника снизу в подбородок раньше, чем тот успел закончить фразу. Зубы вонзились в язык задиры, изо рта фонтаном брызнула кровь. Мужчина отшатнулся, но все равно сумел выкинуть руку в неловкой попытке ударить Эревиса. Убийца перехватил руку, дернул несчастного к себе и с хрустом пригвоздил его руку к столу рядом с Ривеном. Наемник попытался ударить Кейла по голове в основание черепа, но удар был слишком слабым. Эревис вытащил кинжал и пришпилил ладонь здоровяка к столу.

Пока наемник вопил, убийца выдернул кинжал и, облокотившись на стол, приставил лезвие к горлу задиры.

— Извинись перед ней! — приказал он. — Немедленно.

Истекая кровью и не переставая мычать, наемник с ненавистью посмотрел на Кейла глазами, слезящимися от боли. Второй рукой он пытался нашарить один из своих кинжалов. Кейл уколол его в шею.

— Ты можешь выбрать, — сказал он. — Выйдешь отсюда сам, или тебя вынесут.

Уставившись на убийцу, наемник, похоже, увидел всю степень решимости Кейла.

Помедлив еще мгновение, он пробормотал в сторону служанки:

— Прошу прощения.

Девушка была слишком испугана, чтобы ответить.

— Этого достаточно? — спросил ее Кейл через плечо. Широко раскрыв глаза, она лишь кивнула.

— Ты сделал ошибку, вот и все, — произнес Эревис, пытаясь сохранить остатки достоинства наемника. — Ты напился. Но сейчас уже уходишь. Ты и твои друзья.

Он услышал, как Ривен за его спиной тихо засмеялся.

Четверо приятелей наемника с ворчанием приблизились на шаг. Руки их покоились на мечах, но Кейл видел недостаток решимости во взглядах.

Драйзек прекратил смеяться.

— Еще шаг, — сказал он четверке, — и отсюда вынесут пятерых.

Приятели попятились. Кейл толкнул к ним здоровенного наемника.

Верзила, шатаясь, попятился к приятелям и, отмахнувшись от их помощи, вытер рот и принялся баюкать раненую руку. Нерешительно бормоча угрозы и проклятия, пятеро наемников выбрались из «Якоря». Кейл и Ривен проводили их взглядами.

Как только они ушли, жизнь в общей зале вернулась в привычное русло.

— Противник должен лежать в грязи мертвым, — сказал Драйзек, с неодобрением качая головой. — Вот мое правило, когда я обнажаю сталь.

— Но не мое, — отозвался Эревис.

Он сел за столик, и служанка, все еще заметно дрожа, хотела опорожнить его кружку.

— Я п-принесу вам другую, — сказала она дрожащим голосом.

Кейл коснулся ее руки, оказавшейся теплой и мягкой, и опустил кружку на стол.

— Эта еще полная, — напомнил он девушке. — Он тебя ранил?

Девушка опустила взгляд на пятна крови, заляпавшей стол.

— Бывало и хуже, — ответила она.

Кейл в этом не сомневался.

— Как тебя зовут? — спросил он.

Он вдруг понял, что все еще держит девушку за руку, и убрал ладонь. Она встретилась с ним взглядом, и Кейл увидел в глазах девушки силу и боль.

— Варра, — ответила она. — Благодарю вас за… это. Кейл кивнул, принимая благодарность. Приятное имя.

— Варра, когда ты уходишь домой? Глаза ее сузились, а щеки вспыхнули.

— Что? Почему вы спрашиваете? То, что сказал тот бык… это неправда! Больше не правда. Я не…

Эревису понадобилась пара мгновений, чтобы осознать, о чем она говорила. И тогда его собственное лицо залилось краской.

— Я не это имел в виду, — сказал он, взмахнув рукой. — Я лишь хотел сказать, что провожу тебя до дому. — Он видел, что девушка его не поняла. — Такие люди, как эти, — он кивнул на дверь, в которую удалились наемник и его дружки, — могут попытаться отыграться, отомстив тебе.

Когда служанка поняла, о чем он говорит, ее взгляд смягчился, но все же она возразила:

— Они этого не сделают. И охранять меня не обязательно.

— Кейл, они не вернутся, — встрял Ривен.

Эревис проигнорировал замечание убийцы.

— Варра, я знаю, что это необязательно, — сказал он, впечатленный правильностью ее речи и достоинством. Чувствовалось, что в прошлом она получила образование или, по крайней мере, занималась у образованного наставника. — Но я все равно предпочел бы это сделать.

Она всмотрелась в убийцу, словно пытаясь понять его намерения. Мгновение словно остановилось.

— Хорошо, — сказала она наконец и ушла.

Драйзек, наблюдавший всю сцену, наградил Кейла своим фирменным смешком:

— Вот мне интересно, знает ли Повелитель Теней, что его Первый мягок, словно старушка?

Эревис сурово посмотрел на убийцу. Ривен в ответ тихо рассмеялся.

— Ну что ж, пока ты будешь делать это, — сказал он, кивнув в сторону Варры, — я займусь работой.

* * *

Кейл шел рядом с Варрой, настороженно прислушиваясь и всматриваясь, чтобы не пропустить любые признаки появления наемников. Как и Ривен, он полагал, что те вряд ли вернутся. Но он ошибался раньше и не хотел ошибиться сейчас.

К счастью, мечники не объявились, хотя мимо прошли орки, пьяные матросы, бугберы и рабы. Болезненного вида, слабые и истощенные мужчины и женщины — люди, гоблины и даже орки — слонялись в переулках или прятались в канализационных отверстиях, кашляя, куря и провожая путников тупыми взглядами проклятых. Голоса и шарканье сапог доносились с канатных дорожек и мостков, расположившихся высоко над ними. Кейлу пришлось взять за правило оценивать возможность нападения сразу с трех сторон, что было довольно неудобно.

Он не озаботился изменить свой облик, чтобы быть неузнанным Азриимом и другими слаадами. Теперь придется полагаться на темноту и толпу вокруг. Изменение внешности потребовало бы объяснений для Варры, и тогда она могла бы отказаться от его предложения проводить ее. А Эревис чувствовал, что эта женщина притягивала его. Может, то было родство душ.