Капитан Пересмешника - Мира Вольная

Калисто Серебряный Сапсан, капитан «Пересмешника»

— Мой капитан, — дверь открылась, и на пороге застыл напряженный, натянутый, как трос поднятого флага, Калеб. Губы были сжаты в тонкую линию, глаза опасно блестели. Рид сумел стать сюрпризом и для него, — команда готова к отплытию, мы поднимаем якорь.

— Хорошо. Я буду на мостике через несколько вдохов, — эльф развернулся и вышел, одарив меня задумчивым взглядом. Все сокровища Северного моря за мысли, которые сейчас роятся в его голове. И даже больше.

Я опустила глаза вниз и с удивлением обнаружила у своих ног спящего Тивора. Он едва заметно улыбался во сне, огромная лапища обхватила меня за лодыжку, размеренное дыхание щекотало коленку. И совсем не хотелось становиться за штурвал, орать на команду, заставляя их шевелиться, нагонять в паруса ветер.

Я провела рукой пару раз по темной макушке уснувшего волка, и с неимоверным усилием поднялась на ноги, подходя к кровати.

Пусть отдохнет, без него я бы сегодня едва ли справилась. Рядом с оборотнем было так спокойно, так… как в лодке в ясную погоду на озере, когда теплое летнее солнце ласкает кожу щек, когда тихо плещется о борта вода, когда перешептываются деревья, и поют птицы. Или когда ты паришь в небе высоко над землей, распахнув крылья, не управляя, не контролируя полет. Позволяя воздушным потокам самостоятельно направлять тело, путаться в перьях, подхватывать и мягко баюкать в своих объятьях. Хорошо.

Я моргнула, укрыла Тивора одеялом и направилась к выходу. По ту сторону двери меня ждала реальность. Полтора выматывающих, трудных дня.

Но пусть задерут меня морские бесы, если я сдамся в конце пути.

— Поднять паруса, обновить защитный контур, больше креплений на мачты. Воздушники по местам! — отдавала я команды, сама погружаясь в Ника, почти полностью сливаясь с кораблем. — Калеб, мне нужен будет Гидеон где-то ближе к закату. На кухне сегодня дежурит юнга.

— Да капитан. Можем мы еще чем-то помочь?

— Пока нет. Остальное по ходу.

— Принцесса, ты уверена, что справишься? — шепнул эльф на ухо.

— А ты сомневаешься? Думаешь, у меня упрямства не хватит?

— Вот насчет твоего упрямства я не сомневался никогда, — фыркнул квартирмейстер и пошел отдавать указания.

Я же полностью слилась с Ником. Знакомая, теплая, родная энергия пробежала от кончиков пальцев на ногах до самой макушки, оплела и закутала в себя. «Пересмешник» мягко светился и вибрировал от удовольствия, вселяя и в меня уверенность. Все у нас получится, все у нас непременно будет хорошо, надо лишь сделать последнее усилие, надо лишь еще немного постараться.

Я бросила взгляд вниз, убедилась, что воздушники на своих местах, и начала потихоньку наполнять паруса ветром, призывая, прося и уговаривая стихию помочь своей непутевой дочери и ее странному кораблю.

— Начали! — крикнула ребятам и провалилась в магию.

Сила откликнулась быстро, потекла по венам, мышцам, разлилась на коже, засеребрилась толстой нитью между мной и Ником. Все верно. Я — всего лишь проводник.

Первые несколько лучей «Пересмешник» подбрасывало на волнах, как детский бумажный кораблик. Я, воздушники, сам Ник привыкали друг к другу, к ставшей общей магии, а потом паруса натянулись туже, ветер перестал беспорядочно бить в ткань, загудел в мачтах равномерно и монотонно. Закончилась качка, перестала ходить ходуном под ногами палуба.