Капитан Пересмешника - Мира Вольная

Я позволила себе легкую улыбку. Лиха беда начало.

Дальше дело оставалось за малым: просто пропускать через себя потоки силы, а Ник сам возьмет то, что нужно, и направит туда, куда нужно.

Мы легко обогнули Черный риф, почти промчались мимо Воющих архипелагов, проскользнули над дремлющими вулканами.

Ребята работали в парах, слаженно и без лишних слов, иногда, будто вдалеке, раздавался голос Калеба или Сайруса, иногда я чувствовала, как меняются местами воздушники, как ворчит недовольный Вагор, собирая исчерпавшие себя накопители и устанавливая новые, но все эти звуки, движения, биение чужих сердец были лишь легким шумом вдалеке, не более.

Я ни на чем не задерживала взгляд, не прислушивалась к словам, не замечала.

А за три оборота до того как на небе показался серп луны, и зажглись первые созвездия, меня охватила легкая, непонятная тревога, как-то сумевшая пробиться к сознанию. Что-то было не так на корабле, чье-то волнение слышалось далеким отголоском, пока едва касаясь и без того напряженных нервов. Но с каждым следующим вдохом чувство усиливалось, набирало силу, будто питаясь.

Я не могла отвлекаться, я не могла сейчас с этим разбираться, стоило отвлечься и установленная связь рухнет. А на то чтобы создать новую, сил мне уже не хватит. Тело и без того ломило так, что хотелось крыть матом все и всех. Хорошим пиратским матом.

«Калеб, морского беса тебе в штаны, разберись!» — прошипела я, стараясь удержать концентрацию и дать понять квартирмейстеру, что меня беспокоит.

«Прости, не заметил», — покаянно отозвался эльф и покинул моесознание, но через пятнадцать лучей появился снова.

«Кали, боюсь, у нас проблема».

«Какая?»

«Большая, дикая, лохматая и, кажется, то ли напуганная, то ли взбешенная до предела», — задумчиво отозвался эльф.

«Я не понимаю».

«Тивор, капитан. Он стал волком. И его зверь явно не очень любит корабли».

«Калеб, заканчивай, давай. Мне и так тяжело!» — процедила я.

«Он в твоей каюте, бесится, рычит, царапает когтями дверь, рвет пол», — так эта боль в теле не от напряжения? Она из-за волка? Убью оборотня, а шкуру постелю рядом с кроватью!

«Пусть Сайрус с ребятами попробует его скрутить, а ты пока найди Гидеона, спроси, что делать. Похоже, помощь василиска потребуется раньше, чем планировалось», — я почти вытолкала квартирмейстера из своегосознания и с облегчением выдохнула, будто сбросив с себя гору камней.

По спине катились капельки пота, руки на штурвале тряслись.

Запирать кока, причинять ему боль не хотелось, я просто не имела права.

Тем более он предупреждал меня, но и другого выхода пока не видела. Надо его усыпить, если клубок эмоций Тивора и дальше будет бить по мне, я просто не удержу корабль. Неужели над волками действительно настолько довлеет их животная часть? Неужели он потерял себя в звере?

Мысль не дал додумать новый отголосок зарождающейся чужой паники и уже хорошо разгоревшегося гнева. Правую ногу нестерпимо свело.

Я скрипнула зубами, вцепилась в штурвал и попробовала обрубить чужие чувства, отгородиться от них стеной, задвинуть на самый край сознания. Но не получалось. Вообще. Становилось только хуже, почему-то его чувства обходили любые барьеры. А нить связи с Ником и ребятами начала ускользать из пальцев и истончаться.

Твою мать, твою мать, твою мать!

«Кали», — пробился ко мне наг, — «мы не можем ничего сделать. Онрычит, вокруг волка хаос плотным облаком. Сила нас не подпускает».

«И?» — просипела я.

«Гидеон говорит, что если его выпустить, позволить подойти к тебе, оборотень, возможно, успокоится».

«Возможно?!» — да они издеваются просто.

Помимо рук у меня теперь дрожали еще и ноги, во рту пересохло, а перед глазами замелькали черные разноцветные пятна.

Чтоб тебя!

«Выпускайте!» — рыкнула я, и снова всех вышвырнула за переделыслышимости. Нить связи стала совсем тонкой, паутина ветра, созданная мной и ребятами и оплетающая корабль, нехорошо мерцала. В левый борт ударила огромная волна, и «Пересмешник» слегка накренился вправо.

Я глубоко вдохнула и заставила себя собраться. Еще один рывок. Это же не сложно, правда? Надо только от всего отрешиться, вернуть контроль мыслей и чувств.

Ничего сложного, абсолютно ничего.

Я была настолько напряжена и сосредоточена на укреплении связи, что не сразу уловила момент, когда эмоции оборотня утихли, и их место заняло напряженное ожидание Гидеона, Сайруса и Калеба.

А через вдох ко мне уже прижимался теплый бок. Зверь Тивора в искаженном видении Ника смотрелся странно: большое, переливающееся фиолетово-пурпурное пятно. Очертания волчьей морды и тела с трудом угадывались в его клубах, будто смотришь сквозь окно, залитое брызгами соленой воды. Волк тихо что-то ворчал, а его хаос тянулся ко мне.

Ну что ж, помоги, если сможешь.

Энергия опутала сначала ноги, поднялась выше на бедра и талию, скользнула по груди и юркой змейкой устремилась по рукам к ладоням, коснулась штурвала. Перед глазами замелькали плетения и нити энергии корабля, так четко и ясно, как ни разу до этого. Я видела, где стоит поставить дополнительную сцепку, где именно замкнуть контур паутины, как растянуть ее так, чтобы еще усилить заклинание. Магия хаоса расчертила все четко, перенаправляя их энергию, облегчая задачу воздушникам и себе. Всего несколько простых манипуляций и Ник легко вздрогнул, а потом засиял ярко-синим, почти индиговым и снова набрал скорость, еще большую, чем была до этого. Я же смогла, наконец, открыть глаза и осмотреться в реальности, уверенная в том, что связь не распадется на искорки от неверного вдоха или поворота головы. Напряжение спало, а я почти повалилась на штурвал, глядя на палубу. Команду расшвыряло по ней, как детские игрушки, Гидеон, Сайрус и Калеб свалились там же, где и стояли — на капитанском мостике.

Все трое смотрели на меня, как на двухголовую морскую гидру.

— Ты хоть предупреждай, — возмутился наг, стараясь понять, где чьи ноги, и как ему, бедняжке, выпутаться из клубка, упавших сверху тел.

— Извини, — легко пожала плечами, наблюдая за неуклюжими попытками канонира и более разумными действиями внешне спокойного василиска. Не понимаю, как этот змей, даже будучи в такой ситуации, умудряется сохранять невозмутимый, полный собственного достоинства вид.

— Мой капитан, вам нужна моя помощь? — склонил Гидеон голову, когда ему все-таки удалось встать.

— Да, господин лекарь, будьте так любезны, — коротко кивнула. — Боюсь, без вас мне все равно до рассвета не продержаться.

— Тогда объяснитесь с вашим охранником. Думается мне, так просто волк меня не подпустит. — Я перевела взгляд вниз и на несколько вдохов застыла.