Маэстро - Роберт Энтони Сальваторе

Все трое плакали, не стыдясь слез, и долго, долго обнимали друг друга.

Затем настала очередь Кавиты и Нирая рассказать Кэтти-бри о войне на равнинах Незерила, о том, как они сражались вместе и при помощи магии помогали и без того выносливым и могучим воинам гордого и свирепого племени десаи.

Кэтти-бри пришла в ужас, узнав, что ее родители сражались с самой леди Авельер при помощи огненных шаров и молний. Авельер была гораздо лучше знакома с тайнами Пряжи, Кэтти-бри не сомневалась в этом; однако Авельер главным образом занималась искусством обмана и хитроумной дипломатии.

Рыжеволосая женщина невольно вздохнула с облегчением, узнав, что Авельер, как и ее родители, покинула поле боя целой и невредимой. И Кэтти-бри оставалось надеяться на то, что волшебница еще жива.

Ее реакция озадачила родителей.

– Она была добра ко мне, – объяснила Кэтти-бри. – Она не убила вас, когда я бежала из ее школы, хотя, по незересским законам, имела на это право. Возможно, в сердцах наших врагов сохранились крупицы добра – по крайней мере у некоторых.

– Я не знаю, жива ли она теперь или же погибла на войне, – заметил Нирай.

– Та битва произошла в самом начале войны, во время первого нападения незересов, – сказала Кавита. – Задолго до того, как Анклав Теней рухнул с неба.

– Я все же надеюсь, что она жива и что с ней все в порядке, – призналась Кэтти-бри. – И еще надеюсь, что мое отношение к ней не сильно огорчает вас.

– Война окончена, – вздохнула Кавита. – И в ее огне каждый получил ожоги.

Это великодушное замечание вызвало улыбку на устах Кэтти-бри.

– Что было, то было, но все же я боюсь за тебя, – настаивал Нирай.

Кэтти-бри кивнула – она понимала, что его опасения искрении.

– Я жрица и, кроме того, весьма искусна в магии. – Она многозначительно усмехнулась. – Лучшие воины в этом мире учили меня сражаться. Видели бы вы моего мужа-дроу в бою с мечами в руках! Но ни боевое искусство, ни магия мне не понадобятся. Я пришла с посланием от…

– Да-да, мы поняли, – перебил ее Нирай.

– Муж-дроу… – прошептала Кавита и уже в который раз покачала головой.

– Он не хуже любого из людей, которых я когда-либо… – начала Кэтти-бри, но Кавита остановила ее, подняв руку.

– Если ты счастлива с ним, тогда я совершенно не против! – воскликнула она. – Но это выше моего понимания!

– Познакомишься с ним: и сразу все поймешь, – заверила ее Кэтти-бри. И я убеждена, что дурные предчувствия сразу покинут тебя.

– Однако все это никак не может успокоить меня. Я боюсь за тебя, ты не должна возвращаться к незересам, – сказал Нирай.

– Найди самого лучшего воина племени, приведи его ко мне, и я швырну его в лужу! – предложила Кэтти-бри.

Кавита рассмеялась:

– Нечто подобное я уже видела прежде, моя Рукия!

– Да, конечно, ты уже все объяснила нам. Мы не смогли помешать тебе идти своим путем, когда ты была девочкой, так что мы понимаем, что не сможем заставить тебя свернуть с избранного пути и сейчас. Прошу тебя, загляни к нам, когда закончишь свои дела с незересами, прежде чем отправиться на запад. Мы хотим убедиться, что с тобой все в порядке.

– Обещаю.

* * *

Гигантские обломки камней и разрушенные стены замков, остатки рухнувшего города, образовали естественный лабиринт на подступах к небольшому скоплению гор на равнине Незерил. Некогда Анклав Теней возвышался над этой равниной как свидетельство могущества его магов и искусства его архитекторов.

А теперь от города, упавшего с неба, остались лишь руины, и его фрагменты, разлетевшиеся на мелкие куски, были рассеяны среди предгорий.

Кэтти-бри въехала в лабиринт холмов и остатков каменных стен верхом на Андхаре. Сначала она хотела вызвать простую и более знакомую местным призрачную лошадь, чтобы не открывать всем свое положение жрицы нелюбимой незересами богини, но в конце концов передумала и остановилась на Андхаре. Она пришла сюда в качестве посланницы Джарлакса и Бреган Д’эрт. Ей нечего бояться.

Она приблизилась к поселению, снаружи представлявшему собой хаотическое нагромождение камней, и обнаружила в нем больше порядка, чем ей представлялось. Среди обломков незересы проложили улицы, соорудили жилища и парапеты и, наконец, повесили весьма внушительную железную дверь.

Очутившись перед отрядом суровых стражников, которые с неприязнью смотрели на нее из-за грозных копий и заряженных арбалетов, Кэтти-бри спешилась и отпустила единорога.

– Назови свое имя! – потребовал один из стражей.

– Я Кэтти-бри из Долины Ледяного Ветра, – ответила она и тут же пожалела о том, что не придумала себе более подходящего имени. Значит ли оно что-нибудь для жителей этого нового Анклава Теней? Знакомо ли оно Пэрайсу Ульфбиндеру? Джарлакс намекал ей, что незересский лорд знает кое-что о событиях, что привели ее сюда, и даже о божественном вмешательстве, благодаря которому она вернулась на Фаэрун из царства мертвых. – Я прошу разрешения войти.

– На каком основании?

– Я жила здесь когда-то. – Женщина подняла голову. – Наверху. У меня были друзья…

– Это было давно.

– Не так уж давно.

– Я тоже там жил, – сказал стражник.

– Мы все там жили, – заметил другой. – Но я не помню пи твоего лица, ни твоего имени.

Кэтти-бри подняла руки. Она не знала, как далеко может зайти в своей откровенности. Совершив побег из Ковена, школы магии леди Авельер, она заставила всех поверить в собственную смерть. Она понятия не имела, насколько широко распространилась эта новость, и не знала, покинул ли Анклав Теней кто-нибудь еще из учениц Авельер.

У нее было слишком мало сведений, чтобы сочинить приемлемую ложь, и поэтому она решила говорить правду, хотя и весьма урезанную.

– Я обучалась у леди Авельер, – сообщила Кэтти-бри. – Обстоятельства заставили меня покинуть Анклав Теней, и только вернувшись на равнину, я узнала, что парящего города больше нет.

– Авельер? – переспросил первый стражник, и прежде чем Кэтти-бри успела кивнуть, он обернулся к стоявшей рядом женщине и прошептал ей что-то, чего Кэтти-бри не сумела расслышать. Женщина побежала прочь.

Кэтти-бри даже затаила дыхание. Она была не слишком искусна в подобных играх. Неужели она ошиблась с самого начала? Может быть, Авельер еще жива? Или они сейчас приведут кого-то из Ковена, кто сможет опознать ее?

Она хотела было заговорить, но стражник приказал ей молчать, а когда она сделала движение, чтобы подойти ближе, он с угрожающим видом направил на нее оружие.

Кэтти-бри остановилась и стояла так долго, очень долго – так долго, что в конце концов ей пришлось отойти в тень и сесть на плоский камень. Наконец на стене началось какое-то движение, несколько стражников исчезли из виду, затем вернулись и снова уставились на женщину. Война закончилась, так сказали Нирай и Кавита, но шадовары остались неприветливыми и негостеприимными.