Воровское небо - Роберт Линн Асприн

Дафна подошла к нему. Дейрн покачал головой.

— Это очень странно.

Девушка коснулась его руки. Дейрн озабоченно посмотрел ей в глаза.

— Я испугался, — сказал он — нелегкое признание для такого человека, как Дейрн.

Рашан поднялся и тоже принялся расхаживать по залу.

— Может, это просто шок? Тебе следовало бы сообщить ей об этом помягче.

Дафна хмыкнула и презрительно глянула на жреца.

— Это Ченае-то?

Дейрн нахмурился и энергично покачал головой.

— Она избила беднягу Дендура, вместо того чтобы просто назвать ему свое имя, — напомнил он.

Дафна вскинула брови в притворном удивлении.

— Беднягу? — переспросила она. — Да в нем почти семь футов росту! Он крепче городских ворот!

— От вас никакой пользы, принцесса! — резко заметил Дейрн.

Он пользовался титулом Дафны, когда хотел ее зацепить. Например, на тренировках, чтобы заставить ее работать усерднее.

Но на сей раз Дафна не обратила на это внимания.

— А чем я могу быть полезна? — возразила она, помахивая кинжалом перед носом наставника. — Ченая в дурном настроении — и, по-моему, ее вполне можно понять. Оставь ее в покое.

Она скоро сама придет в себя.

Рашан сунул руки в широкие рукава одеяния и уставился в пол.

— Может, это заклятие? — спросил он себя вслух. — Или какое-то проклятие? Мы не знаем, где она провела последние семь месяцев и что могло с ней случиться за это время.

— Насколько я знаю Ченаю, скорее всего она наверняка не раз влипала в неприятности, — заметила Дафна.

— Слушай, у тебя что, своего дома нет? — сердито спросил Дейрн.

Она улыбнулась ему — той улыбкой, которой улыбаются надоедливому соседскому сынишке, прежде чем выкинуть его за забор. Дейрн отлично знал, что теперь Дафне принадлежит соседняя усадьба. Она входила в условия ее развода с Кадакитисом — усадьба, и половина его сокровищ.

— Там ведь полно твоих гладиаторов — не так ли, наставник? — сказала Дафна, надув губки. — В самом деле, не мог же ты заставить порядочных людей все время жить в тех щелястых бараках, которые ты заставил их построить? Они ведь гладиаторы, а не плотники! И устроили бы бунт после первого же весеннего дождика.

Дафна кокетливо склонила головку набок и подмигнула Дейрну.

— Я, может быть, тебе жизнь спасла!

— Это действительно может быть проклятие, — пробормотал Рашан.

Дверь на колоннаду отворилась, и через порог переступил высокий белокурый мужчина в ярко-красном кильте, подпоясанный широким кожаным гладиаторским поясом. Он окликнул Дейрна, поклонился, приветствуя Рашана и Дафну, и поманил Дейрна к себе.

Дейрн подошел.

— В чем дело, Лейн? — тихо спросил он.

— Прибыл Молин Факельщик, — вполголоса ответил Лейн, опасливо оглянувшись. — Он узнал, что Ченая вернулась. Ты знаешь, что ему нужно.

Дейрн кивнул и нахмурился. В один прекрасный день он выпустит кишки этому старому интригану! И плевать, что Молин приходится дядей Ченае. Порядочным людям не следует терпеть таких вонючих хорьков — а в Санктуарии их более чем достаточно. Да, он знал, что нужно Факельщику.

— Ты оставил его во дворе? — спросил Дейрн.

Лейн поджал губы и кивнул.

— Я с ним разберусь, — сказал Дейрн. Он подтолкнул Лейна к выходу, и сам вышел следом, задержавшись лишь затем, чтобы затворить дверь. Дафне и Рашану он все объяснит потом.

— Лорд Молин начинает меня раздражать, — сказал он, шагая рядом с Лейном.

— Ага, надоел, как чирей на заднице! — согласился Лейн.

Дейрн вышел во двор, задержавшись лишь затем, чтобы взглянуть на серо-стальное небо. В такой серый день только и жди что каких-нибудь дурных вестей. А в последнее время все дни были серыми…

Молин явился в сопровождении трех гарнизонных стражников. Двое стояли за спиной у Молина, третий остался у ворот с лошадьми. Дисмас, Гестус, Уиджен и Дендур стояли в другом конце двора и недружелюбно смотрели на пришельцев. Лейн подошел к товарищам и тоже угрюмо уставился на непрошеных гостей.

Дейрн направился прямо к Молину Факельщику, не обращая внимания на нервничающих стражников.

— В недобрый час ты явился, Молин, — сурово сказал наставник.

Молин Факельщик не обратил внимания на то, что его назвали по имени, не упомянув титула.

— Я приехал поговорить со своей племянницей насчет усадьбы Лована, — ответил он ровным тоном, стараясь не обращать внимания на преднамеренное оскорбление Дейрна.

Дейрн вызывающе посмотрел Молину в глаза, потом перевел взгляд на его солнечное сплетение, намечая место для удара. Да, именно туда он и ударит. Тихий хлюпающий звук стали, входящей в тело. Молин вскрикнет, глаза у него закатятся… Придет день…

— Она отдыхает, — наконец ответил Дейрн. Он надеялся, что Ченая действительно отдыхает. Когда он попытался уложить ее спать, Ченая едва не ударилась в истерику. Не спит, не говорит…

Да что же с ней такое?

Молин Факельщик упрямо посмотрел на Дейрна и задрал нос чуть повыше.

— Я приезжаю уже в третий раз, — напомнил он. — Надо же наконец уладить дела!

Дейрн едва сдержал себя, чтобы не потянуться к мечу прямо сейчас, но вместо этого только стиснул кулаки.

— Крючкотвор надутый! — прошипел он, стараясь овладеть собой. — Не прошло и дня после смерти Лована Вигельса, когда ты заявился требовать его усадьбу!

Позади негромко хохотнули.

— Дафна вышвырнула его так, что он проехался на заднице! — припомнил Уиджен, лениво накручивая на палец темную косицу, падавшую ему на плечо.

Дейрн не обратил внимания на это вмешательство.

— А теперь, когда не прошло и дня со времени приезда Ченаи, ты снова явился со своими претензиями! В чем дело, Молин?

Что, Китти-Кэт больше не желает видеть тебя во дворце?

Оскорбления не миновали ушей Молина Факельщика. От небрежного замечания Уиджена его щеки налились краской, а теперь, когда Дейрн уже во второй раз обратился к нему по имени, да еще таким насмешливым тоном, глаза Факельщика вспыхнули гневом.

— Это не претензии, — сухо заявил он. — Это факт. Край Земли принадлежит мне. Согласно ранканским законам, дочери не наследуют состояния отцов. Лован был моим братом…

— Сводным, — уточнила Дафна, появившаяся из дома, и присоединилась к гладиаторам, стоявшим за спиной Дейрна. Она улыбнулась Молину и послала ему воздушный поцелуй, не переставая постукивать кинжалом по ладони.