Королева эльфов. Зловещее пророчество - Бернхард Хеннен

— Я хочу говорить с королевой! — крикнул предводитель троллей голосом, отразившимся от гор будто гром.

Они остановились шагах в десяти от Мелвина.

— У нее жар. Она крепко спит. И даже если бы она не спала, то не смогла бы говорить ясно. Я буду говорить вместо нее.

— Ты не сможешь ответить вместо женщины, которая сама принимает все решения. Это может сделать только она. Пропусти меня к ней, эльф, или ты умрешь!

Мелвин рассмеялся. Безрадостный это был смех, рожденный яростью и отчаянием.

— Ты пришел с целым войском, чтобы поговорить с ней, тролль. Насколько глупым ты меня считаешь?

— Поскольку ты, похоже, мауравани, то довольно глупым.

Глупым и опасным. — Тролль подал знак своей личной гвардии. В свете утра его янтарные глаза горели, словно кошачьи, вобравшие в себя ночью свет факелов. — Убейте его!

Тролли лейб-гвардии мгновенно повиновались. Они с грохотом ударили в тяжелые щиты, образуя деревянную стену.

Мелвин понял, что они могут просто придавить его к скале и раздавить. Вместо того чтобы найти хорошее место для обороны, он забрался в смертельную ловушку.

Полуэльф устремился вперед, бросился в снег незадолго до того, как врезаться в деревянную стену, и когтями на руках попытался достать между щитами ноги атакующих.

— Опустить щиты! — прозвучал голос Оргрима.

Тролль не мог видеть полуэльфа, это было совершенно невозможно. Должно быть, он угадал, что тот предпримет. Удар копья едва не достал Мелвина. Охотник вскочил и отпрянул к скале. Тролли тут же снова принялись наступать.

Теперь оставалась последняя, отчаянная возможность уйти.

«Если Оргрим предугадает и это, я умру в мгновение ока», — подумал Мелвин. Но лучше умереть так, чем оказаться беспомощно прижатым к скалам, решил он и оттолкнулся от холодного камня.

Он бросился на стену из щитов. Правая рука устремилась вперед. Серебряная сталь пронзила дуб. Он оттолкнулся. Второй коготь ударил в край щита. Мелвин подтянулся. На миг присел на краю. Лицо пришедшего в ужас тролля находилось на расстоянии не более локтя.

Мауравани оттолкнулся и приземлился в снег. Не колеблясь, бросился он на Оргрима. Он хотел убить по крайней мере одного этого тролля, прежде чем его убьют. Он слышал об Оргриме как о блестящем полководце и был уверен в том, что его смерть изменит историю Альвенмарка. Эльфы и кентавры однажды наверняка восстанут против владычества троллей. И тогда лучше им сражаться не против Оргрима.

Коротко кивнув головой, тролль дал полуэльфу понять, что тоже ищет поединка. Оргрим поднял боевой молот, оружие с тяжелым гранитным шаром, и слегка расставил ноги.

Мелвин понимал, что нужна быстрая победа. Он попытается поднырнуть под руку с оружием, вонзить вооруженную когтем левую руку в живот тролля и в прыжке правой перерезать горло. На Оргриме не было доспехов. Ничто не защитит его от когтей из серебряной стали.

Внезапно тролль опустил оружие. Он поднял левую руку и указал на скалистую стену.

— Подожди! Посмотри назад!

Мелвин не атаковал. Но не стал и оглядываться. Что это, финт? Выпустить сейчас противника из поля зрения было бы смертельной ошибкой.

Похоже, Оргрим угадал его мысли. Он отступил на несколько шагов. И подал гвардейцам знак опустить оружие.

— Пожалуйста, не нужно сражаться! — Во внезапно наступившей тишине послышался слабый голос Кадлин.

Мелвин отбросил всяческую осторожность и оглянулся.

Его сестра поднялась в скальной нише. Она неуверенно стояла на ногах. Будучи все еще обнаженной, она прижимала к себе одежду, которой он ее укрывал.

— Идем к ней? — спросил Оргрим.

— Чего ты хочешь? — набросился Мелвин на князя троллей. — Что можно еще обсуждать?

— Идем со мной, и услышишь! — И, не дожидаясь ответа, тролль двинулся с места.

Мелвин побежал, чтобы по-прежнему находиться между троллем и сестрой.

— Именно так тролли держат свое слово? Ты обещал дать нам возможность уйти!

Оргрим не снизошел до ответа.

Мелвин достиг ниши в скале раньше герцога. Широко расставив ноги, он заслонил собой сестру.

— Один вопрос, женщина. — Оргрим по-прежнему игнорировал его. — Ты стала бы придерживаться нашего соглашения? Осталась бы в своем королевстве? Или вернулась бы, чтобы снова искать тело своего отца?

— Я вернулась бы, — слабым голосом произнесла Кадлин.

Слова эти поразили Мелвина, словно нож в спину. Как можно быть настолько наивной?!

— У нее жар…

— Это не исключает честного ответа, — холодно произнес тролль. Он указал на склон. — Я собрал своих воинов, чтобы разрушить твое королевство. Скоро мне нужно будет отправиться в Альвенмарк. И я уже говорил: когда я в последний раз покинул Нахтцинну, то по возвращении обнаружил, что мои женщины и щенки мертвы. Вы сожгли их живьем! — Тролль схватился за сердце. — Ты знаешь, что это за чувство?

Вы вырезали мне сердце. Я еще жив. Я еще дышу. Но на самом деле я мертв. Я решил, что ты и твои люди должны познать такое.

— Я была совсем крохой, когда вы, тролли, напали на мою родину. Но я еще помню замерзших детей, которых видела на льду фьорда, наполовину прикрытых снежным саваном. Из-за этой войны я выросла вдали от отца.

— А ты знаешь, почему мы пришли тогда? Твой отец первым поднял меч, когда бросился на помощь эльфам!

— И теперь ты убьешь мою беззащитную сестру, потому что это оправдывает кровопролитие? — набросился на князя троллей Мелвин. — И что будет дальше? Ты сможешь убить с этой горсткой троллей всех детей человеческих, которые живут во Фьордландии? Или кто-то уйдет от тебя, чтобы потом мстить?

— Какой счастливый день, эльфеныш, он дал мне возможность погреться в лучах твоей мудрости.

— Чего ты хочешь, тролль? Давай спустимся вниз и решим этот спор между собой. Или ты боишься сражаться с эльфом?

— Я здесь для того, чтобы лучше узнать детей человеческих.

Я хочу быть уверенным, что они никогда больше не подымут меч против моей родины. Люди идут за ней. Сейчас, в этот миг, старик без носа находится на расстоянии всего лишь трех миль отюда. Он собрал всех воинов, каких только смог найти.

Каждого дурака, который смог держать вилы. Все они к полудню будут мертвы, если я того захочу.

— Отрубите мне правую руку!

Мелвин обернулся к Кадлин. Лучше бы помолчала! На лбу у нее выступили капли пота. Наклонившись вперед, она стояла, опираясь на камень. Она выглядела так, словно в любой миг готова упасть от слабости.