Зай по имени Шерлок - Леонид Резников

– Ну, разве только капельку. Так сказать, за знакомство. Нам еще домой, – согласился Шерлок Зай.

– Вот черт! – Козлик потряс бутылку, разглядывая ее на просвет, потом отбросил в сторону и поднялся на ноги. Я только сейчас заметил, что он уже изрядно пьян – Козлика нещадно мотало из стороны в сторону на слабом ветерке. – Я сейчас другую принесу, – проблеял он, развернулся на месте, с трудом сохранив равновесие, и побрел прочь от костра. – У меня там, в болоте, остужается, – пояснил он, не оборачиваясь.

– Мы подождем, не торопитесь, – успокоил его Шерлок Зай, дымя трубкой.

Вскоре Козлик скрылся в плотной тьме, а мы продолжали сидеть у костра, дожидаясь неизвестно чего.

– Вы действительно собираетесь пить с этим козлом?

– Я не настолько романтичен, чтобы устраивать ночные посиделки с незнакомыми козлами на болоте. Тем более, пытающимися нас укокошить.

– А я уж испугался, что вы не в себе, дорогой Шерлок! – У меня прямо камень с души свалился. – Как же вы намерены теперь поступить?

– Я собираюсь обыскать жилище Козлика. – Шерлок Зай отложил трубку на замшелый камень и поднялся с земли.

– Пожалуй, пойду с вами, – я тоже поднялся на лапы. Мне вовсе не хотелось оставаться одному на открытом месте. А ну как енот пожалует или пьяный козел какой-нибудь новый номер отчудит.

Мы с Шерлоком Заем приблизились к шалашу. Сыщик забрался внутрь и принялся ворошить солому. Я остался на часах у входа, настороженно поводя клювом и прислушиваясь к малейшему шороху. Вскоре Шерлок Зай выбрался наружу. Вид у него был крайне довольный, а в правой лапе он держал лук и стрелы.

– Вот и улики, – продемонстрировал он находку.

– Значит, версия про енота верна? Но ведь он должен быть в тюрьме!

– Либо это другой енот – что маловероятно, – либо наш друг инспектор решил умолчать о побеге Проционе, оберегая собственную репутацию и честь полиции. Давайте вернемся к костру, – предложил Шерлок Зай. – Я просто уверен, что вскорости должно произойти еще нечто интересное.

– Я бы, честно говоря, уже отправился домой.

– Скоро, очень скоро мы так и поступим, дорогой Уотерсон. А пока… – он указал мне на место у костра, и мне не осталось ничего другого, как присесть рядом с сыщиком.

В ночи раздался тихий вскрик. Был он недолгим, но полным отчаяния. Мы вскочили со своих мест, вглядываясь в темноту. Я собрался было бежать на помощь Козлику, но Шерлок Зай удержал меня за крыло.

– Слишком поздно, Уотерсон!

– Как вы можете так спокойно говорить? Нужно бежать, спасать! Там же…

– Сядьте! – не очень любезно оборвал меня сыщик, и мне пришлось подчиниться. Похоже, он был уверен в бесполезности моего естественного порыва. – Вы ему уже ничем не поможете. И, прошу вас, делайте вид, будто ничего не происходит, даже если заметите какое-нибудь движение или услышите какой шорох.

– Но зачем?

– Сядьте, наконец, и сделайте так, как я вам советую!

Мне осталось только подчиниться. Похоже, наступал кульминационный момент, долгожданная развязка странной истории с берлокой, и мне не хотелось испортить все дело в решающий момент.

Я опустился на камень и стал ждать, чем все закончится. Мне было немного боязно, но я изо всех сил пытался не выказывать страха. Шерлок Зай выглядел внешне совершенно спокойным, хотя подергивание ушей и покусывание чубука трубки выдавали его волнение.

И вот в тишине я различил тихие, едва слышные шаги. Кто-то очень осторожный пробирался слева от нас вдоль кустарника или за ним, стараясь оставаться вне досягаемости света костра. Я незаметно ткнул крылом Шерлока Зая. Тот ответил мне едва приметным кивком – он тоже все слышал. Некто обходивший нас стороной теперь находился за нашими спинами. Шаги вдруг стихли. Мне захотелось оглянуться, но я продолжал смотреть на пламя, спиной ощущая неведомого врага. Тихонько зашуршала солома, по чему я понял: неизвестный забрался в шалаш и что-то там ищет.

– Любезнейший, вы не это случаем потеряли? – Шерлок Зай подобрал лежащий возле своих ног лук и поднялся, неторопливо обернувшись.

Я, напротив, порывисто вскочил, подхватывая из костра горящую палку – какое-никакое, а оружие.

Гоголь. Ревизор. Немая сцена: застигнутый врасплох наш старый знакомый енот Проционе каменеет с отвисшей пастью, раскоряченными лапами и выпученными глазами. Он сплошь покрыт соломой и в полнейшем недоумении взирает на нас. Продолжалось это довольно долго, с полминуты. Енот явно пытался сообразить, как ему следует поступить, но не находил приемлемого выхода из сложившейся ситуации. И я понимал его: нападать – так еще неизвестно, чем может закончиться драка, а бежать – позорно. Да и куда, собственно, здесь бежать? Кругом топь и непролазные заросли кустарников, а выход с поляны загораживаем мы.

– А-а-а! – воинственно вскрикнул енот, сбрасывая охватившее его оцепенение, и ринулся на нас, размахивая лапами: зубы оскалены, в глазах пляшут злые огоньки, когти выпущены и нацелены, разумеется, на меня – с Шерлоком Заем Проционе не рискнул связываться – вероятно, уже был в курсе, чем стычка с сыщиком могла закончиться для него. А я так, небольшое препятствие. Но он ошибся на мой счет.

Я зажмурил глаза и наугад ткнул в него горящей палкой.

– Ай! – енот отскочил, забивая лапками занявшуюся шерсть на пузе. – Ты что, сдурел, гусь поганый?

– Я селезень, к вашему сведению, – почувствовав страх врага, придавший мне уверенности, я стал наступать, размахивая перед собой горящей палкой. – Сдавайтесь, Проционе!

– Вот еще! – фыркнул енот, отступая все дальше, но в какой-то момент, уловив начало моего очередного замаха, он поднырнул под палку, сбил меня с ног и, вскочив, понесся к кустам.

Горящая палка вылетела у меня из крыльев, я вскочил, но было слишком поздно. Проционе уже достиг кустарника и теперь продирался сквозь него.

– Держи его! – воскликнул Шерлок Зай, отбросив лук, и, потрясая тростью, понесся в погоню за улепетывающим врагом.

Но в тот самый момент, когда Шерлок Зай уже почти настиг его, еноту удалось наконец обнаружить лазейку в плотных зарослях, и он прошмыгнул сквозь упругие ветви. Шерлок Зай устремился за ним, а я зачем-то схватил лук, наложил стрелу на тетиву и натянул ее, пытаясь поймать цель, бьющуюся в цепких объятиях кустарника.

Честно говоря, я держал лук в крыльях впервые в жизни и слабо представлял, как нужно целиться, но меня в тот момент преследовала лишь одна цель – не дать уйти преступнику. Она завладела всем моим существом. По здравому размышлению я бы поступил иначе: что стоило подняться в воздух и следовать за преступником по пятам, пока тот не выдохнется, но разве в пылу сражения всегда удается мыслить логически? Я слишком устал, был страшно зол и оттого плохо контролировал себя. Отмороженный енот пытался прикончить нас и, скорее всего, уже прикончил Козлика, бестолкового наивного козла, так жаждущего свободы…