Строитель - Роман Пастырь

А, блин, так до скончания века гадать можно. Европа — это в первую очередь могущественные аристократы и большие ресурсы. Не все семьи связаны с организацией. Так что принципиально не работать с европейцами нет смысла. У меня вон жена наполовину немка, и что? Ничего.

— Завтра устроит?

— Да. Думаю, что да. Обед, ужин?

— Лучше обед.

К обеду я не буду вымотанным и сохраню свежесть разума. Вечером, когда весь день пашешь, соображаешь куда хуже.

— Метрополь?

— Пойдет. Скажем, в час дня.

— Я организую. Столик будет на твоё имя.

— Договорились.

— Спасибо, что откликнулся.

— Да не за что.

За разговор денег не берут. Вроде бы.

Положив трубку, перевёл взгляд на Катю. Весь разговор она прекрасно слышала. Попробуй скрой что-то от высшего беса, что сидит в двух метрах от тебя.

— Знаешь этот род?

— Нет.

— А это нормально, чтобы настолько древние семьи остаются в тени и никому не известны?

— Почему нет? Алексей всё верно сказал. Даже у нас многие не знают о Стародубовых. Ты просто с ним учился, поэтому в курсе. А выйди за пределы института, и всё. На светские мероприятия выбираются редко, вся их недвижимость и предприятия зарегистрированы на нейтральные имена, и надо провести расследование, чтобы разобраться.

— Удивительно, как они так спрятались.

— Они сильные — поэтому их чревато трогать. Сами ни к кому не лезут. Это и создаёт уникальные условия, когда конфликты не возникают.

— Хочу так же.

— Не получится. Ты слишком заметный. Слишком много меняешь своими разработками, — покачала Катя головой.

— Умеешь ты подрезать мечтания.

— Да ладно тебе, — пожала супруга плечами.

— Что насчёт встречи думаешь? Как-то странно это и подозрительно.

— Стародубовы и организация — лично я в это как-то не верю, но тут надо учитывать, что старые роды… В общем, когда у тебя больше тысячи лет истории за плечами, всякое может быть. Мир, дружба, вражда, снова мир, бизнес. Но всё же у Стародубовых хорошая репутация, ни в чём криминальном они не замешаны. Отказаться — плохая идея.

— Я тоже так подумал.

Отказать можно. Но это испортит отношения, если нет серьезных причин для отказа. А их нет. Студенческий товарищ позвонил и предложил мне что-то выгодное. Если не придираться и не параноить, то выглядит это именно так.

Репутация у Стародубовых специфическая. В чём-то они могут поспорить с князем, но это на уровне верхушки аристократии, которая в курсе. Сама их древность придаёт веса любым предложениям. А тут они ещё хотят свести меня с представителем другого семейства. Тоже древнего. Эта возможность — как выиграть в лотерею. Если от меня что-то хотят, завяжется сотрудничество, а это выход… Да много куда. Так-то я не прочь подружиться с европейской аристократией. Не то чтобы буду рвать жилы ради этого, но, если возможность сама плывёт в руки, почему нет? Будет полезным в любом случае.

В том числе в конфликте против организации. Легко ополчить аристократию против неизвестного зарвавшегося русского, который слишком много дел наворотил и слишком много пяток оттоптал. И сложнее это сделать, если меня будут знать лично и вести какие-то дела. Те же Кнайты тому пример. Подрались с ними разок, а теперь отношения «умеренно-теплые».

Ну да ладно. Это я что-то совсем далеко забегаю. Быть может, от меня хотят просто новую броньку.

— Интересно, почему обратились именно через Белогрудовых.

— Потому что так проще? — приподнял я бровь.

— Нет, так не поступают. Чему тебя вообще мастер-этикета учил? — насупилась Катя и приняла строгий вид.

На это я приподнял и вторую бровь, отчего жена хихикнула.

— Дремучий ты мой муженёк. Сам же знаешь, что любая просьба — это долг, который придётся вернуть. Поэтому если можешь сделать сам, то сделай. Хотели бы что-то простое, типа брони, заглянули бы в офис.

Иногда у меня складывает ощущение, что Катя мысли читает. Но нет, всего лишь логика и знание, в какую сторону мои мысли могут направиться.

— И то верно. Гадать смысла нет тогда.

— Почему же, предположить можно. Если Алексей упомянул родовую землю, то интерес связан с тем, чем ты там занимаешься.

— Строю город?

— Это пока план. А что есть такого, что ты уже сделал?

— Переработал гигантскую свалку.

— Как вариант.

— Да не, не верю, что древний аристократ решит заглянуть ради этого.

— Вот и проверим. Или ты хочешь поспорить?

— Нет уж. Женская интуиция — это что-то мистическое, что мужчинам не дано понять.

— Как знаешь, — сверкнула она глазами.

Дурачится.

— Пошёл я. Пора делами заняться.

Катя чмокнула меня в щёку и рассмеялась, когда телефон завибрировал в третий раз.

— Бабушка, — озвучил я то, что увидел на экране.

Позвонить из другой страны на мобильный было проблематично, но возможно. Особенно для аристократа.

— Мари, — сказал я, взяв трубку.

— Эдгард! — послышался взволнованный голос пожилой женщины, которая никому не позволяла называть её бабушкой. — Слава богу, что ты ответил! Нам только что поставили ультиматум! Сказали, что, если ты не прибудешь на переговоры и не отпустишь пленных, они возьмут штурмом наш особняк!

— Они, это кто? — спокойно уточнил я.

— Дом Дюваль! Эдгард, что происходит?!

— Я сейчас прибуду, не переживай, всё будет хорошо.

— Но…

— Подожди, пока я не приду.

— Хорошо…

Старушка была явно на взводе. Выключив телефон, я закатил глаза. Катя выглядела куда встревоженней, чем я.

— Дюваль — это боевой клан. Военной мощи у них хватает.

— И?

— Ну, ты только после последнего конфликта отошёл…

— А, так ты за меня беспокоишься?

— Не за них же! — возмутилась Катя.

— Помнишь, я говорил, что у меня есть технология уничтожения метеоритного железа?

— Хочешь использовать эту ситуацию как повод? Может усложнить и без того сложную ситуацию.

— Поэтому я тебя попрошу прямо сейчас отправиться к дяде и сообщить ему новость. А я к своим людям и потом во Францию. Вообще, этот конфликт как-то тупо выглядит. Будто они совсем не понимали, к кому идут.

— Не переоценивай себя. Ещё не все в мире узнали, что Соколова нужно бояться.