Невеста для Тёмного Лорда - Ольга Волкова

Королева вернулась! В замке Лорда воцарилось спокойствие, а главное, что теперь никто не смел мешать нам обоим. Наслаждаясь друг другом, мы утопали в мире нирваны. На задний план отошли все проблемы, которые до сих пор витали над нашими головами. Я не забыла тот пустой взгляд Соломона, когда он посмотрел на меня, не веря, я ли перед ним, или обман.

Библиотека судеб по-прежнему закрыта от наших глаз. Хранители не желали вести диалог с Соломоном, даже отец моего мужа не сумел пробиться сквозь завесу скорби этих странных существ. Несколько дней и ночей я была в каком-то отчаянном ожидании чего-то. Кошки скребли на душе, оставляя кровоточащие раны. Геральда – мать Соломона, отказалась со мной разговаривать. Как сказал мой муж на земном сленге: словила бзик. Я хихикнула, когда мой Лорд вдруг ласково подмигнул мне и не прятал от меня своей коварной ухмылки, обещающей шаловливость его губ и рук.

— Нам нужно как-то Авраама вытащить из-за Зазеркалья, — потянувшись, я повернулась на бок лицом к лицу к мужу. Соломон нахмурился, но я чувствовала, что он сам был не свой и наверняка уже со своими демонами-воинами строил планы, как безболезненно для всех, вернуть дядьку обратно в Царство Адово.

— Анна…, — протянул Соломон, прикасаясь к моей щеке легким касанием. Совсем безмятежным и едва уловимым, а затем он указательным пальцем провел по нижней губе, напоминая, какими вкусными и страстными были наши поцелуи несколько минут назад. Я очень устала и хотела спать. В последние несколько дней мне не здоровилось, но я не показывала своей усталости Лорду. Хотя навряд ли от Тёмного Лорда можно было что-то скрыть. Кажется, он заметил, как я снова погрузилась в свои мысли, и, взглянув на меня своими черными, бездонными глазами, сказал: — ты стала немного рассеянной, любимая. В чем дело?

Я приподнялась на локте и одарила улыбкой Лорда, а потом поцеловала. Хотела продолжить начатое, но – нет. Не в этот раз. Соломон повалил меня на спину и вновь оказался в колыбели моих ног, сцепленных вокруг его талии. Снова наше зрительное сражение вечности.

— Решила сменить тему? — игриво спросил муж, чуть поддавшись вперед. Я коварно поиграла бровями, словно заманивала в свои сети. Но Лорд решил, что теперь мои правила менее действенны, как и чары. Он так быстро переместился обратно на свою половину нашей постели, что я даже ахнуть не успела, а потом Соломон вовсе поднялся.

— Куда ты? — с недоумением спросила, сев и прикрыв обнаженное тело простыней. Мои длинные волосы сослужили вуалью, покрывая плечи и спину. Соломон надевал штаны, но не отрывал своего пристального взгляда от меня. Я сначала было замешкалась, но потом сама снова легла и утопла головой в мягкую подушку. Накрылась простыней до самого подбородка и сделала вид, будто меня не заботит его молчание. Я тоже умею играть в молчанку! Мысленно заявила сама себе.

— Об Аврааме переживают все, дорогая, — начал Соломон, и я вновь была вся внимание. Тем временем Лорд присел на край кровати. — Попасть в Зазеркалье не каждому под силу. Нужна особенная магия, как и то, чтобы выбраться из этого забытья. Я до сих пор не представляю, как тебе удалось выжить, ведь перемещения здорово сказываются и на демонах в том числе.

— Но со мной всё в порядке, ты же видишь, — взволнованно ответила я, прервав монолог моего любимого мужа. Соломон сцепил свои губы в тонкую полосу, и, опустив взгляд на мою руку, он взял ее и крепко сжал в своей, а затем переплел наши пальцы в крепкий замок. — Ты слабеешь, Аня… Я не могу притворяться, что не вижу этого, и уж тем более не чувствую. Наши мысли… Черт возьми, я перестал слышать твои, — подняв взгляд, Соломон был крайне обеспокоен таким явлением.

— Когда ты заметил это? — едва дыша, спросила я, уже снова сев.

— Еще в библиотеке, — признался он. — Стоило мне оставить тебя внизу с Авраамом, всё… будто пошла цепная реакция, и я утратил наш дар – быть мысленно во всех смыслах.

— Но мы не нарушали договор, Соломон, — я вскочила и обняла мужа, повиснув у него на шее. Мой Лорд обнял меня и притянул к себе. Наши обнаженные тела по пояс соприкоснулись, согревая друг друга особенным теплом – любовью. Сердце Соломона билось с лихвой и таранило грудную клетку. Все три ночи я наслаждалась этим прекрасным барабанным стуком, отмечая, как сердце издавало различные мелодии в ритм.

— Нет. Не нарушили, любимая. Мы крепко связаны клятвой – этого никто не посмеет у нас отнять, — сказал, как отрезал, немного успокоив меня. — И всё-таки я волнуюсь за твое состояние, Аня. Поделись со мной, пожалуйста, — смягчив тон громоподобного голоса, Соломон немного отпрянул от меня, но не разрывал нашу тактильную связь на совсем.

— Когда я попала в Зазеркалье, Лола сказала, что она пожертвовала своей душой ради не перерожденных душ, так почему теперь они до сих пор мучаются? Разве жертва Лолы оказалась напрасной? Кто стоит за всеми кознями и почему? — я импульсивно высказывала свое недоумение и непонимание. В голове сумбур от каши и неразберихи, но больше всего я жутко волновалась признаться Соломону в том, что каким-то образом его мать Геральда замешана в многовековом конфликте между демонами и гоблинами.

— Что ты, Лола поступила отважно, — нахмурился Соломон уже в который раз.

Раздраженная и игнорируя мужа, я соскочила с постели и мгновенно скрылась в ванной комнате, где сыскала себе халат и тапочки. Быстро взглянув на себя в зеркало, я поймала себя на мысли, что в отражении вовсе не я, а Лола. Отскочила от раковины, напуганная этими думками. Сердце ухнуло в пятки, но я сумела себя взять в руки. Отдышавшись, я вернулась в комнату, застав Соломона у огромного окна, из которого был виден весь его мир до самых последних линий сплошного темного леса. Подойдя к нему, я обняла мужа со спины и уткнулась лбом в мощную спину.

— Уже прошло столько дней, а мы не предпринимаем ничего, — удрученно прошептала я, зная, что Соломон меня услышал.