Сказки темного города. Фатум - Наталиса Ларий

– Очень люблю читать, – ответила я, усаживаясь за большой письменный стол из красного дерева. – Это хорошо, что здесь столько книг, с удовольствием ознакомлюсь с ними позже. А сейчас оставьте меня, пожалуйста.

Горничная кивнула и вышла из кабинета. Я же осторожно вытащила ящик из стола, достала оттуда бумагу, взяла в руки перо и начала писать письмо родителям. Много писать не хотелось, поскольку рассказывать о своей жизни здесь я не знала как еще, да и не любила делиться таким через бумагу. А раз король пообещал, что родители максимум через неделю приедут ко мне, то я просто набросала на бумаге, что со мной все хорошо и что очень жду их приезда. Затем запечатала письмо и откинувшись на спинку стула задумчиво посмотрела на желтоватый прямоугольник, который скоро даст начало новому жизненному пути как для меня, так и для тех, кто скрывал свою сущность, находясь среди людей. Не знаю почему, но я знала, что белым действительно нужно вернуться сюда, где был их дом задолго до тех печальных событий, которые заставили их покинуть эти земли, и король был прав в том, что делал все возможное, чтобы восстановить существующий порядок на землях вервольфов.

– Мадам, пришел поверенный короля, – спустя какое-то время в кабинет постучалась Лизир.

– Пригласи его, – ответила я и встала из-за стола, взяв в руки письмо.

Когда мужчина вошел в кабинет и отвесил поклон, я протянула ему конверт и сказала:

– Я много не писала. Так, вкратце. Обо всем уже буду говорить с ними здесь, когда они приедут.

– Да, конечно. Это правильно, – поверенный забрал конверт и запрятал его в свой саквояж. – Я сейчас сразу же выезжаю с послом и уже через несколько дней буду надеяться, что вы встретитесь со своей матерью и своим отцом.

– Скажите, – осторожно проговорила я. – Как там мой муж? И Вильера…когда похороны?

– Похороны сегодня. Церемония будет проходить в часовне около поместья графа Рэнгволда в полдень, и, насколько я знаю, Вильеру похоронят в склепе Рэнгволдов. Как его светлость – не могу ничего сказать насчет этого, – ответил мужчина.

– Хорошо, спасибо вам, – я натянуто улыбнулась и попрощавшись с поверенным направилась в столовую, где меня уже ждал накрытый завтрак.

Заботливая горничная красиво украсила стол свежесорванными цветами и, что-то тихо напевая себе под нос, наливала чай мне в чашку.

– Рано утром привезли ваши вещи. Если позволите, я их развешу в гардеробной. Сразу этого не сделала, поскольку не хотелось вас будить. Вы так сладко спали, – прощебетала она.

– Уже и вещи сюда отправил, – тихо прошептала я.

– И, если позволите, хорошо было бы устроить прием для соседей. Рядом с вами живут очень влиятельные люди и было бы хорошо познакомиться со всеми. Граф и графиня фон Рэйн, барон и баронесса фон Корс…

– Мне не до этого сейчас, – грубо оборвала я щебетание горничной, и та испуганно замолчала. – Извини, но мне правда сейчас не до приемов. Выбери мне какое-то платье темное из моего гардероба и приготовь его побыстрее, а остальные развесь в гардеробной. Мне нужно срочно уехать.

– Вы на похороны? – спросила горничная, вездесущий нос которой был любопытнее, чем у кого бы то ни было из моих знакомых.

– Да, – сухо бросила я, допивая чай.

– Если у вас нет подходящего платья, могу что-то найти среди вещей герцогини. У вас с ней один размер, она худенькая была, как и вы. Вещи у нее просто шикарные и несколько черных платьев она так и не надевала никогда. Понимаю, что может это не совсем уместно, все же лучше надеть что-то черное на церемонию прощания, – осторожно проговорила девушка, в каждой нотке голоса которой было слышно переживание за свое место.

– Было бы неплохо. Найди что-то подходящее, – улыбнулась я девушке, и та едва ли не вприпрыжку покинула столовую.

Бросив взгляд на тикающие огромные часы, стоящие около стены, я с досадой поняла, что времени у меня на сборы совсем мало, поэтому отодвинув тарелку пошла следом за горничной в свою комнату. Стащив в себя платье, я села у зеркала и, соорудив на голове незамысловатую прическу, нервно кинула расческу на столик. Я понимала, раз Бран даже решил похоронить Вильеру в своем родовом склепе, то дело обстояло даже более серьезно, чем я думала и неродившийся малыш был намного более для него значим, чем предполагала, а, следовательно, я была в такой опале перед ним, что неизвестно чем закончится эта поездка для меня. В этот момент в комнату вошла Лизир, неся перед собой великолепное черное платье, украшенное кружевным воротником и расшитое драгоценными камнями по всему декольте.

– Кроме цвета в нем нет ничего от траурного платья, – сказала я, приложив платье к себе и посмотрев в большое зеркало, стоящее на полу.

– Герцогиня любила одеваться так, чтобы все ее запоминали. Даже на похороны, – девушка повела бровью и пожала плечами.

– Ладно, раз уж ничего у меня нет. Пусть будет это, – махнула безразлично я рукой.

Лизир помогла мне надеть платье и когда затянула на мне последний шнурок корсета, то в отражении увидела бледную красавицу в великолепном черном платье, которая стала похожа на этакую темную королеву, образ которой стоял у меня в голове после просмотренных сказочных спектаклей при дворе Лилиан.

– Какая же вы красивая, – прощебетала восхищенно Лизир, всплеснув руками. – Наденьте еще шляпку и образ будет довершен.

Она помогла мне закрепить шляпу на голове и опустив вуаль мне на лицо довольно окинула взглядом.

– Вы как наша герцогиня. Только молодая, – подмигнула она мне. – Экипаж уже ждет вас внизу.

– Хорошо, спасибо тебе, – я потрепала девушку по плечу и направилась на улицу, где меня уже ждал черный экипаж, запряженный такими же черными лошадьми, которые нервно храпели и били копытами в ожидании поездки.

Кучер помог мне сесть в экипаж и уже спустя мгновение мы мчали в направлении кладбища. Я понимала, что мое присутствие там было более чем неуместно, да и сама не горела желанием участвовать в проводах той, которая хотела мне смерти сама, а поплатилась своей жизнью. Вот только малыша мне было очень жаль, ведь я знала насколько его потеря была тяжела именно для Брана, поэтому он и принял решение похоронить Вильеру именно в своем склепе, отдавая дань женщине, носившей его ребенка. Как только экипаж притормозил около железной ограды церкви, я выпрыгнула из него и открыв калитку направилась вниз по склону в ту сторону, где располагался склеп. Уже издалека я увидела, что около него стоит довольно–таки внушительная толпа в черных одеяниях. Замедлив ход, я сделала глубокий вдох, приводя эмоции в порядок. Отыскав взглядом среди присутствующих Софию Ривергорн, я направилась к ней.

– Кэтрин, – тихо прошептала та, обнимая меня. – Я только утром узнала о случившемся. Такой ужас, не передать словами.

– Меня все ненавидят? – натянуто спросила я, окинув взглядом присутствующих, которые косо поглядывали на меня.

– Нет, что ты. Его величество недавно здесь речь произнес и рассказал всем, что случилось.