Магия восстает - Илона Эндрюс

Мы дошли до моей комнаты. Я открыла дверь и просунула голову внутрь. Пусто.

— Кэрран?

Нет. Никакого Кэррана. Да, у него есть план. Да, мне он не понравится. Теперь он всячески избегает меня. Замечательно.

Дверь впереди открылась и из нее показался Барабас.

— Минуту вашего времени, Альфа.

— Конечно. — Я кивнула Дереку. — Отнесешь чешуйку Дулиттлу?

Он кивнул. Я передала ему пакетик, и парень ушел. Мы с Барабасом проследили, как он входит в комнату Дулиттла.

— Он становится все мрачнее и мрачнее, — заметил Барабас.

— Дерек?

— Да. Скоро его темная сторона души вырвется наружу.

— Может тогда мы все сможем скрыться под прикрытием этой темноты. У тебя есть для меня информация?

— Да. Только не здесь. — Барабас прошел дальше по коридору в направлении лестницы. Я последовала за ним. Мы поднялись один пролет, повернули, затем Барабас открыл дверь, и мы оказались на широком квадратном балконе.

— Это место — настоящий лабиринт.

— И кто-то подслушивает нас внутри стен.

Мы прошли к дальнему концу балкона.

— Лорелай Вилсон, — начал Барабас. — Двадцать один год, дочь Майка Вилсона и Женевьевы де Вос. Семья де Вос управляет крупнейшей волчьей стаей в Бельгии. Штаб-квартира находится в Арденнских горах, в Валлонии — это французско-говорящий регион страны. Семья очень богата. Они заработали свое состояние в девятнадцатом веке на добыче угля, и преумножили его за последующие годы, используя богатый на полезные ископаемые регион для своей выгоды. В настоящее время они занимаются производством стали. И Женевьева, и Лорелай в свою очередь имеют доступ к деньгам, поэтому вряд ли ее интерес здесь связан с деньгами.

Она действительно принцесса оборотней.

— Как ты узнал все это?

Барабас хищно улыбнулся.

— Люди любят болтать, а я люблю слушать. Моя чертовская привлекательность тоже не мешает. Я просто очарователен.

— И полон смирения.

— Естественно.

— Что она здесь делает, Барабас? Насколько я вижу, она не относится ни к одной из стай. Как она вообще узнала об этой встрече?

— Этого я не знаю. Пока что. С уверенностью могу сказать, что она преследует какую-то цель. Я следил за ее поведением вчера и сегодня. Она начинает каждый разговор с лести, и это каждый раз намеренный выбор с ее стороны.

— Спасибо.

Лицо Барабаса стало очень серьезным.

— Как твоя няня, я вынужден довести до твоего сведения неприятный факт.

— Давай.

— Лорелай подходит слишком близко к Кэррану. Она также монополизирует его время.

— Я заметила.

— Не знаю, почему он делает все это, но его поведение посылает сигналы другим стаям, и они тоже это замечают.

Брр. И я ничего не могу с этим сделать. Угрозы в адрес Лорелай покажут мою неуверенность. Отсутствие угроз в адрес Лорелай делает меня безразличной или бестолковой. Было бы намного проще, если бы Его Пушистость закончил со своей программой и дал ей отпор.

— Уверен, что это все часть какого-то плана, — сказал Барабас. — Но мне хочется быть в курсе этого плана. Просто в интересах общей стратегии.

Да, мне тоже.

— Я поговорю с Кэрраном, — сказала я. — Что на счет существ?

— Пока ничего. Никто не видел ничего даже отдаленно похожего на них, или видел, но молчит.

Так я и думала.

— Мне необходимо встретиться со всеми тремя стаями по отдельности. Сможешь это завтра устроить?

— Конечно. С какой целью?

— Хочу попробовать повыть в темноте.

Барабас нахмурился.

— Я не понял.

— Это волчье выражение. Когда ты чувствуешь кого-то в темноте, но не знаешь, добыча это или конкурент, ты воешь, чтобы проверить, сбежит он или ответит. Хочу повыть на стаи и проверить, огрызнется ли кто-то в ответ.

— Понял. Они согласятся на разговор, чтобы не обидеть нас, и отвести от себя подозрения, но они могут не отвечать на наши вопросы, и заставить их мы не сможем.

— Выужу все, что смогу.

— Хорошо. Я дам тебе знать, когда что-то выясню. Кейт?

— Да?

— Я тебя прикрою, — сказал Барабас.

— Спасибо.

Я ушла с балкона. Мысли о Лорелай меня раздражали, но сейчас тут ничего не сделаешь. Я должна найти Кэррана сегодня и выяснить, что за безумный план он готовит, а пока мне нужно сосредоточиться на том, чтобы сохранить Десандре жизнь.

Андреа и Джорджи обе охотились и дважды меняли обличие за последние шесть часов. Они будут уставшие. Я же, после мужчины в клетке и Лорелай, была свежа, как роза. Злость — лучшая альтернатива кофеину.

От стены оттолкнулась тень и последовала за мной. Дерек двигался по коридору абсолютно бесшумно, как смертоносный призрак на мягких волчьих лапах.

— Из-за того, как ты тайно следуешь за мной по пятам, у меня чувство, что меня преследуют. Почему ты не можешь идти рядом?

Он подбежал ближе.

— Я просто пытаюсь защитить тебя.

И ты, Брут?

— Сначала Барабас говорит, что прикроет меня, теперь ты следуешь за мной, как тень. Вы двое знаете что-то, чего не знаю я?

Дерек лишь пожал плечами.

— Мне не нравится это место.

— Да, мне тоже. Дулиттл посмотрел чешуйку?

— Да. Он хочет поговорить с тобой.

Я изменила направление движения. Мы остановились у комнаты Дулиттла. Внутри Кира и Эдуардо играли в карты. Добрый доктор читал книгу у окна.

— Как дела с чешуйкой? — спросила я.

— Как и ожидалось, учитывая недостаток оборудования. — Дулиттл посмотрел на меня. — Я не чудотворец.

— Он в тупике, и это делает его раздражительным, — сообщила Кира.

Дулиттл закатил глаза.

— В традиционном смысле эта чешуйка — не чешуйка. Это пластина.

— Это мне ни о чем не говорит, — ответила я ему.

— Ты когда-нибудь слышала про панголинов? — спросил Дулиттл.

— Нет.

— Это млекопитающие из семейства Ящеров, распространены в некоторых частях Африки и Азии. Внешне похожи на муравьедов, покрытых большими ороговевшими чешуйками.

— Выглядит как ходячая шишка, — добавил Эдуардо. — Представь себе нечто среднее между муравьедом и артишоком.

— Костные пластины панголина сделаны из кератина, — продолжил Дулиттл. — Как наши ногти или когти. У кожи несколько слоев. Самый верхний — эпидермис — состоит из омертвевших клеток. Чешуйки змеи состоят из эпидермиса и соединены друг с другом, позволяя совершать экдизис. Иными словами, змея во время линьки скидывает весь верхний слой своей кожи. В теории, оборотень-рептилия будет обрастать чешуей при каждой трансформации. Пластины формируются в дерме — более глубоком слое кожи. По строению они ближе к волосам, так как у каждой свой корень. Хоть на вид они и напоминают чешуйки, это совершенно разные вещи.