Эра джихада - Александр Афанасьев

Молодой британец скривил губы.

– И как вы намереваетесь это разыгрывать? Реакции женщины практически непредсказуемы, тем более женщины, когда-то потерявшей ребенка.

– Все в порядке… – успокоил англичанина «саудит», – с Фатимой постоянно работают. Ее состояние находится под контролем. Нельзя сравнивать ее с западной истеричкой, она верующий человек, правоверная мусульманка.

«Саудит» на самом деле был русским, точнее – наполовину татарином. В восемьдесят седьмом году его удалось внедрить в Саудовскую Аравию по хорошей легенде, дающей возможность через несколько лет вплотную подойти к тайнам финансирования джихада в Афганистане и Пакистане, переправки оружия и наемников, развертывания басмаческого движения в южных республиках СССР, проникновения в СССР ваххабизма. В девяносто втором он пришел с повинной в Мухабаррат и предложил свои услуги. Его могли казнить, отрубить голову на площади как предателю – но разведку страны тогда возглавлял принц Турки аль-Фейсал. Намного лучший разведчик, чем нынешний глава службы, который успел уже съездить в США пролечиться от алкоголизма. Принц аль-Фейсал поговорил с советским разведчиком и сказал, что свои преступления против Саудовской Аравии он сможет искупить только честной работой на саудовскую разведку. Теперь бывший комсомолец возглавлял отдел, занимающийся сопровождением всей нелегальной агентурной сети, и волей Его Величества в порядке исключения ему было пожаловано саудовское подданство, хотя в его жилах не было ни капли арабской крови.

– Откуда вернулся Аслан? – задал вопрос бородатый англичанин.

– Из Ливии. Так, внимание… началось.

Сегодня в Триполи должен был состояться сход шейхов крупнейших племен Ливии, как восточных, так и западных. Его инициатором должен был стать шейх уль-ислам Хаби, очень уважаемый в исламском мирке ученый и правовед, настолько уважаемый, что если бы он сказал, что кто-то из шейхов племен действует не по воле Аллаха, его разорвали бы собственные подчиненные – боевики. На этом сходе он намеревался предъявить шейхам тяжкие обвинения в отпадении от ислама, убийствах правоверных, контактах с неверными и потребовать прекратить усобицу и объединиться в единую страну к благу всего ливийского народа, как и было раньше. Это могло пройти – моральный авторитет шейха, к восьмидесяти годам ничего не нажившего, кроме старой машины да большой армейской палатки, которая у него была вместо шатра, среди ливийцев был очень высок, а усобица всем надоела. Тем более что шейхи все доходы от нефти оставляли себе, а с людьми как Каддафи не делились. Но шейха Хаби кто-то убил, и восточные шейхи поспешили заявить, что это сделали западные шейхи, а западные – что к этому приложили руку восточные. После чего грызня вспыхнула с новой силой, а Ливия еще долго не сможет вернуться к нормальной жизни и конкурировать со странами Залива на рынке нефти.

Картинка на экране, на которой было изображено лицо миловидной, даже красивой блондинки, сменилась изображением с камер видеонаблюдения. Агент Аслан подъехал к одному из зданий, принадлежащему саудовской государственной компании АРАМКО – там он должен был встретиться со своим куратором.

– Весь вопрос в том, как замотивировать действия Зейнаб. И у нас есть насчет этого кое-какие мысли…

Джидда – совсем не то место, где можно неожиданно встретить знакомого, здесь не так много туристов, как на Кипре или на черноморском побережье Турции, но Лечи, спокойно идя по улице и присматриваясь к витринам, чтобы не прозевать хвост, кое-кого вдруг увидел. Сначала его привлек не сам человек, а его походка. Походка чужака – когда человек нервничает и старается это скрыть, когда человек старается побыстрее уйти с какого-то места – его походка становится несколько другой, нервной и быстрой. И хотя человек был одет как местные, он все же привлекал внимание своей походкой. Лечи пригляделся – и вдруг понял, что знает этого человека.

Это был Аслан. Аслан, в честь которого и взял свой оперативный псевдоним. Аслан, которого убили русские собаки…

Потрясенный, он перебежал дорогу и схватил этого человека за руку.

– Аслан? Это ты?

Человек рывком освободил свою руку.

– Что вы говорите? Я не понимаю.

– Аслан, это я, Лечи. Лечи, помнишь меня?

Человек отрицательно покачал головой.

– Я не знаю, о чем вы говорите. Оставьте меня в покое.

Лечи смотрел в лицо своего друга, того самого, который побил его в восемь, и из-за него он пошел в спорт, желая отомстить за обидное поражение. И с ужасом убеждался – да, это не Аслан. Лицо немножечко другое, морщины, а главное – глаза. У Аслана не могло быть таких усталых глаз, у него были глаза бойца, горца, веселого хулигана.

– Извините…

Человек пожал плечами – и они разошлись в разные стороны…

– Ас салам алейкум, эфенди…

– Салам алейкум, Аслан, салам алейкум.

Бывший полковник вооруженных сил Королевства, а теперь один из руководителей спецотдела в службе безопасности АРАМКО, отвечающего за устранение конкурентов на нефтяном рынке и поддержание высоких цен на нефть (путем терактов и провокаций), встал из-за своего стола, обнял своего агента. Он был хорошим офицером и знал, что надо ценить подчиненных, тем более таких, которые могут сделать почти невозможное. А Аслан как раз и был из таких – он совмещал чудовищную физическую силу со специальной подготовкой, полученной у опытных инструкторов британского САС, и интеллектом, полученным при обучении в советского образца еще школе. Так что бывший полковник ценил этого солдата и воспринял новость, что разведка временно забирает его, с изрядным раздражением. Но делать было нечего – приказ пришел с самого верха.

– Дело сделано, – коротко сказал Аслан.

– Я знаю. Сам Аллах направляет твою руку…

Саудовская Аравия напоминала чем-то Советский Союз, только вместо триптиха «марксэнгельсленин» здесь был единый Аллах. У которого не было сотоварищей…

– Аслан, – спросил полковник, – ты знаешь о том, что происходит сейчас в Черном море?

– Нет.

Полковник пустил по столу плоскую панель планшетника.

– Посмотри.

Аслан нажал на кнопку воспроизведения – и меню сменилось экраном видеовоспроизведения.

– Черное море. Русские начинают совместно разрабатывать его с американцами. Судя по отчетам, какие нам удалось заполучить, запасы нефти оцениваются там как сверхгигантские. Русские предоставляют залежи и трубопроводную систему, американцы – технологии, чтобы добывать нефть в такой агрессивной среде.

– Крым? – спросил Аслан.

– Нет, это уже не шутки. Вероятно, мы не уделили должного внимания этому региону тогда, когда решение могло быть простым. Сейчас – даже если крымские татары поднимут мятеж – он будет быстро и безжалостно подавлен, никто не будет говорить о демократии и оказывать помощь маленькому угнетенному народу. Когда речь идет о нефти, неверные отбрасывают свою риторику и показывают свое истинное лицо. Действовать придется в Москве.