Последняя ошибка Темного Мастера - Виктор Баженов

— Пошли, пошли, там все наши тусуются.

— Да подожди ты! — Юноша тормознул в дверях и начал озираться.

Народ здесь, как он понял, кучковался по интересам. Возле стойки клубился сплошной гламур, который потряхивало так же, как и Коляна, кто-то просто пьянствовал и делал амурный политес дамам, откровенно радуясь жизни, а в углу за отдельным столиком о чем-то шептались подозрительные личности. Заметив интерес Дениса к ним, Колян заволновался:

— С этими не связывайся. Это торговцы.

— Ну и что? У вас здесь многие торгуют, как я понял.

— Эти оружием торгуют по дешевке. А кое-кому его даром раздают. В свои ряды заманивают. Опасные личности. Хотят трех толстяков под корень извести.

— А что же их не ловят?

— Почему «не ловят»? Вон видишь того кадра? — кивнул Колян на напомаженного господина, только что подошедшего к подозрительным личностям.

— Вижу. Ну и что?

— Это капитан королевской стражи. Переодетый, — таинственно прошептал Колян, — делает вид, что скупает оружие для революционеров.

— А на самом деле?

— А на самом деле для оружейных складов толстяков.

— Но зачем?

— Так выгода какая! За четверть цены королевских солдат вооружает. Казне королевской большая экономия получается.

— Охренеть! А кто этим торговцам оружие поставляет?

— Оружейник Просперо.

— Ах, во-о-от оно что!

У Дениса сразу зачесались кулаки. Принцессу доставили именно Просперо, а значит, он каким-то боком к похищению причастен, хоть и не знал содержимого корзинки. А вот эти кадры вполне об этом могли знать. Однако желание немедленно разобраться с подпольщиками встретило активное сопротивление со стороны Коляна.

— Да пошли к нашим уже! — взмолился он и потащил Дениса к барной стойке.

— О! Колян пришел! — оживилась гламурная толпа.

— И не один.

— Да это же сам герцог!

— Он свой в доску, — успокоил корешей Колян.

— Ну что, есть? — азартно подалась вперед худощавая девица, обдав Дениса тонким ароматом фирменных духов.

— Есть Диорини, есть, — успокоил Колян девицу. — Стервалини, не толкайся, всем хватит. Ну наливай, — приказал он бармену.

— Вашей фирменной?

— Конечно. Всем наливай. Гуляем.

Бармен извлек из-под прилавка четверть гномьей водки с надписью на этикетке «Особая», выставил на стойку ряд стаканов и наполнил их чуть не до краев.

— Ну доставай, — подпрыгивая от нетерпения, прошептал Колян.

— Что доставать?

— Медь доставай, бестолочь! Будем из «Особой» делать «Отпущение грехов».

— А-а-а…

До Дениса наконец дошло, и он вынул из кармана медный крестик. Колян схватил его и макнул поочередно в каждый стакан.

— Притырь подальше, пока никто не видел, — вернул он крест Денису. — Ну будем!

Все дружно выпили.

— Вот это кайф!!!

— Как по жилкам побежала.

— Да-а-а…

Денис пожал плечами. Обычная водяра. В Рамодановске пивал и лучше. А вот на остальных «Отпущение грехов» подействовало круто. Колбасило нариков не по-детски.

— Хорошо пошла! — в экстазе простонала Стервалини, передернув плечиками, и Денису на мгновение показалось, что над головой у нее замерцал нимб. Такие же нимбы мелькнули над головами остальных нариков.

— Во, вставило! — Было ощущение, что из ушей Коляна пошел дым, причем теми же нимбовыми кольцами.

— А серебряные кресты туда макать не пробовали? — усмехнулся Денис.

— Нет. И тебе не советуем, — потряс головой Колян. — На серебро не переходи. С него не слезешь. Мы лучше по старинке, на меди оторвемся. Так надежней. А ты молодец. Уважил, кореш. Доставай, продолжить надо.

— Опять крест?

— Да ты совсем неопытный. Теперь то, что в мешочке.

Денис извлек из кармана кисет. Исходящие из него ароматы ладана заставили толпу наркоманов застонать.

— О!

— Да!

— Это оно!

— Да тут надолго хватит!

У бармена при виде такого богатства перехватило дыхание. Он тоже участвовал в общем веселье, качество товара оценил сразу, а потому тут же вытащил из-под прилавка солидный мешочек с золотом.

— Вот… здесь это… тысяча…

— С ума сошел? — вызверился на него Колян. — Да такой товар на все три тыщи тянет! Кого напарить хочешь, гнида?

— У меня при себе сейчас больше нет, — испугался бармен. — В гномий банк завтра сгоняю и…

— Да вы что, ребята, — добродушно пожал плечами Денис. — Чтоб я со своих деньги брал? Обижаете.

— Герцог! Я твоя навеки! — Стервалини полезла к Дэну целоваться.

— Я ж говорил: свой в доску! — Квёлый Колян от избытка чувств даже прослезился.

Нарики засуетились.

— Давай, бодяжь по-быстрому, вставляет же!

— Из расчета один к десяти, не больше!

— Без вас знаю, — отмахнулся бармен, смахивая со стойки мешок с золотом. Вместо денег на стойке появилась фарфоровая ступа, в которой лежал пестик из агата, а также банка с мелким порошком лимонно-желтого цвета.

— Что это? — спросил Денис.

— Я сразу понял, что ты в нашем деле новичок, — покровительственно похлопал его по плечу Квёлый Колян. — Это, братишка, сера!

Тем временем бармен высыпал в ступу содержимое кисета, тщательно растолок в ней ладан, после чего добавил из банки серы, раз в десять увеличив содержимое ступы, и старательно размешал полученную смесь.

— Ух, ща засмолим!

— Где бумага?

— Здесь. — Бармен выложил на стойку стопку испещренных мелким шрифтом листков, и нарики начали сворачивать из нее самокрутки. Денис взял в руки один лист.

— «Прокламация», — неспешно прочел он. — «Граждане и гражданки, мы, патриоты Дюлока, призываем вас свергнуть зажравшихся тиранов, попирающих права и свободы…»

— Герцог, кончай фигней маяться, — Колян уже блаженствовал, пуская дым из ноздрей, — лучше пыхни. Такой кайф!

— Откуда у вас это?

— Это я хочу тебя спросить: откуда? Гномы-церквушники давно в наши края не наведывались. Карлуша, не упади.

— Товар охрененный! — просипел Карлуша Пазлотини. Его уже пошатывало. — Такого товара мы лет пять, если не больше, не видали. До зеленых ангелов вставляет. Где брал?

— Где брал, там уже нет, — рассердился Денис. — Я вас про прокламации спрашиваю. Откуда они у вас?