Волчий камень - Петр Заспа

Задумавшись, Карлос смотрел, как команда приводит в порядок снасти «Золотого быка». Галеон стоял у входа в бухту, подобрав паруса и опустив на дно якорь. За борт летел мусор, накопившийся после долгого плавания. Двое матросов с трудом перебросили через борт черное тело. Еще один раб не вынес предназначенной ему участи.

— Посмотри, отец. Вон полетели в море еще сто моих песо. — Вздохнув, Карлос кивнул на свой корабль. — И так весь путь домой.

— Не о том ты говоришь. Отправь на борт бочонок с водой да помоев с кухни Деборы, и они протянут еще неделю. Ты бы лучше почаще поглядывал на корабль чужаков.

— То, о чем ты говоришь, отец, очень заманчиво. Но когда это произойдет, ты и сам не можешь сказать. А я сейчас вижу, как превращается в пыль результат моих двухмесячных скитаний. И с командой мне тоже чем-то рассчитываться надо. Дай мне три дня, я пройду вдоль берегов Эспаньолы, распродам по плантациям рабов и тут же вернусь. А чужаки никуда не денутся, подождут еще неделю.

Дон Диего, нахмурившись, замолчал. Доля здравого смысла была в словах Карлоса, но очень уж не терпелось осуществить задуманное. Но больше всего огорчало то, что он не знал планов чужаков. Сколько у него еще есть времени, действительно было загадкой.

— Чуи! — Дон Диего подозвал сидевшего в стороне охранника. — Узнай, где их капитан. — Отпил вина, потянулся и, повернувшись к сыну, пояснил: — Я назначил человека следить за их капитаном. И теперь всегда знаю, когда он на берегу, а когда на корабле. Они живут строго по часам, и это тоже нам на руку. Чужаки предсказуемы. Я уже выделил среди них тех, кто ими управляет. Достаточно их убрать, и остальные превратятся в беспомощных детей.

Карлос стоял к нему спиной, губернатор не видел его лица, но для него оно всегда было раскрытой книгой. И потому молчание сына дону Диего не понравилось. Он решил, что можно ослабить нажим на Карлоса и тон железного командира сменить на добрый, отеческий.

— Я всего минуту был на «Беатриз», но остался доволен. Ты молодец, галеон в отличном состоянии. Я не жалею, что когда-то отдал его в твои руки.

— Отец, мой корабль называется «Золотой бык». И мы с тобой уже говорили об этом. — Карлос не смог скрыть, что похвала отца ему понравилась. — С прежним названием можно было рассчитывать лишь на любовное приключение. А меня интересует совсем другое. То, что правит нашим миром. Чем у тебя его больше, тем ты ближе к вершине этого мира. Меня интересует золото, а потому мой корабль называется «Золотой бык». Да и набила всем оскомину у этих берегов твоя «Беатриз». Где только услышат это имя, сразу бросаются в погоню.

Разгоравшийся спор прервал появившийся Чуи. Подождав, когда на него обратят внимание, он доложил:

— Наблюдатель сообщил, что капитан пока на борту, но готовится отплыть на берег. Шлюпка с их корабля сейчас отчалит.

— Пошли. — Дон Диего вскочил из-за стола и потащил сына к лестнице.

Спускаясь по тропе к причалу, губернатор заметил, что шлюпка чужаков уже приближается к берегу.

— Смотри, Карлос, они плывут не к своему причалу, а к нашему. Это визит. И бьюсь об заклад, причина тому — твое появление.

Среди прочих Дон Диего заметил в шлюпке черное лицо переводчика чужаков. Он позволил себе улыбнуться. Чужаки явно собирались с ним разговаривать.

«Что, сеньоры? — злорадно подумал дон Диего. — Вы тоже почувствовали, за кем теперь сила? То ли еще будет».

Чуи ловко подхватил брошенный конец и намотал на опору причала. Первым, как обычно, на причал выпрыгнул капитан. Карлос во все глаза уставился на него. Так близко чужаков он еще не видел. С капитаном они были приблизительно одного возраста и даже одного роста. Но остальные матросы, задержавшиеся в шлюпке, походили скорее на безусых мальчишек. Команда «Золотого быка» смотрелась куда старше, опытней и сильнее. Но больше всего Карлоса поразило присутствие за спиной капитана рослого крепкого мавра. Как опытному ювелиру, который может с первого взгляда увидеть достоинство крупного алмаза, или умелому наезднику, способному мгновенно признать достоинства арабского скакуна, так и работорговцу Карлосу достаточно было секунды, чтобы оценить стоимость мавра чужаков.

— Ты не говорил, что у них есть рабы, — шепнул он отцу на ухо.

— Это их толмач. Знает наш язык. При нем лишнего не болтай.

Мавр, знающий испанский язык! Да ему цены нет! Карлос с восторгом рассматривал Удо.

— Приветствую вас, сеньор капитан. — Дон Диего протянул руку для рукопожатия. Он уже обратил внимание, что чужакам это нравится, обменявшись рукопожатием, они становятся дружелюбнее и сговорчивее.

— И я вас приветствую, губернатор. — Гюнтер внимательно посмотрел на Карлоса. — Представьте нас друг другу. Который из сыновей порадовал отца своим прибытием?

— Вы догадливы, сеньор. Это действительно мой сын Карлос.

— Не надо быть очень догадливым, чтобы это понять. Карлос очень похож на вас.

Дон Диего польщенно улыбнулся.

— Капитан, я приглашаю вас разделить мою радость по поводу прибытия сына. После исчезновения вашего матроса вы как будто сторонитесь нас. Уж не обвиняете ли вы моих людей в этом?

— Нет, губернатор, я верю, что наш матрос опрометчиво ушел в джунгли и, возможно, погиб. А что до визитов к вам, то поверьте, много дел. И, кстати, я очень вам благодарен за помощь, которую вы оказываете нам. Мы не сторонимся вас, это — недоразумение, которое я с удовольствием исправлю. Этот вечер мы готовы провести в вашей компании.

Губернатор посторонился, приглашая подводников пройти с причала на берег.

— А как ваш раненый? Он выздоравливает и что-нибудь рассказывает?

— Нет. Наш доктор борется за его жизнь и ни на минуту не оставляет одного. Но матрос по-прежнему не приходит в себя.

— Ужасный случай. — Дон Диего опытным взглядом окинул моряков, сопровождавших капитана. Сосчитал имеющееся у чужаков оружие и, поравнявшись с Гюнтером, сочувственно произнес: — Я прикажу нашему пастору молиться за его здоровье.

Карлос между тем не отрывал глаз от Удо, переводившего беседу капитана и губернатора. Когда Герреро прошел мимо него, работорговец залюбовался его кошачьей походкой и играющими мышцами. Черная кожа отливала на солнце синевой, будто шкура дорогого вороного коня.

Карлос догнал доминиканца и, схватив за руку, развернул лицом к себе. Ощупав удивленному Удо мышцы на бицепсах и плечах, он остался вполне доволен.

— Капитан! — крикнул Карлос в спину удаляющемуся Кюхельману. — Отдайте мне своего мавра! Я дам вам за него двух африканцев.

— Что такое? — удивленно спросил Гюнтер насупившегося Удо. — Что он говорит?

— Предлагает вам за меня двух рабов.

Дон Диего грозно глянул на сына:

— Уймись, Карлос!

— В чем дело, отец? Я предложил малую цену?