Десант стоит насмерть. Операция "Багратион" - Юрий Валин

— Очень нужная и актуальная вещь, — восхитился старлей. — Полагаешь, дальше нам разогретая полевая кухня подвернется?

— Зменяю на што. — Михась сунул ценный столовый прибор в карман пиджака.

— Ты бы что дельное запасал, — сказал Женька. — Вон, смотри, какой приличный инструмент. Что ни говори, а настоящее немецкое качество.

Опергруппа поразглядывала лопату с шарниром и аккуратной ручкой — инструмент сиротливо валялся под елкой.

— Экие вы хозяйственные хлопцы, — заметил Нерода. — Ладно, Михась — у него правильное крестьянское воспитание. Но откуда у товарищей переводчиков такая любовь к шанцевому инструменту?

— Он, инструмент, жизнь и здоровье спасает, — сказал Земляков. — Зря вы мою лопатку бросили. Неуютно без нее.

— Да покорябало ее вовсе, — оправдался Михась. — Магилку рыли и то… Сплошь занозы.

— Чего уж вспоминать о былом благосостоянии. Карабин тебе вытащили — уже радуйся, — напомнил Нерода.

— Да я по этому поводу вообще в экстазе, — согласился Женька.

Опергруппа двинулась дальше. Уже смеркалось, в темноте группа немцев наверняка попробует прорваться. Подобие централизованного управления у противника еще сохраняется, но и мелких групп, отбившихся от своих и окончательно потерявших ориентировку, бродило в избытке.

* * *

…Просочились. Михась вывел к безвестному ручейку, двинулись вдоль него, прикрываясь непролазными зарослями бузины. Дважды слышали относительно близкий разговор — но свои там или чужие, было не понять: расслышать мешала недалекая стрельба. Собственно, объясняться со своими, теряя время, опергруппе тоже было не с руки.

Сидели в кромешной тьме, перематывая мокрые портянки.

— Тяпер як по дороге пойдем, — утешил Поборец. — Миж балот тропа. Чужым тута выйти сложно.

— Ты точно знаешь, где мы? — уточнил Женька. — Не, я не сомневаюсь, просто сам уже того… Совсем запутался.

— Яно ж слышно, — снисходительно пояснил Михась. — То пулемет на Купинах. Чуешь? А на Горож сцихла — с час як ваявать перестали.

Во тьме Женька с трудом угадывал указующие взмахи руки проводника. Ладно, уверен парень, и хорошо.

Теперь двигались почти ощупью. Луны не было, а звезды, порой проглядывающие сквозь завесу еловых лап, лишь убеждали, что у мира еще остался верх и низ. Тропа, то нащупывалась ногами, то исчезала — продирались напрямик — Земляков отводил-пропихивал упругий лапник карабином, пытаясь не потерять смутно-серую спину проводника. Следом пробивался Нерода. Под ногами начинало чавкать, но шли дальше. Удовлетворенно хмыкал Михась — раз и ослепшему товарищу переводчику показалось, что заметил на стволе осинки старую зарубку. Под ногами вновь оказывалась тропа…

— Считай, прыйшли, — объявил Поборец, поглядывая вверх. — Светает як раз. То хорошо: завал и мины обойдем, часовые нас сами разглядзяц.

Часовые действительно были начеку — заорали тонкими голосами, — на слух в секрете стояли бойцы, годами не старше товарища Поборца. Чуть позже Женька осознал, что один из часовых вообще девчонка. Но в принципе служба была поставлена правильно — разом появилось подкрепление, и даже с «ручником». Впрочем, Михася здесь знали.

Путь в лагерь, землянки и пожилого коменданта Женька помнил плохо — ноги отваливались, зверски болел крестец и вообще… Напоили крепким чаем, чем-то угощали, но есть абсолютно не хотелось. Нерода беседовал с комендантом, а товарища Землякова неудержимо клонило в сон. Еще запомнилось, как комендант почему-то грозит кулаком Михасю — проводник хранил невозмутимый, слегка туповатый вид…

* * *

Проснулся Женька от пения птиц. Рассвело, видимо, недавно, косые солнечные лучи лишь местами касались сосновых крон, но пичуги орали радостно и вдохновенно, словно война уже и вовсе закончилась. Младший сержант Земляков сел и закряхтел — боль в крестце никуда не делась. Дверь землянки была распахнута, был виден лес. Женька попробовал протереть глаза — опять закряхтел. Гуля на глазу тоже никуда не делась. Подхватив карабин, геройский переводчик сполз с жестковатых, хоть и покрытых сеном, нар, поднялся по земляным ступенькам и обнаружил сидящего на пеньке Поборца. Без своего универсального пиджака проводник выглядел и вовсе худющим мальчишкой.

— Проснулся? — Михась щурился на солнце. — А я гляджу, солнечна сегодня. Летаць будут.

— Кто?

— Да самалеты ж. А нам дароги переходить.

— Это конечно. — Женька сощурился на кроны сосен. — А это кто щебечет?

— Чаго?

— Что за птицы?

— Берасцянки[88]гарлапанять, — снисходительно пояснил следопыт. — А тебя старший да штабу кличет.

— Так почему не будишь?

— Подождут. Ты и так просыпался.

— Пойдем быстрее. Начальство, оно, знаешь ли…

— Чаго там. Ты ж вон учора это… Ясно ж дело сложное…

— Ну, в общем, да, — Женька постарался одернуть масккостюм.

Штабная землянка была пуста и просторна, окошки-бойницы пропускали достаточно света. Женька прихлебывал чай и размышлял о том, что хлеб кустарной выпечки — довольно интересная штука. И как они умудряются? Вкусно ведь.

— …Маршрут ваш я уточнять не собираюсь, — заверил комендант. — Но вот по персоналиям не могу не упомянуть…

Деда-коменданта звали Авдей Леонидович. Был он не по-партизански выбрит, носил на поясе аккуратную немецкую кобуру с маленьким «вальтером» и, судя по всему, имел солидный лесной опыт.

— А что по персоналиям? — насторожился Нерода. — С Поборцем мы уже шли. Парень толковый.

— Та я не про него, — Авдей Леонидович неспешно свернул цигарку, поковырялся с самодельным мундштуком. — Я Михася еще вовсе сопляком знал. Толковым разведчиком был, да. Ежели в деле. А если сидит, так «взбрыкне», что прямо удивительно. Доведет — сейчас поопытнее его все одно никого не найти. Нет, доведет. Я насчет товарища Лебедева…

Нерода покосился на младшего агента группы — Женька глотнул из кружки и поинтересовался:

— А что товарищ Лебедев? Отсутствует? Нездоров?

— Вчера листовку мне на утверждение приносил. С виду был бодр, — комендант чиркнул самодельной зажигалкой, блаженно выпустил клуб дыма. — Но ежели у вас ответственное задание… А я так понял, что очень даже ответственное, лучше я вам Еремчука дам. Он почти оправился, политически грамотный…

— А Лебедев, значит, из не совсем устойчивых? — спросил Женька.

— Это кто сказал? — удивился комендант. — Очень грамотный товарищ. Мы ж без него как без рук. Митинги, наглядная агитация. Даже штаб соединения…

— Так и мы о том же. Командир из кадровых, проверенный, нам такой и нужен.