Новый мир - Павел Шек

Она на минуту замолчала, глядя на мою реакцию. Я же не услышал ничего ужасного, поэтому только вопросительно приподнял бровь, требуя продолжения.

— Полтора года я путешествовала с Вольными. Вернуться же в Изумрудный мне помог случай. Первое время было очень сложно. Приходилось скрывать свой статус, боясь, избегая магов и жрецов, ведь любой из них мог легко раскрыть меня, но все обошлось. Проведя чуть больше года в Изумрудном, я уже ничем не связана с Вольным братством. Но если стража узнает о моем прошлом, первое, что они сделают, — убьют меня. И я готова понести любое наказание, появись я в храме внутри города. Но я боюсь, что меня перенесет далеко за леса гоблинов. Туда, где возрождаются те, на ком стоит отметка Вольного братства.

Она повернулась спиной и немного спустила платье, оголяя лопатку. В верхней ее части красовался безобразный шрам, размером с кулак.

— Наколку, сделанную в Вольном братстве, невозможно убрать. Можно лишь спрятать под шрамом. — Она закрыла его и повернулась. — Но если его срезать и залечить магией, знак проявится вновь. — Она обняла себя за плечи, словно ей стало холодно. — Не хочу возвращаться к той жизни…

— Еще кто-нибудь знает, кроме Цезаря?

— Пастер. Больше никто. Если Цезарь не проболтается после твоей выходки.

— Скажешь ему, что я невменяемый, — задумчиво сказал я, пытаясь собрать в кучу разбежавшиеся мысли. — Но если он вздумает приставать к тебе, я его убью. А ты не бойся. Такие люди, как он, не спешат расстаться с секретом, пока жертва его боится. Поэтому, если он будет домогаться или просить деньги, тяни время. Сколько получится. А я пока посмотрю, что можно сделать. Что? — не понял я ее взгляда.

— Нет уж, разберусь без твоей помощи. Прости, но ты ни черта не смыслишь в этом мире и в том, какой ценой люди здесь выживают.

— Зато я отлично разбираюсь в таких подонках, как Цезарь. — Я встал. Надо было немного успокоиться. — Сталкивался уже… Не волнуйся начет меня. Я обещал никому не говорить, и слово свое сдержу. Я что-нибудь придумаю. Обещаю.

С трудом выдержав ее взгляд, я развернулся и вышел из квартиры. Что делать в подобных случаях, я знал, оставалось решить, как это осуществить. Для начала следовало получить как можно больше полезной информации. Первым, кто мне вспомнился, был Николаевич.

— Вопрос, как его найти? — спросил я сам у себя, выйдя на улицу. Насколько я помнил, канцелярия ушла в отпуск на три дня. — Хотя стоп. Какой отпуск? Новички!

Действительно, с учетом прибытия новых героев канцелярия работала на полную мощность. В отделе распределения заданий, как я его окрестил, было намного оживленней, чем обычно. К стойке администратора даже выстроилась очередь.

— Слизней, мне на слизней два места оставьте, — крикнула какая-то женщина в конце очереди.

— Правильно, — поддержал ее парень, стоявший немногим ближе. — Слизней больше двух штук в руки не давать. Пусть кабанов берут или грибы.

— Кабаны кончились, — повысила голос администратор, — осталось шесть мест на слизней.

Очередь загудела и попыталась встать плотнее, но не получилось, и она отхлынула на прежнее место. Кто-то из конца очереди ринулся обратно к стендам, в поисках оставшихся листовок с заданиями для новичков.

— А что, много новичков пришло? — спросил я у женщины, которая только что вошла в комнату.

— Сорок три, — ответила она, сразу направившись к стендам. — Оставили одну дрянь…

С минуту поглазев на очередь, я двинулся в хранилище, но, к сожалению, дверь оказалась заперта. Работники из соседних кабинетов были не в курсе, где Николаевич и был ли он сегодня вообще. Пробиться же к начальнику отдела не получилось из-за наплыва представителей гильдий, которые бронировали задания для новичков на месяц вперед. Помогла женщина, увидевшая меня возле двери архива. По ее словам, Николаевич на работу не выходил, но виновата в этом, скорее всего, администрация, которая не сообщила ему об отмене выходных. Я сразу же согласился помочь и навестить его дома, чтобы передать эту новость. Тем более что дом его находился в десяти минутах ходьбы.

Указанный адрес я нашел быстро. Это был небольшой двухэтажный домик, зажатый между парой особняков. Складывалось такое ощущение, что в центре города дома строили по принципу: осталось свободное место, значит, надо пристроить домик для прислуги. И пусть он будет настолько мал, что кровать поперек не поставить, зато поближе к хозяевам.

На мой стук в парадную дверь в окне второго этажа показалась пожилая женщина. Распахнув окно, с минуту наводила на меня резкость.

— Вам кого? — старческим голосом спросила она.

— Доброго дня. Скажите, а Николаевич дома?

— Нету его. — Она еще более пристально посмотрела на меня. — И не будет. Съехал он.

— А куда, вы не знаете?

— Не знаю. — Она уже собралась закрыть окно, но передумала. — Зовут тебя, малец, как?

— Митр.

— Письмо для тебя. — Она бросила вниз белый конверт и захлопнула окно.

Как и в прошлый раз, Николаевич был краток. «Дракона не ищи, опасно. Все объясню при личной встрече». Ниже было приписано еще более кривым почерком: «Опасайся всех, кто стоит за королем».

С толикой обиды посмотрев на окно, я убрал записку в карман и побрел по улице. «Тупик», — думал я. Близился вечер, а толку от моих поисков не было никакого. А ведь я так рассчитывал покопаться в архиве и библиотеке…

Единственной хорошей новостью за день стало то, что наш маленький клан пополнился новичком. Не знаю как, но Нямкасу удалось завербовать молодого парня, лет двадцати пяти. При росте в метр шестьдесят максимум весил он килограмм сто двадцать минимум. В остальном же — вполне нормальный парень, с длинными русыми волосами, которые ему никак не подходили.

Когда я вернулся домой, праздничный ужин в честь новичка был уже в самом разгаре.

— Что, рейд ваш отменили? — спросил Василий, двигая свой стул и освобождая мне немного места за столом.

— Отменили. — Я протянул руку новичку. — Митр.

— Здравствуйте. — Рукопожатие было неуверенным, но сильным. — Кратос.

— Знакомое имя…

— Боги войны? — оживился Кратос.

— Греческая мифология, — улыбнулся я.

— Рейд отменили или перенесли? — спросила Неко.

— Вроде перенесли. А вот насколько — без понятия.

— Не стесняйся, кушай. — Маруся поставила перед Кратосом тарелку с пирогом.

— Свободных комнат больше нет, поэтому, Митя, придется тебе потесниться, — виновато сказал Нямкас. — Ты все равно в своей комнате не спишь, поэтому мы ее отдадим Кратосу. Временно.

Я только махнул рукой. Подвал меня вполне устраивал.

— Митя, что-то случилось? — спросила Елизавета. — У тебя усталый вид. Ты не заболел?