Кукла 5 - Мир

Но несмотря на всю ненависть, у них даже есть общие дети! Хоть их и рожали суррогатные матери — весьма и весьма дорогое удовольствие в Залихе, да и не только. Впрочем, не общие у них тоже есть.

Но сейчас, по телефону, они общались меж собой вовсе не как пара или даже бывшая пара, и даже не как коллеги и тем более не как начальник и подчинённый. Сейчас разговор, инициированный Брюсом, шел в стиле разборок мафиозных лидеров! Коими эти двое, по факту, и являлись. Один, реальны, другая — «в законе», но с еще большей кровью на руках.

И разговор этот, если опустить мат и поэтические эпитеты, которым эти двое жестикулировали на том же инстинктивном уровне, что и лексикой, то сводился их беседа к довольно простому наезду:

— Чего там твои пиздошлюшки опять учудили⁈

А если добавить поэтику…

— Уважаемая коллега, вы не могли бы мне объяснить, пожалуйста, блять, что случилось при выполнении вами акции в одной из башен города, где ваши пиздошлюшки, сотворили неизвестно что, и теперь весь город, сутки! Сцука! Из-за такой вот нелепой мелочи, стоит на ушах.

В общем — уважаемый сударь, прошу изволить сесть на хер собачий пожалуйста.

Эпитеты, равно как и мат, эти двое в речи почти не замечали, говорили быстро, спокойно, но при этом эмоциональную напряжённость речи услышал бы каждый. И зам директор, что и начал этот разговор позвонив директору, отчаянно пытался узнать, что там, блин, опять, случилось, что теперь весь город на ушах? А директор же, пусть и знала о конкретно этой ситуации немного, о своих иных планах, и о том, что там они собирались делать, говорить заму этого всего не собиралась даже в край.

— Мои пиздошлюшки? Это твои людишки там опять что-то наворотили! — кричала она, если убрать эпитет и прочие.

— Мои? Мои должны были просто доставить твоих на место! Все! Максимум караулить внизу! А теперь они арестованы! И эти… полицейские свиньи! Отказываются их выдавать! За что мы им деньги вообще платим⁈ — негодовал зам, которого искренне волновало, почему полностью лояльные и даже закормленные копы, никогда не влезающие в дела их компании, вдруг взбрыкнули, и стали массово путать берега, а теперь еще и отказываются отпускать их… его! людей.

— С копами я разберусь! И ты на меня не ори! Мои люди действовали по плану и такого быть… не должно было!

— А не врешь ли ты мне сейчас старая⁈

— СТАРАЯ⁈ Да я на два года тебя моложе!!! И вообще! Это явно твои люди что-то отчудачили! Иначе бы такого… не произошло!

— Мои люди были внизу!

— Все⁈

Зам замялся. Ведь он тупо не знал, все или нет? Ему просто не доложили об этом! Да он, по правде, даже точного количества человек, которых карга с ногами у него тиснула не знал! Это была… внеплановая акция, и работать там должны были лишь его подчиненные в отрыве от босса, дабы не беспокоить большого человека по мелочам.

И знает Брюс только то, что было задействовано три микроавтобуса, что сейчас отбуксированы к полицейскому департаменту на штраф стоянку, но… не знает, сколько с ними было людей. Его людей, как и сколько там было людей Карги.

— Все… в любом случае, если их там ВСЕХ нет, тебе же хуже! Это значит, что ТЫ задействовала в твоих планах МОИХ людей⁈

— Твоих людей⁈ А чья фирма у них стоит в трудовой⁈ А чья…

— Так! Давай без этого! Мы это уже давно обсуждали и обо все знаем! Скажи, лучше, что там произошло? К кому там твои прелести дорогу перешили? Яуза? Эт, как его, костяные? Или могильщики опять выползли из небытия? Кого вы там пощупать хотели да не прощупали?

— Я ничего тебе не скажу. — закончила разговор карга и положила трубку.

А не говорит она просто потому, что сама не знает. Ведь там, по факту, планировалась мелкая акция, по сути — пакость! Где надо было щипнуть одну из «конспиративных квартир» полиции, что грубо купили эту хату за хорошие деньги у её человечка, а заодно стравить их кое с кем, чтобы 'развлекались. Ну и… убрать одну надоевшею пешку Большого Брюса, слишком много хапнувшею в последнее время, свалив все кости на него, чтобы было неповадно прочим. И все было идеально! Но… что-то пошло не так.

Большой Брюс же пребывал в ярости. Нет — в бешенстве! Он уже которую неделю чувствует, как вокруг него творится какой-то движ. Какое-то нездоровое шевеление! Все кого-то ищут, и возможно уже даже нашли, но он — тупо не знает кого! И где! И никто ему не говорит! Все шифруется, даже полицаи! Хотя обычно уж этих то можно раскрутить за копеечку!

А сейчас… сейчас там такой осиный улей, что жужжит и огрызается, что даже страшно! И берега видеть совсем разучились эти жирные полицайки, что пришлось даже припугнуть, да не помогло, а, наверное, лишь злее стали.

Да они даже министерских чуть за руку не тяпнули! И охотников! Охотников!!! Они же с ними вцепились не на шутку! Правда, потом расцепились, но сам факт! И непонятно почему и отчего такой бешённый движ.

А теперь уже и люди его оказались у них в лапах! И машины! Очень важные машины! И Брюс уже буквально чувствует, как качается под ним его кресло, а на шее затягивается петля. И учитывая, что карга тоже стала что-то явно темнить — нужно действовать! И срочно! Иначе… в бетон закатают уже его. А то и чего похуже приключится.

И где, блин, носит опять этого обалдуя Майкла, когда он так нужен⁈ Зря, наверное, ему дали повышение, ой зря. Не заслужил он еще такого место, не справляется.

В полицейском департаменте одна толстая баба рвала и метала. Её точку наблюдения взорвали! ЕЁ! ВЗОРВАЛИ! Её точку! Хозяйки города! Причем — в наглую! Разворотив там все в хлам! Словно бы там взорвался танковый заряд! И не один. Словно расстреляли из танка ту квартиру! Ничего не уцелело!

Разве что какая-то сучка в ванной. Верне — её тело. И вообще непонятно кто это, лицо словно наждачной протерли хорошенько, а пальчики и ДНК по базам еще не пробили, не успели. Девка эта на момент прибытия скорой еще дышала, хотя… уже было всем очевидно, что тот фарш вернуть к жизни сможет