Инферно. Армия ночи - Скотт Вестерфельд

— Да. Ничего не скажешь, приятно, — сновапрошептал я.

По дороге домой я купил в долларовом магазине[18]фонарик.

— Эй, кис-кис! — позвал я, едва открывдверь. — Время ням-ням.

Сначала я не услышал ничего и подумал, а вдруг Корнелиускаким-то образом вычислил, что я знаю его секрет, и сбежал от меня в широкиймир. Однако потом он вышел из ванной. Я включил фонарик и посветил прямо ему вглаза…

Они вспыхнули кроваво-красным. Он замигал и вздернул голову.

Я рухнул на пол, выронив фонарик. Кроме всех моих подружек язаразил еще и собственного кота. Как сильно он болен?

— Ох, Корни… Он замяукал.

Ведь целый год прошел, как я до сих пор не разглядел егоглаз? Конечно, с моим ночным видением я почти никогда не включал света.Корнелиус подошел, положил голову мне на колени и негромко мяукнул. Я погладилего, и он довольно замурлыкал.

— И давно? — вслух спросил я.

Скорее всего, большую часть последнего года. Корнелиусвсегда спал со мной на футоне. И не сосчитать, сколько раз, проснувшись, яобнаруживал его у себя на груди, обдающим меня запахом кошачьего корма. Может,он заразился еще до того, как я обнаружил изменения в самом себе. Может, и Саразаразилась через него. Она всегда жаловалась по утрам, что его вес давит ей намочевой пузырь. Может, секс тут вообще ни при чем. Может, она его инферн, немой. Может, Ласи уже… Я встал и покормил Корнелиуса, действуя на автопилоте ибезуспешно сражаясь с паникой. В конце концов, Ласи провела здесь всего однуночь. И даже если она уже заразилась, ее положение лучше, чем в случае с Сарой.Ранняя диагностика, что ни говори. Нужно просто как можно быстрее начать лечитьее.

Конечно, начать лечить означает, что мне придется пойти вНочной Дозор и признать, что я ответствен за Инцидент Раскрытия Тайны. Ирассказать обо всем, что я видел в Бруклине и что пытались скрыть в офисе Мэра.И доверить им жизнь Ласи — теперь, когда я не доверил бы им даже пользоватьсятелефонным справочником. Только тут до меня начало доходить, в какой степенивсе готово пойти прахом. Ночной Дозор коррумпирован, паразит передается повоздуху, этому успешно способствует Моргана Райдер — новая Тифозная Мэри. Ну ив виде бесплатного приложения кошки-фамильяры.

Даже если Ласи еще не инфицирована, я просто обязанпредостеречь ее. Не важно, в какой мере сейчас не склонны к насилию Патриция иДжозеф Мур. Кто-то ведь съел парня из 701-й квартиры и использовал еговнутренности для своих граффити.

Мне припомнились компьютерные имитационные модели, которыедоктор Крыса показывала нам во время занятий по теме «Охота на инфернов»,демонстрируя, как мы помогаем спасать мир. На пути к развитию до уровняэпидемии все заболевания достигают того, что называется критическоймассой, — точки, на которой хаос начинает питать сам себя. Бродящие поулицам инферны, боящиеся выходить на работу мусорщики, громоздящиеся все вышегруды мусора, беспрерывно размножающиеся и кусающие всех подряд крысы,порождающие новых инфернов. Вдобавок этот штамм будет склонять нервничающихлюдей обзаводиться кошками, которые, предположительно, должны спасать их открыс, а кошки начнут порождать новых инфернов…

Ну, думаю, картина ясна. На протяжении ближайших дней инедель заложенная Морганой и Анжелой бомба замедленного действия породиткратковременные взрывы каннибализма. Нью-Йорк обещает стать отвратительным,опасным городом.

Я сделал глубокий вдох. Задумываться обо всем этом сейчаснекогда. Первое, что нужно сделать, это найти Ласи и проверить ее на предметначальных признаков заражения. Я взял со стола бумажку с номером ее сотовоготелефона и набрал его. Она ответила после первого же гудка.

— Ласи слушает.

Я сглотнул.

— Привет. Это я, Кэл.

— Ох! Привет, Кэл. — Голос у нее звучалвяло. — Быстро, однако.

— М-м-м… В каком смысле быстро?

— Что, интересно, ты подумал? Ты мне быстро позвонил,тупица.

— А, правда. Ну, обстоятельства вынуждают.

— Действительно? — В ее голосе послышалсяотголосок интереса.

— Да… Кое-что происходит.

— И что, парень?

— Ну…

«Ты заражена ужасным заболеванием. Вскоре ты можешь начатьесть своих соседей. Но не беспокойся, со временем перейдешь на голубей или,может быть, крыс».

— Это… м-м-м… не телефонный разговор.

Она охнула.

— Ты все еще в режиме «совершенно секретно»? Принципнеобходимого знания?[19]

— Да. Но речь о том, что тебе действительно необходимознать.

Последовала долгая пауза, потом вздох.

— Ладно. Я надеялась, что ты позвонишь. В смысле,может, я слишком уж напустилась на тебя вчера. Но я ужасно разозлилась, когдаузнала… как все оборачивается.

— Понятно.

Весьма вероятно, что совсем скоро она разозлится гораздосильнее.

— Ну, так где и когда? — спросила Ласи.

— Прямо сейчас. Правда, я в Бруклине. Через двадцатьминут?

— Ладно. Все равно я голодная. Как насчет того бистро,где мы с тобой уже обедали? Где это?

— У Боба? На углу Бродвея и Одиннадцатой. Сразуувидишь. И спасибо.

— За что?

— За то, что не бросила трубку.

Пауза.

— До встречи.

Мы попрощались и разъединились.

«Голос у Ласи звучит совершенно нормально», — подумал яс надеждой в сердце.

Может, за одну ночь кот-инферн не может никого заразить. Илия просто хватаюсь за соломинку. Если Ласи заразилась позапрошлой ночью,единственный симптом, который уже может у нее проявиться, это легкое усилениеспособности ночного видения.

Я направился к двери.

— Мяу! — возмутился Корнелиус, лежащий у меня напути.

— Прости, Корни. Никак не могу остаться. Он замяукалснова, на этот раз громче.

Я осторожно отодвинул его ногой.

— Что ты, в самом деле? Мне нужно идти. Продолжаямяукать или, скорее, выть, он обогнул мою ногу и снова метнулся к двери.

— Тоже хочешь со мной? Тебе нельзя.

Я поднял кота, рассчитывая выйти за дверь и потом броситьего обратно. Он начал выдираться.