Мастер Марионеток строит Империю. Том 3 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— Речь, заткнись! — рявкнул я, чувствуя, как ситуация выходит из-под контроля. — Открыть ворота! Живо!

— Как скажете… — обиженно протянула система, лязгнув замками. — Но я предупреждала. Ее аура искрит. И туфли у нее категорически не подходят для этого пола.

Двери распахнулись с тяжелым гулом. В проеме, в ореоле яркого утреннего света, стояла Лира Ван Клеф.

Она выглядела безупречно, как и всегда. Изумрудное платье идеально подчеркивало рыжину волос, на плечах лежала легкая накидка, в руках она сжимала крошечную сумочку. Но что-то в ее облике было неправильным. Сломанным.

Она мелко дрожала. Ее лицо было бледным, почти прозрачным, губы сжаты в тонкую линию, а глаза… В ее глазах плескался такой животный страх, смешанный с беспросветным отчаянием, что я мгновенно забыл о производственных проблемах, Бряке и капризном ИИ.

— Маркус! — выдохнула она, делая неуверенный шаг внутрь. И тут же поморщилась, с хлюпаньем наступив изящной туфелькой в лужицу розового масла. Уборщики пропустили.

Она подняла глаза, огляделась и замерла.

Картина, открывшаяся ей, была достойна кисти скандального художника-сюрреалиста.

В центре огромного, грязного цеха, заваленного железками и странными конструкциями, стоял я. На мне красовалась промасленная рубашка с закатанными рукавами. Мое лицо было живописно перемазанно сажей и мифриловой пылью.

Справа от меня, вальяжно раскинувшись на ящике с боеприпасами, сидела Рейна. Она методично точила свой меч, и скрежет точильного камня был единственным звуком в тишине. Наемница была в облегающей кожаной броне, расстегнутой на груди (жарко же, работа кипит!), потная после утренней разминки. В целом она выглядела как воплощение порочной, дикой опасности.

При виде Лиры Рейна лишь хмыкнула, сдула пылинку с лезвия и демонстративно взвесила в руке тяжелый разводной ключ.

Слева, у настенной карты района, стояла Элис Вермонт. В синем рабочем комбинезоне, который сидел на ней как вторая кожа, подчеркивая все изгибы ее идеальной фигуры. В руках она держала магический планшет. Она выглядела деловито и властно, отдавая резкие команды големам-грузчикам. Аристократическое высокомерие никуда не делось, оно просто сменило вектор.

Я только сейчас вспомнил, что так и не познакомил жену с ученицами. Более того, я кажется, даже не сказал ей о самом факте их существования.

— Ваша Светлость, — Элис кивнула Лире. Вежливо, холодно, едва заметно. В этом кивке, отточенном годами придворных интриг, читалось ясно: «Ты здесь чужая. Мы занимаемся делом, а ты просто декорация».

Лира перевела взгляд с Элис на Рейну, потом на меня. Потом на розовую лужу, в которой тонула ее туфля. Потом на стену, где несмываемой алхимической краской было выведено кривое, истекающее потеками сердце и надпись «ЛЮБОВЬ ВЕЧНА, Хозяин».

Ее глаза расширились до предела.

Зараза… почему эту глупость до сих пор никто не вытер со стены?

— Маркус… — голос Лиры дрогнул и сорвался. — Что здесь происходит?

— Работа, дорогая, — я шагнул к ней, пытаясь изобразить уверенность, хотя чувствовал себя капитаном тонущего корабля. — Просто работа. Производственные будни.

— Работа? — она обвела дрожащей рукой помещение. — С этими… женщинами? В месте, где на стенах пишут любовные признания, а пол липкий от… от чего⁈ Это что, притон⁈

В этот момент из вентиляции снова раздался голос Речи, пропитанный таким количеством яда, что его можно было разливать по флаконам:

— Анализ завершен. Объект «Супруга» испытывает острый дефицит внимания и интеллекта. Вероятность истерики: 98%. Создатель, мне активировать протокол шумоподавления? Или вы сами ее… успокоите?

Лира отшатнулась, словно ее ударили.

— Кто это сказал⁈ Еще одна⁈ Ты прячешь кого-то в стенах⁈ Маркус, сколько их тут⁈

Ситуация стремительно катилась в Бездну, набирая скорость курьерского поезда. Я видел, как в ауре Лиры вспыхивают багровые сполохи ревности и обиды. Но под ними… под ними была пугающая пустота. Черная дыра там, где обычно бил фонтан витальной энергии.

Она приехала сюда не скандалить. Она приехала спасаться. И сейчас, видя этот балаган, она теряла последнюю надежду.

— Тихо все! — рявкнул я так, что в окнах жалобно звякнули уцелевшие стекла.

Речь мгновенно заткнулась. Рейна перестала шкрябать точильным камнем, с интересом наблюдая за развитием драмы. Элис невольно опустила планшет, выпрямив спину.

Я подошел к Лире вплотную, стараясь не коснуться своими грязными руками ее дорогого платья.

— Лира, слушай меня и не перебивай. Рейна у нас начальник службы безопасности, она охраняет периметр. Элис юрисконсульт и магический аудитор, она следит, чтобы нас не посадили. А в стенах голосит сломанный артефакт, спятивший ИИ, который мы пытаемся починить. Надписи… это последствия диверсии конкурентов.

— Диверсии? — переспросила она слабо, моргая мокрыми ресницами.

— Да. Нас пытались отравить галлюциногенами. Мы справились, но последствия… видишь сама. Я здесь не развлекаюсь, Лира. Я зарабатываю деньги. Для нас. Чтобы отремонтировать наш сад. Помнишь? С беседкой, прудом и редкими розами.

Я говорил уверенно, четко, расставляя акценты, как гвозди. Это была дипломатия уровня «Бог», или, скорее, «Сапер на минном поле». Я латал мост над пропастью непонимания, пока этот мост не рухнул.

— А теперь скажи мне правду. Что случилось? Ты бы не приехала сюда в такую рань только из-за подозрений.

Лира посмотрела на меня. В ее глазах блеснули слезы, готовые пролиться дождем. Вся ее светская броня, вся эта напускная стервозность и капризность рассыпалась в прах, обнажая испуганную девочку.

— Маркус… — она всхлипнула и дрожащими руками, ломая ногти, достала из сумочки свой планшет. — Они… на меня… всё, что я строила годами… кто-то хочет уничтожить…

Она сунула свой кристалл мне под нос.

Я взял гаджет. На экране был открыт «Желтый Вестник», самая популярная и самая помойная газета Аргентума в магической сети. Издание, которое читала каждая кухарка и каждая графиня.

Заголовок кричал кроваво-красными, пульсирующими буквами:

«ТАЙНАЯ ЖИЗНЬ ВАН КЛЕФА: КРОВАВЫЕ РИТУАЛЫ ИЛИ ПОСТЫДНЫЕ ИЗВРАЩЕНИЯ?»

Ниже шло фото. Размытое, зернистое, явно сделанное скрытой камерой из кустов. На нем я, мрачно и подозрительно оглядываясь через плечо, отпирал дверь мастерской. Судя по луне в небе, дело было ночью. И подпись: «Почему муж в „идеальной паре“ предпочитает ночевать с бездушными марионетками, а не с красавицей-женой? Анонимные источники сообщают о шокирующих фетишах героя-неудачника! Что он делает с деревом за закрытыми дверями?»

Я сжал зубы и пролистнул ниже. Комментарии. Сотни, тысячи комментариев. Поток концентрированной ненависти.

«Деревяшка! Как она с ним живет?»

«Бедная Лира? Ха! Она же просто прикрытие! Посмотрите на ее лицо, там интеллекта ноль!»

«Слышала,