Врата Иврел - Кэролайн Дж. Черри

— Отпусти меня, — сказала Моргейн, — и я позабуду о твоем вероломстве.

Но в этот же момент раздался неожиданный посторонний звук, осторожный и тихий, почти на грани слышимости, а затем со всех сторон послышался отчетливый и нарастающий скрип снега под множеством ног.

— Рох! — закричал Вейни, чувствуя почти физическую боль от происходящего и стараясь хоть как-то добраться до того места, где на снегу все еще лежал Подменыш.

Но тут темные фигуры бросились на них. Люди, налетающие с яростью диких зверей, подступали со всех сторон. Рох исчез, будто провалился куда-то вниз, смятый, словно молотом, этой черной волной, похожей на половодье. А поток тем временем обрушился и на Вейни. Он перевернулся на спину, отбиваясь ногами, чувствуя, как веревки врезаются ему в лодыжки и отнимают последние надежды на продолжение борьбы. Тогда они оставили его в покое, наблюдая со смехом, как он пытается встать на колени. В конце концов это удалось ему только с третьей попытки.

Но эти люди пришли не из Хеймура и не из Кайя.

Это были бандиты из Лифа. Вейни узнал некоторых из них, которые были в том самом зале.

Мгновение стояла тишина. Постепенно он сбросил часть веревок, опутавших его, и мог свободнее наблюдать за неожиданно свалившимися на них захватчиками.

Сейчас они были заняты Рохом, стараясь привести его в чувство. Моргейн, связанная, как и Вейни, пока оставалась предоставленной самой себе и, прижимаясь спиной к скале, смотрела на них подобно загнанному в угол волку.

Один из бандитов держал в руках Подменыш, осторожно выдвигая лезвие их ножен. Моргейн с интересом наблюдала за ним, хотя про себя очень надеялась на его невежество.

Но вот на вершине холма появились всадники. Клинок мгновенно вернулся в ножны, но меч по-прежнему оставался в преступных руках. Бандиты стояли и ждали, когда всадники приблизятся к поляне.

— Все сделано хорошо, — сказал кайя Лилл.

Он соскочил с седла и огляделся, в то время как один из бандитов передал ему все отобранные у Моргейн трофеи, в том числе и Подменыш, который Лилл взял с почтением и страстью.

— Да, узнаю Чена, — сказал он, обращаясь к Моргейн с ироническим поклоном. Он с удовлетворением посмотрел на Роха, приходящего в себя, и рассмеялся, поскольку он и молодой предводитель Кайя были старыми врагами.

После этого он подошел к стоявшему на коленях Вейни и, не обращая на его содрогания и беспомощную улыбку, положил руку на его плечо как старый друг, но в тоже время слишком по-хозяйски.

— Илин нхи Вейни, он же кайя, — сказал Лилл очень мягко. — Ты хорошо себя чувствуешь, нхи Вейни?

Тому больше всего хотелось плюнуть в него, но во рту у него пересохло, и движение, которое он попытался сделать, было трудно понять. Вейни все время чувствовал, что кто-то из банды держит его сзади за воротник, так что он едва мог пошевелиться, в то время как тонкие пальцы Лилла исследовали его висок.

— Обращайся с ним очень осторожно, — отдал Лилл приказание стоявшему рядом бандиту. — Я тотчас узнаю о любых повреждениях, которые могут быть причинены ему, и постараюсь отплатить за это.

Затем последовало общее приказание:

— Посадите их на лошадей, мы должны отправляться в дорогу.

День вновь начал погружаться в темноту, окрашивая красными отблесками заката окружающие их снега. Они ехали очень медленно, потому что среди них были и пешие, а кроме того, в этом месте воздух был уже сильно разрежен. Впереди ехал Лилл. Теперь он вернул себе и черного коня и багаж, а на его седле, у колена, был привязан Подменыш.

Несколько человек из Лифа ехали между ним и Моргейн, еще двое пеших вели под уздцы Сиптаха, и двое же вели лошадь, на которой восседал Рох, который не мог идти пешком. А черная кобыла, на которой теперь ехал Вейни, была милостью, которую Лилл лично, с циничной учтивостью, предоставил ему в обмен на ту кобылу, которую он когда-то украл.

Он был по-прежнему связан, но его руки теперь были завернуты назад, а ноги перехвачены веревками под животом лошади. Рох и Моргейн были не в лучшем положении. Рох большую часть времени просто висел в седле, удерживаемый только веревками. Моргейн, казалось, не имела внешних повреждений, но Вейни догадывался о том, какие мученья она испытывала внутри.

Лилл был кваджлином и, конечно, обладал всей массой древних знаний. Возможно, он мог даже прочитать древние руны Подменыша, и тогда даже Фай, которого Моргейн называла человеком невежественным и в науках несведущим, вряд ли мог противостоять ему.

Они вновь ехали между деревьев, в основном хвойных, и густо разросшегося кустарника, временами перемежающегося с уступами черных скал. Но теперь им все чаще попадались все более и более низкорослые деревья, которые почти стелились по земле, их обнаженные корни, многократно переплетаясь, цеплялись за скалы, а голые стволы подтверждали, что здесь прошла длительная эволюция, прежде чем появился этот вид растительности.

И среди этой снежной пустыни они увидели мертвого дракона.

По крайней мере, то, что они увидели, очень напомнило им это сказочное животное. Оно было огромных размеров, замерзшее, как им казалось, в страшных муках. Одно перепончатое крыло было наполовину раскрыто, казалось жестким и окоченевшим. Остальная часть была фактически скелетом, оставшимся после присутствия здесь местных хищников.

Многое, что попадалось им в этой заснеженной высоте, вызывало боль и отвращение. Однажды им попались даже остатки человека, ставшего, видимо, добычей волков.

Казалось, что дневной свет рано потускнел в этом дьявольском месте. Им приходилось уже в сумерках осторожно пробираться через низкорослые хвойные деревья, сильно сросшиеся между собой. Мужчины постоянно держали наготове луки, и их глаза непрерывно обшаривали таинственный лес.

Наконец деревья стали редеть, и их взорам открылась полная картина этого мрачного места. На гребне горы был виден небольшой дополнительный подъем, на котором стояли полуразрушенные колонны, имевшие, как ни странно, огненный оттенок, и испещренные старинными письменами, напоминающими руны. Они располагались чуть в стороне от черных скал, разбросанных на самой вершине Иврел.

Это были Врата.

Они были гораздо больше тех, что можно было увидеть в Инор-Пиввне или в Лифе, около озера Домен. Прошедшие годы не тронули металл, а мерцающая паутина, прямо между них уходящая в глубину, сливалась с блеском звезд, сиявших над аркой рядом с белеющей в сумраке вершиной Иврел. Разреженный воздух действовал на нервы раздражающе. Лошади артачились и боялись идти вперед. Всадники спешились и приготовились к ожиданию.

Моргейн помогли спуститься первой. Ее ноги были свободны, и ее быстро провели к одному из низкорослых деревьев, растущих недалеко от Врат. Следующим был Рох, который делал попытки сопротивляться. И наконец подошла очередь Вейни. Когда его сняли с лошади, он подумал, что с ним поступят точно так же, однако Лилл приказал вывести его вперед.