Чародей и Летающий Город - Кристофер Раули

Чтобы успокоить девушку, Эвандер обнял ее за талию. Если Сирина и помнила о его жуткой коже, то не подавала виду.

– Но как, Эвандер? Я все время пытаюсь найти способ, но ничего не получается.

– Нам придется довериться нашему странному новому другу, этому элимскому лорду. Потом, мы ничего не знаем об этом месте. Прежде чем искать путь обратно в Монжон, нужно понять, где мы находимся.

– Мы ничего не знаем, а все, что мы успели узнать о здешних землях, наводит на меня ужас. Я хочу домой, Эвандер.

Сирина дрожала, но отнюдь не от холода.

– Ну, здесь мы не останемся. – Юноша старался говорить уверенно. – Перспакс говорил, что мы отправимся в Канакс, к его другу, мудрецу или типа этого.

– Взгляни! – Девушка кивнула в сторону ближайших кустов. Оттуда за влюбленными внимательно следили десятка два огромных блестящих глаз. – Они повсюду.

– Конечно, это удивительно гостеприимные создания. Они относятся к нам просто прекрасно.

– А по-моему, откармливают нас на убой, как свиней. В самый неожиданный момент они кинутся на нас с топорами, и в ту же секунду мы окажемся на вертеле.

Эвандер нежно сжал руки девушки и попытался вселить в нее уверенность, которой сам не испытывал.

– Не волнуйся, принцесса, мы найдем дорогу домой. Здесь мы не останемся.

Сирина распрямила плечи и глубоко вздохнула, надеясь перебороть страх. Это был уже не страх перед чародеем, мучивший ее несколько недель; она сейчас боялась всего. Ее охватил всепоглощающий приступ ужаса. От одной мысли, что она навсегда останется в этом пустынном разрушенном мире, вдали от дома, друзей и семьи, сердце девушки сжималось. Даже «благородное» лошадиноголовое существо казалось ей просто чудовищем. Когда он разговаривал на фурду, Сирина каждый раз вздрагивала – она никогда не слышала столь странных и пугающих звуков. Элим выглядел так, словно ел младенцев живьем. И все же он носил одежды, приличествующие рыцарю.

– Ты прав, милый Эвандер. Мы не должны терять мужества. Мне нужно помнить, что я – принцесса Сирина Монжонская. – Взгляд девушки посветлел. – И для монжонской принцессы ее город – не самое безопасное место.

Эвандер ободряюще улыбнулся:

– Ты права. Мы хотим вернуться на Рителт, но не в Монжон. Если мы вернемся в Монжон, то окажемся в еще большей опасности. Отправиться в Кассим – значит шагнуть из огня в полымя.

На мгновение влюбленные забыли о наблюдающих за ними нилдах, о разрушенном Ортонде и обнялись, наслаждаясь теплом и покоем.

Громкий голос, по мере приближения требовательно выкрикивающий их имена, прервал объятие. Они отступили на шаг друг от друга и увидели, как по лужайке к ним, подпрыгивая, несется синий металлический человечек. Он был похож на подскакивающий мяч и каждые пятьдесят футов взлетал над землей.

– Добро пожаловать, – проговорил юноша, когда маленькая фигурка легко вскочила на изгородь из полированного дерева, опоясывающую внутренний дворик, и, словно танцор, повернулась вокруг своей оси с поднятыми над головой руками.

– Привет, лежебоки, – сказал Конитомимо. – Я отправился на разведку, когда еще не рассвело, и теперь могу с уверенностью заявить, что полностью исследовал здешние места.

– С чем и поздравляем. И что же ты обнаружил? – спросил Эвандер.

– Оазис этот не слишком большой, по площади меньше двадцати квадратных миль. В основном зарос бесполезными колючками. Земли, пригодные для земледелия, расположены в центре и составляют лишь одну треть территории. Поля кишат этими подобострастными созданиями. Их здесь тысячи, они заполонили здесь все, словно тараканы – грязную кухню.

Юноша остро ощутил, как это сравнение не подходит к мирку нилдов, такому необычайно чистому, аккуратному и уютному. Ну и что, если нилды и заполонили его? Они сами создали этот мир и с каждой минутой совершенствовали его.

– Они сделали это место прекрасным, – сказал юноша вслух.

– Это, разумеется, вопрос вкуса, – отрезал металлический человечек, занятый, видимо, тренировкой мышц – он перепрыгивал с одной ноги на другую. – Их земельная планировка от начала до конца утилитарна, плоска, скучна, и взыскательному глазу здесь зацепиться не за что.

Эвандеру понадобилось некоторое время, чтобы переварить это заявление.

– Не знал, что ты такой знаток сельского хозяйства.

– Все разумные занятия и ремесла подпадают под кругозор творческой натуры. Меня создали с помощью магии – высочайшего вида творчества, – и к любому вопросу я могу подходить только творчески.

Юноша беспомощно посмотрел на Сирину. Девушка округлила глаза.

– Ты не видел нашего лошадиноголового друга? – спросила она.

Конитомимо резко повернулся и уставился на принцессу.

– Ты сказала «лошадиноголового»? Это крайне неуважительно по отношению к благородному Перспаксу. Я обязательно сообщу ему, как ты выразилась.

– Пожалуйста, не делай этого, – расстроенно попросила Сирина, жалея о сказанном.

Конитомимо еще раз повернулся вокруг своей оси и только потом соизволил ответить:

– Благородного лорда Перспакса попросили разрешить некоторые споры между нилдами. Он присоединится к нам за обедом. Так как я не нуждаюсь в потреблении огромного количества продуктов, то не буду присутствовать на ритуале приема пищи.

– Ах да, – спохватился Эвандер. – Я как раз думал, что тебе нужно из еды.

– Вам не стоит волноваться о моих нуждах, – издевательски заявил металлический человечек. – Я прекрасно приспособлен для жизни в этом мире. Мне совершенно незачем возвращаться на Рителт.

Эвандер вспомнил, в какое отчаяние впал Конитомимо, когда они оказались на Ортонде.

– Похоже, твои взгляды резко изменились?

– Разве? – угрожающе переспросил металлический человечек своим обычным раздраженным тоном.

– Когда нам пришлось оставить тебя в разрушенном поселении, ты очень волновался, удастся ли тебе выжить одному.

Конитомимо это не смутило.

– Крайне нетактично с твоей стороны упоминать о подобных вещах. Элементарные правила вежливости предполагают, что подобные вопросы не обсуждаются. – Металлический человечек подпрыгнул на перилах и сделал пируэт.

– Ну ладно, давай говорить разумно, – попытался урезонить юноша металлического скандалиста.

– Вы настроены крайне враждебно. Не желаю с вами разговаривать. – Синий человечек спрыгнул с изгороди и исчез в зарослях кустарника.

– Ничего себе, – возмутилась Сирина. – Кто бы подумал, что ковер может быть таким несносным?

– Только не я, – отозвался Эвандер. – Хотя мои взгляды на мир за последнее время во многом изменились.

Они вместе прошлись по саду. Нилды были везде. Из-за каждого куста, из каждой ямы, из-под мостов и с крон деревьев сверкали огромные влажные глаза. Нилды и правда заполонили свою благодатную землю. Постоянное ощущение, что за ним наблюдают, начинало раздражать Эвандера.