Мерзкий старикашка - Сэй Алек

— Ну что же, давайте поговорим, князья. — Едва Вака прикрыл за собой двери, я доковылял до ближайшего кресла и опустился в него. — Да вы присаживайтесь, присаживайтесь. В ногах правды нет.

Не абы какая хитрость — дозволить заговорщикам в своем присутствии сесть, покуда они сами этого не сделали, но князья, кажется, оценили — вон как переглядываются.

— О чем желает говорить ваше высочество? — вежливо полюбопытствовал князь Самватини.

— Ну, с одной стороны, надобно обсудить текущую обстановку. — Я откинулся на спинку кресла и вытянул ноги. — Но это может немного потерпеть. Сейчас мне гораздо важнее будет узнать, во что выльется ваша поддержка моей кандидатуры. Чего вы желаете за свою помощь, князья? Земель? Званий? Денег? Чего-то еще? Говорите без обиняков, прямо.

— Ваше высочество, служить вам — наша священная обязанность… — начал командующий Правым крылом.

— Да бросьте, Яркун, — отмахнулся я. — Вы умные люди, я тоже вроде бы не совсем чтобы дурак. Просто так никто и ничего не делает. Назовите свою цену.

— И ваше высочество ее заплатит, какой бы высокой она ни была? — Осе круто изогнул бровь.

— А пес его знает, — беззаботно отозвался я. — Это ж зависит от того, чего вам хочется. Мне, может, легче будет отречься от притязаний, назначив вашу несвятую троицу регентами при Асире, да обратно в монастырь возвратиться, доживать свой век.

Князья переглянулись в очередной раз. Что, обсуждали и такой вариант? Да наверняка, можно даже не ходить к гадалке. Но, похоже, это их чем-то не устроило, и я даже догадываюсь чем. Тем, что каждому из трех равных моментально захочется стать равнее прочих со вполне предсказуемым итогом в виде гражданской войны, в которой прочие князья вообще ни одного из вас, скорее всего, не поддержат.

— Мы лишь смиренно надеялись, что вы не забудете истинно верных, когда взойдете на престол, — вмешался Латмур Железная Рука. — Выставлять же какие-то притязания с нашей стороны было бы изменой.

Намек на кондиции? Да однозначно!

— Если ты, капитан, про ту похабную цидульку, что мне князь Дамуриани со товарищи послал, так сие есть их прямой священный долг перед короной — делиться мыслями и соображениями о том, как лучше государство Ашшорское обустроить, — хмыкнул я. — У любого может о том быть свое мнение. Ты, кстати, то письмо не читал?

— Нет, ваше высочество, — ответил Латмур. — Хотя и догадываюсь, что в нем было.

— Чего гадать-то? — Я извлек письмо дюжины членов Совета князей и бросил на стол. — Вот, ознакомьтесь, а после и поговорим.

— С позволения вашего высочества… — Осе развернул послание, и все трое впились взглядом в его содержимое.

Читайте-читайте. Тут красную тряпку, чтобы дразнить быка, правда, не используют, но эффект будет, думаю, такой же. Вон как у князей желваки-то играть начали, да и капитан гвардии смурнеть начал.

— Государь, но ведь это… — Командующий Левым крылом покачал головой, словно разминая шейные мышцы перед дракой. — Это заговор и предательство! Всех, сие подписавших, необходимо предать казни!

— Так уж и всех? — Я вновь усмехнулся. — Двенадцать владетельных в изменники записал разом, хозяев земель и водителей дружин.

— Уже завтра в наших силах будет взять их всех под арест, — заметил князь Коваргини. — Войска стягиваются к столице, и все изменники будут схвачены, лишь дайте приказ. А главного министра мы можем захватить, и немедленно — он во дворце.

— Ну хорошо-хорошо. Схватим мы их завтра. А дальше что, господа? — полюбопытствовал я.

— Поток и разорение, — ответил Осе. — Земли изменников отъять в казну, самих их с семьями предать казни, как велят традиция и закон.

Ну и за счет экспроприации наградить истинно верных, это понятно.

— А подчинятся ли традиции и закону их семьи? Ведь двенадцать… Ну ладно, десять — двоих я убедил в их неправоте — членов Совета обвинять предлагаете. Сдается мне, их наследники попытаются сопротивляться.

— Армия вполне способна справиться с бунтовщиками, — с мрачной уверенностью сообщил князь Самватиани.

— Ой ли? — иронично вопросил я. — Даже если забыть о том, что для войны нужны деньги, а заговорщики в них не испытывают недостатка, все ли владетельные поддержат нас, а не их? Ведь, если треть Совета обвинить разом, остальных и поодиночке потом перещелкать можно. Это многим придет в голову.

— Довольно дать почитать прочим князьям это письмо, — Латмур продемонстрировал мне послание с кондициями, — и армии можно будет даже не вмешиваться. Эта не великая дюжина возжелала отодвинуть прочих на вторые и третьи роли. Такого не простят.

— Опять же допустим. Хотя насчет невмешательства армии — это ты хватанул, конечно, — их земли выжгут да разорят, и на что они кому тогда сдались? Но забывать о соседях явно не стоит. Представь, если разом полыхнут Эшпань, Феллана, Дамуриана, Лефта, Шадца, Таркитави, Талань, Кипиана, Коттия и Симур, чего нам стоит ожидать? — Я обвел присутствующих тяжелым взглядом. — Инитарцы вторгнутся в Шехаму, домен моего наследника, между прочим, а удержать мы ее не сможем. И вернуть, скорее всего, не получится тоже. В Коттию и Симур они тоже смогут перебросить войска, и до зимы, когда перевалы станут непроходимы окончательно, во всей Щумской долине станет ну очень «весело». А если солдаты царя Хатчина в союзе с мятежниками нас там разобьют, то и с пятой частью страны распрощаться придется. Военное счастье — оно так переменчиво… Мирельцы, пусть они и заняты сейчас войной с лже-Удуром, солдат на вторжение в Самватин наскребут тоже, да и парсюки могут успеть войти в Дадешку. Им, правда, быстро не до нас станет, но… — Я пожал плечами. — Так что, дорогие князья, вы мне тут гражданскую войну не устраивайте. И так вот-вот война у границ начнется, а мы к ней не готовы.

— Война? — Яркун удивленно смотрел на меня. — Но с кем? Никто не собирает армии у наших пределов, ваше высочество, мы бы знали.

— Разве я что-то говорил о подготовке вторжения в Ашшорию, князь? Нет, я имел в виду другое. Парсуда, старый наш враг, вскоре будет атакована из Скарпии.

— При всем моем почтении, ваше высочество, это лишь на руку нам, — ответил Осе. — Немирный южный сосед будет связан войной с Гикаметом и его асинскими хозяевами, Инитару и Мирелию, если только лишь не вмешаются боги, я надеюсь сдержать силами лишь своего крыла, а Центра и Правого крыла более чем хватит для усмирения непокорных. Самое большее через шесть месяцев Ашшория будет…

— Разоренной внутренней войной страной с пустой казной и выжженными территориями, — прервал его я. — А юг ее будет полон беженцев из Парсуды, голодных, нищих, и это когда зима на пороге. Не легче ли истинно достойным обзавестись новыми княжествами за счет соседа, вместо того чтобы свою страну разорять? Земли-то там плодородные.

— Ваше высочество намерены простить заговорщикам их дерзость? — спросил Осе и кивнул на свиток с дюжиной печатей.