Божественная шкатулка - Барри Лонгиер

Тем временем шторм заметно усиливался. Поединок длился уже более часа. Казалось, схватке женщин не будет конца. Пока матросы укорачивали паруса, Абрина и Тах все еще продолжали свой поединок. Часть ударов, которые наносились настолько быстро, что я не успевал заметить их, должно быть, все-таки достигли цели, потому что на левом бедре Тах уже начал наливаться свежий кровоподтек, а на левом предплечье Абрины я заметил кровоточащую ссадину.

– Когда же они все-таки прекратят? – обратился я к Вайлу.

– Похоже, что тогда, когда одна из них упадет на палубу. – Хозяин Тах крепко держался за такелаж, чтобы не полететь за борт от очередного порыва шторма.

Вайл отвел взгляд от поединка и посмотрел на высоко вздымающиеся волны.

– Готов поклясться чем угодно, но мы, видимо, сбились с курса. – Свои слова Вайл подкрепил жестом, указав на волны. – Посмотрите. Из-под воды торчат мачты затонувшего корабля.

Он был прав. Высокие мачты вздымались ввысь подобно рогам Ангха.

– Как вы думаете, куда нас занесло?

– Готов спорить на мои комиссионные на десять лет вперед, что мы сейчас находимся на Иланском кладбище.

– Скверное дело!

Вайл двинулся вперед, продолжая цепляться за такелаж, а я остался наблюдать за ходом поединка, полагая, что он вот-вот закончится. Впрочем, до конца схватки было еще далеко. Я крикнул в спину Вайлу:

– Почему вы не прикажете Тах прекратить поединок?

– Мне нужно увидеть капитана! – крикнул в ответ Вайл.

Поскольку я с неослабным вниманием продолжал наблюдать за затонувшим кораблем и одновременно за схваткой на палубе, то предпочел оставаться на своем месте. Сражающиеся еще были полны сил, чего не скажешь обо мне. Неожиданно палуба резко ушла из-под моих ног, и, потеряв опору, я упал. Меня тут же накрыло волной, и я почувствовал, что сейчас меня смоет за борт. Я вслепую принялся шарить рукой вокруг себя. Нащупав какую-то веревку, я крепко вцепился в нее. Затем я вынырнул на поверхность и увидел, что поединок между Тах и Абриной все еще продолжается.

– Я в восторге! – крикнул я, отплевываясь. – В восторге от того, что вы обе наделены способностью отстаивать первенство в бою!

Однако соперницы в пылу боя скорее всего так меня и не услышали. Я ухватился за линь и пополз в сторону своей каюты. В следующее мгновение раздался оглушительный скрежет. Одна из мачт переломилась и рухнула на палубу, унося с собой обрывки такелажа и взметнув в воздух целый дождь обломков дерева и мелких щепок.

Место, где за секунду до этого находились Тах и Абрина, оказалось накрыто огромным рваным полотнищем паруса. Пробравшись среди груды обломков рухнувшей мачты, я оттащил парусину в сторону. Запутавшиеся в паутине канатов соперницы продолжали осыпать друг друга градом ударов.

– Прекратите это безумие! – рявкнул я, подобравшись к ним ближе. Затем шагнул вперед и стал между разъяренными женщинами, вытянув перед собой руки. – Хватит! Прекратите! Вы, обе, прекратите!

– Вы живы? – осведомился также пробравшийся к месту поединка помощник капитана Лантус.

– Пока живы, – откликнулся я.

– Уходите отсюда! Быстрее! Нужно убрать все это с палубы. Мачта и паруса свисают в воду, и если мы не успеем вовремя сбросить обломки за борт, то пойдем ко дну.

Абрина вытянула вверх руку с зажатой в ней рукояткой топора:

– Я могу чем-нибудь помочь? Лантус кивнул:

– Сможете, если отыщете железку от своего топора и наденете на рукоятку.

На голову мне обрушилась новая огромная волна, сбившая с ног и заставившая упасть на палубу лицом вниз. После этого началась какая-то безумная круговерть. Вооруженные топорами матросы принялись рубить канаты. Чьи-то сильные руки схватили меня за плечи, прислонили к какой-то вертикальной поверхности, и в следующую секунду кольца веревки обвили мою талию. Сверху обрушилась еще одна волна, и, прежде чем я сумел сделать новый вдох, прошла, как мне показалось, целая вечность. В следующее мгновение передо мной на корточки присела Тах и похлопала меня по щекам.

– О господи! – выдохнул наконец я.

– Как хорошо, что ты жив.

На ней по-прежнему не было ничего, кроме крошечной набедренной повязки. Я заметил, что она вооружена кривой саблей.

– Тебе не холодно? – участливо поинтересовался я.

Тах рассмеялась и тут же набросилась на канаты, которые стала рубить с такой яростью, будто сражалась с целым войском ненавистного врага. Корабль накрыла новая волна. Раздался оглушительный треск. За ним последовал удар, который я ощутил собственной спиной. Мачта, к которой я был привязан, переломилась. Прежде чем ее верхняя часть рухнула мне на голову, я успел заметить, что на корабль надвигаются исполинские волны.

В глазах у меня мгновенно потемнело, шум свирепой бури и крики матросов разом смолкли. Я почувствовал, что палуба подо мной разломилась. В следующий миг я погрузился в холодную пучину океана – в чрево Великого Илана.

Опускаясь в неведомые глубины, я молился за жизнь, за душу бедняги Корваса, в надежде на то, что боги найдут хоть одно – или жизнь, или душу – достойным своего любезного внимания.