Ветра времени - Мария Данилова

– Еще год не могли где-нибудь подождать? – Раздражено заявил Робин.

– Радуйся, что мы за тобой вообще вернулись, – буркнула я.

– Радоваться? Зачем ты вообще ушла?! Я тут, между прочим, уже молитву за свой упокой прочитать успел.

– Только молитву? – В недовольстве повела бровью я.

– Когда-нибудь я отплачу тебе той же монетой, – рявкнул он и тут же свалился на землю, когда Энцо резко дернул его за веревку.

– Не смей угрожать моей женщине, – строго произнес он, нависая над Робином.

Даже, несмотря на все позерства предателя, он был напуган взглядом Энцо до глубины души. Нервно сглотнув, он осторожно кивнул и произнес:

– Извините. Я больше не буду.

Мы снова двинулись к городу. Вообще видеть, как Энцо запросто разбирается со всеми этими стражниками, было завораживающе. Он был мастером и мне это нравилось. Мне это очень нравилось! Повиснув на нем, я прижалась к нему, как могла, при ходьбе. Энцо взял Робина за веревочку и, словно собачонку, повел за собой.

– Скажи…, – заговорила я, примерно минут через двадцать после нашего возвращения к городу, – откуда ты знаешь древнеегипетский?

Я глянула на Энцо, он слегка нахмурил брови и сделался чуть более серьезным.

– Когда-то давно, когда я был еще совсем маленьким, один араб подобрал меня на улице, где я тогда жил, и оставил меня у себя в обмен на службу ему, – стал рассказывать Энцо. У меня сразу же сделались такие глаза, какие обычно бывают у маленького ребеночка, которые впервые в жизни узнал, что такое трогательность. – Он был торговцем, но продавал незаконные вещи, его покупателями были разные люди, в том числе и жители Нила.

– Но это же одиннадцатый век, – задумалась я, – как же египтяне сохранили свой язык?

Энцо как-то странно глянул на меня, как будто я напрягла его этим вопросом.

– Я многому научился за свою жизнь, – расплывчато отозвался он, и я поняла, что эта тема ему сейчас по какой-то причине совершенно не нравится. – Всего тебе и не расскажешь.

Я вздохнула и уставилась себе под ноги. Энцо еще некоторое время напряженно вздыхал, как будто подбирал нужные слова, словно вся эта тема давалась ему с таким трудом, что каждое слово и воспоминание становились тяжким грузом. Урок я усвоила, Макс мне его преподал, с Энцо мне бы не хотелось его повторять.

Еще немного помолчав, Энцо все-таки собрался и заговорил:

– Это было не совсем… – с диким напряжением начал растягивать он.

– Не нужно, – оборвала его я, взглянула ему в глаза и искренне улыбнулась. – Спасибо. За попытку.

Энцо едва ли улыбнулся, но в этой далекой от радости улыбки я заметила облегчение. Почему я не стала его пытать? Зачем? Его прошлое и так понятно, что не безоблачное взросление садовода-любителя, выведшего новые виды различных цветов. Зачем я туда лезу? Ведь это не мое дело, да и к тому же – он теперь живет со мной в будущем…

Ладно, над этим еще надо поработать, но в остальное – не важно. То, что он сказал мне – этого больше, чем достаточно.

Теперь стало легче, теперь все изменилось, потому что я, и правда, боялась, что как бы я не старалась, с кем бы ни боролась, если бы он не захотел, он бы просто ушел, исчез из моей жизни и больше никогда не вернулся. Это пугало меня больше всего на свете, это заставляло меня взращивать все новые и новые страхи внутри себя, возводить бастионы контрмер и стратегий.

Нужно было что-то придумать, чтобы справиться со всеми преградами, я не понимала, что Энцо сам сможет со всем справиться. Но ведь, если бы он пожелал уйти, разве я смогла бы его остановить? Нет, гордость бы во мне, возможно, и взыграла… многим позже, когда уже нечему было бы играть. Весь смысл в нем: я ведь сама не заметила, как он стал частью моей жизни. Так просто! Да, он болел, он прошел через многое в самом начале.

Но теперь он ходит со мной на мои задания, он запросто нашел меня в Иерусалиме, попав во Францию! И он говорит, что любит меня! Странно было видеть в его глазах страх потерять меня. Как? Как он мог даже подумать? Признаю, те несколько минут осознания того, что со мной играли, были больнее пуль. Но все изменилось ровно в тот момент, когда он сказал мне эти слова.

После них стало так тепло, так безопасно. Ими он отвел все тревоги, разрушил последние сомнения и опасения. Теперь все стало ясно, теперь я не боюсь его потерять, потому что точно знаю о его намерениях. Я уверена в том, что он сделает все на свете, чтобы быть со мной.

Пока мы шли, я все думала, куда Эдди запрятал портал.

Эдди. Хитрый лис! Знал ли он правду об ожерелье? Это точно нужно узнать первым делом.

– Как только вернемся, нужно будет поговорить с Эдди, – напряженно произнесла я.

– Что ты хочешь узнать? – Спросил Энцо.

– Правду, конечно.

– Какую правду ты хочешь узнать?

Я глянула на моего мужчину – он был спокоен, только слегка озадачен. Я вздохнула и продолжила.

– Я не знаю. Мне кажется, что он все знал и не сказал никому из нас правду.

– Вполне возможно, – согласился Энцо. – Хотя это не меняет ничего по существу.

– В каком смысле? – Не поняла я.

– Если даже он знал об этом, он не хотел заполучить ожерелье себе.

– Да, но если так подумать: это довольно опасный артефакт в руках других, ты не считаешь?

– Наше ли это дело вмешиваться? – Его глаза накрыли меня взглядом.

Мой желудок радостно защемило, я забыла на мгновение обо всем на свете.

– Энцо, – улыбнулась я, продолжая намного мягче. До сих пор под впечатлением от его признания. – Если позволить кому-то завладеть ожерельем, то этот кто-то вполне может учинить беспорядок во времени и изменить историю.

– Возможно, так должно быть, – предположил он.

– Из всех людей, кто мог бы это сказать, ты удивляешь меня больше всех.

– Почему? – Улыбнулся Энцо.

– Если этот кто-то изменит прошлое, хоть одну деталь, мы можем никогда не встретиться, – объяснила я.

– Ничто не способно сделать это.

– Подожди, пока какой-нибудь психопат не захохочет припадническим смехом и не захочет стереть вселенную с лица вселенных, – фыркнула я.

Энцо лишь улыбнулся и сжал мою ладонь.

– Если это все-таки случится, давай перенесем это на завтра, хорошо? – Ласково попросил Энцо. – Сегодня мне бы не хотелось думать ни о чем другом.

– Ни о чем другом? – Слишком яростно я обдумывала мысль о нашей возможной разлуке.

Поймав его взгляд и нежную улыбку, я покраснела и улыбнулась в ответ. Ладно, не буду омрачать этот момент. Видеть, с какой нежностью Энцо смотрит на меня, дорогого стоило! Пожалуй, отложу проблемы на потом.