Тайна Изумрудного города. Шанс для шута - Александра Черчень

Лель даже остановился, прислушиваясь к народному творчеству.

– Надо полагать, что это сага о твоем первом пришествии! – радостно поведал Хельжин.

– И кто автор дивных строк? – мягко спросил Мастер.

– И не мечтай! – гордо вскинул голову остроухий провокатор. – Страна не сдает своих героев!

– Кажется, в оригинале эта пословица звучит несколько иначе, – хмыкнул бывший шут, возобновляя движение, и бросил косой, искрящийся весельем взгляд на Аспида.

– Боюсь, если страна в твоем лице будет знать… то герою долго не прожить!

– Ну что ты, – мурлыкнул Мастер Пытка. – Я же не зверь! Так… скажу спасибо за бессмертные строки, даже благодарность вынесу.

– Посмертно?

– Вовсе нет.

– Ясно, планируются моральные издевательства, – расхохотался аналитик. – Извини, но нет, дорогой мой друг! Ведь поэт в отличие от своих строк далеко не бессмертен!

– Не больно-то и хотелось! – откровенно солгал Лельер и снова поспешил на уже давно не любимую, но по-прежнему интересную работу.

К сожалению, «мешочки», особенно с частичными повреждениями, в негигиеничной камере имеют риск подцепить что-то неприятное… и испортиться. А это было бы нецелесообразно.

Лестница, влажный воздух, темные каменные коридоры.

– Почему его поместили сюда? Сдохнет скоро, – недоуменно оглядывался Мастер, перекладывая сумку из одной руки в другую.

По пути мужчины зашли в кабинет Лельера за его «волшебным чемоданчиком» с инструментами.

– Третья стадия, – ровно отозвался Аспид.

Ага… запугивательная. Чтобы жертва прониклась по полной программе. Как ни странно, такие банальные методы, как холод, каменный мешок и крысы, действовали весьма хорошо.

– Сроки?

– Он там три дня, – невозмутимо отозвался Хельжин. – По идее уже должен дойти до нужной кондиции. Когда я тебя вызывал, то распорядился отволочь его в рабочее помещение рядом.

– Отлично, – едва заметно улыбнулся Пытка. – Значит, уже должен немного прийти в себя.

Хельжин не ответил, лишь мрачно усмехнулся.

Пройдя по коридору, мужчины скрылись за тяжелой стальной дверью.

Лельер, не глядя на пленника, прошел к стерильно чистому столу и поставил на него кожаный чемоданчик. Открыл, пробежался пальцами по металлу инструмента, подцепил перчатки и медленно, аккуратно надел, лишь раздраженно дернув уголком рта, когда уловил тихую молитву из другого угла комнаты. За перчатками последовала хирургическая маска, скрывшая лицо, а заключительной деталью был белый халат, поданный Аспидом.

Мастер Пытка развернулся к прикованному человеку и глухо спросил:

– Ну что? Будем рассказывать?

– Я все сказал, – судорожно помотал головой мужчина средних лет. – Все сказал, все, не трогай меня, демон!

– Я не демон, – мрачно сверкнули синие глаза Хина. – Я хуже.

Дальше… дальше не для чьих-либо глаз. Дальше страшно, дальше – то, что даже синеглазый палач хочет забыть. Но все равно помнит. Но как будто видит со стороны.

В последнее время Хин всегда старался «отключаться» от рабочего процесса. Он просто делал свое дело.

Спустя час

На стене висел лорд, слабо постанывая от боли, а его палач и Хельжин Аспид стояли в сторонке и изучали то, что умудрились выжать.

– Ну что же… маловато, – скривился Лель. – Все как обычно. Исполнитель знал только свой участок работы, про остальных ничего.

– Притом он не первый раз работает на Зеркальника, а вот подробностей предыдущих заданий в его памяти не сохранилось… только сам факт, что они были. Остальное – как стерли.

– Менталист, – скривился феникс и встряхнул головой. – Терпеть не могу этих мозгокопателей.

– Не ты один, – тяжко вздохнул лепрекон.

– Встречался он с ним, как понимаю, обычным образом. Через зеркало, и облик был нашей жертвы, так?

– Да, обычная схема Зера. Ничего нового. – Хельжин глухо рыкнул и бросил исписанные листы на стол. – Который раз! Который раз одно и то же и никаких следов! И самое отвратительное, что отследить и доказать мы сейчас можем разве что денежные махинации!

– А вот про странный туман, бойцов с иглами внутри и биологическое оружие, которое скорее всего и выводит из строя гвардейцев – никакой информации. Хотя то, что финансовый поток увеличился, меня тоже настораживает. Зачем ему столько денег?

– Ну, это, допустим, несложно.

– Не скажи, – возразил Лельер. – Зеркальник у нас существо идейное. У него есть цель… и это плохо.

– Тебе виднее. Я с ним лично не встречался. – Аналитик махнул рукой на висящего мужчину. – Ты закончил?

– Не совсем…

Уже потом, когда жертву утащили и из комнаты тихо вышел Хельжин с записями, Лельер Хинсар отстраненно отметил, что кожа выше запястий, невзирая на перчатки, окровавлена.

– Даже манжет рубашки запачкался… обидно. – Выкидывая пришедшие в негодность вещи, Пытка лишь недовольно скривился. – Кровь плохо отстирывается.