Попаданка в академии драконов - Любовь Свадьбина

— А у нас может быть. — Ника всплескивает руками и закрывает лицо, бормочет в ладони: — Так, позитивно мыслить, позитивно мыслить: они помирятся, они договорятся. Приманивать мир, приманивать дружбу принцев.

— Уверена, они помирятся. У них же общая цель — защитить всех от «Культа Бездны».

— Да-да-да, — кивает Ника и утирает слезы. — Все так и будет. А теперь… — Она рассеянно оглядывает комнату.

— Соберем уцелевшие вещи? — осторожно предлагаю я.

— Точно!.. Лера, — Ника умоляюще заглядывает мне в лицо, — попросишь принца Арендара заступиться за принца Сарана перед императором и императрицей?

— Конечно! — Сжимаю плечи Ники. — Обязательно попрошу.

Надеюсь, Арендар не поймет мою просьбу превратно.

* * *

— Левее!

— Правее!

— На тридцать градусов выше!

— Пентаграмму Серна на эту трещину, живее!

Явившиеся из города представители гильдии строителей-стихийников — солидные мужчины и женщины в темных мантиях с серебряными позументами — шумят не меньше отбойных молотков нашего мира. Только процесс красивее и быстрее.

Сверяясь с планами и советуясь с Эзалоном, маги прямо в воздухе чертят сверкающие полупрозрачные печати, делают пассы, ругаются, а земля выравнивается, камни перетекают, словно ртуть, и укладываются в дорожку аллеи, заново отстраивают стену и промятое чьим-то хвостом крыльцо. Остатки лавочек, размягчившись, перетекают на свои места и принимают старую форму.

Трое эльфов в зеленых с золотом мантиях заново и быстро выращивают деревья.

Наблюдающие за колдовством студенты то и дело комментируют работу, спорят, какие именно и в какой редакции заклинания и печати используются. Некоторые просто стоят в сторонке, а многие устроили пикники и созерцают чужую работу, пожевывая бутерброды и запивая морсом. А у кое-кого, судя по розовым щекам и смешкам, в бутылях алкоголь.

Мы с Никой скромно перекусываем печеньем и запиваем соком. Она то и дело поглядывает на затягивающееся окно нашей комнаты. Мне-то что, все мои счастливо уцелевшие вещи поместились в корзину, а вот Никины пострадали больше, и сложить их пришлось просто в кучу, она теперь переживает, как бы их не попортило шальным откатом заклинания.

Атмосфера в целом веселая, но проскальзывает обеспокоенность, и все нет-нет да поглядывают на небо. Я не исключение. И чем дальше, тем тревожнее становится на сердце.

Вряд ли Дегон осмелится сильно навредить Арендару, но из-за драки у принцев наверняка проблемы. А может, Арендара уже отчитывает семья, и скоро кто-нибудь из императорских дознавателей явится выспрашивать, с какой это радости сам наследник империи обратил внимание на пришелицу из непризнанного мира. Будто я знаю почему: я же не разбираюсь в драконах.

— Как думаешь, они помирились? — Ника искоса смотрит на меня и сминает печенье, крошки уносятся ударной волной от внезапно всколыхнувшейся дорожки аллеи.

Несколько девушек взвизгивают — от неожиданности они пролили сок на форму. Ругаются.

Я не знаю, что ответить Нике. Пожимаю плечами. Но желание утешить подругу пересиливает, и я как можно бодрее замечаю:

— У них нет причин ссориться всерьез. Сама подумай: обвинение явно бредовое, и то, что я никак Арендара не очаровывала, можно доказать. Разберутся. И вообще, может, ректор дело замнет, ведь академия во многом независима от империи.

— Пожалуй… — тянет Ника.

«Ох, Лера, Лера, — качаю головой. — Всего неделю здесь, а уже можешь стать причиной международного конфликта. Скромнее надо быть, скромнее».

— На счет три! — командует рыжеволосая строительница-стихийница и вскидывает широкие ладони. — Раз. Два. Три!

С пяти пар рук стихийников срывается разноцветный свет, и аллею накрывает белая сияющая пентаграмма и медленно погружается в грунт.

— Групповая печать закрепления, — восхищенно произносит кто-то слева.

— Четко сработано, — поддерживает голос справа.

— Мастера, — соглашается парень у нас за спиной.

Здорово быть волшебником: у нас даже представить нельзя, что за работой в общем-то строителей и немного ландшафтных дизайнеров будут следить с таким восхищением. Магия!

* * *

— А как думаешь, почему они все же… так громко поспорили? — робкий вопрос, обращенный даже не ко мне (я еще не свернула на лестницу, по которой поднимаются неведомые собеседницы), заставляет нервно поежиться.

— Ну они же драконы, они… любят подискутировать с применением тяжелых аргументов, — отзывается нежный голосок.

На самом деле это первое упоминание ссоры Арендара и Сарана с памятного крика коменданта Анисии: «Это не учебная тревога, это драконы!» Даже стало казаться, что сражение мне померещилось, а разрушения — так, несчастный случай. Но нет, все говорят об этом.

Две светленькие девчушки вылетают на меня с лестницы, охают, извиняются и, семеня по коридору, шепчутся:

— Надеюсь, она не слышала.

— Но мы же ничего такого не говорили…

Так и хочется обернуться, но я сдерживаюсь: пока Ника вновь проверяет свои вещи, мне надо написать заявление на смену мебели.

Вход в кабинет коменданта Анисии расположен прямо в холле. За дверью что-то шуршит, и на первый же стук следует напряженный ответ:

— Войдите!

Причина напряжения сразу понятна: комендант Анисия стоит на собственном столе и, придерживая наполовину стянутую со шкафа коробку, что-то в ней ищет. Глянув на меня сверху, комендант кивает на стул:

— Присаживайся, я сейчас.

А на пятке ее чулка маленькая дырочка. Сказать или тактично промолчать?

Пока Анисия возится с бумагами, я разглядываю дипломы на стене: свидетельство о завершении с отличием курсов ведения обширного хозяйства, приз за лучший проект развития ресторана, свидетельство о прохождении императорской практики для служащих государственных учреждений, призы за первое место в кулинарных конкурсах, свидетельство с курсов по бухучету…

Комендант Анисия шумно спрыгивает со стола и, отложив пачку бумаг, приглаживает растрепавшиеся волосы.

— Какие-нибудь проблемы?

— В комнате надо мебель поменять. Всю.

— Что, совсем всю? — Анисия внимательно смотрит на меня, а я…

Я заливаюсь румянцем, хотя стыдно за разрушения должно быть принцам.

— Там, когда стена, принцы, они…

Комендант Анисия бешено машет руками:

— Нет-нет, все в порядке, пиши заявление. — Нервно улыбаясь, она вытаскивает из ящика стола бланк и протягивает мне. — Всякое в жизни бывает, ничего страшного, не стоит даже упоминания.

Ну не стоит, так не стоит. Пожав плечами, притягиваю документ. Анисия пододвигает мне чернильницу с пером и открывает вытащенную сверху папку.