Роза для Палача - Франциска Вудворт

– Ты реагируешь на меня так, будто мы знакомы.

– Я могла видеть тебя в журнале, интернете, да мало ли где, – склонив голову к плечу, стала перечислять она.

– Нет, не похоже…

Внутри нарастало щекочущее ощущение, что нечто подобное уже было. Память услужливо преподнесла события годовой давности. Тогда ему пришло письмо от анонимного адресата с наводкой на Хищницу. И тон письма был странный, его царапнуло это тогда, как будто отправитель с ним близко знаком. Арсеньева Анастасия Филипповна, кандидат в мэры, действительно оказалась обладательницей шляпы и перчаток и шла по головам, рвясь к власти. Пришлось устранить.

– Это ты написала письмо об Арсеньевой, – убежденно произнес Богдан, и атмосфера между ними вмиг изменилась. Незнакомка подобралась, но он и без слов, по одной реакции тела понял, что попал в точку.

Девушка сверлила его напряженным взглядом, что-то взвешивая про себя, а потом произнесла:

– Давай договоримся, я рассказываю тебе, как было дело, а ты забываешь о моем существовании.

– И даже не будешь отрицать?

Незнакомка все больше интриговала его.

– Ты же теперь не успокоишься, а я не хочу больше соприкасаться со всем этим.

– С чем?

– Орден, Хищницы, необычные вещи. Мне продолжать?

Настала очередь Богдана подобраться при одном только упоминании Ордена. Одновременно мысленно просчитывал, кем она может быть и откуда так много знает. Не владелица точно, страха в ней не ощущалось.

– Ну так как, по рукам? – спросила она, поняв, что удалось привлечь его внимание.

– По рукам, если только ты не обладательница старинных вещей.

– О нет, я предпочитаю только новые коллекции, – понимающе усмехнулась незнакомка. – Пойдем в кафе, здесь не лучшее место для такого разговора.

Богдан был согласен. Продавщицы косились на них и прислушивались к разговору.

Они переместились в близлежащее кафе. Народу было немного, и за одним из столиков Богдан увидел парня, с которым она была в тот день у ресторана. Но вместо того чтобы к нему подойти, девушка выбрала свободный столик, а молодому человеку мимикой дала знак, чтобы не вмешивался.

– Как тебя зовут? Ведь мое имя ты знаешь, – произнес Богдан.

– Кристина.

– Откуда ты меня знаешь?

– Ты встречался с моей подругой.

Богдан мысленно поморщился. Жаль, что их разговор начался со лжи. Среди его последних любовниц русских не было. Не считая Розы, но Ковальский был уверен, что речь не о ней. Внешне же он никак не показал своего отношения, желая выслушать ее версию.

Пришлось прерваться, так как к ним подошел с меню официант.

– Капучино, – сделала она заказ.

– Американо, – сказал Богдан и, стоило официанту отойти, продолжил: – Так с кем я встречался? Ее имя?

– Ты его не знаешь. Давай я все объясню, – добавила она, стоило ему недоверчиво усмехнуться. – Мы познакомились в прошлом году в клубе. Ты был с Кристофом, а я с подругой. Вы начали с ней встречаться.

– А ты с Кристофом? – спросил Богдан, точно уверенный, что в прошлом году ни с кем в России точно не встречался, не считая одноразового секса.

– Нет. Богдан, не спеши. Я знаю, что ты нас не помнишь и уверен, что меня видишь впервые. Это так и есть. Дослушай до конца. На чем я остановилась?

– Я встречался с твоей подругой, – напомнил он. Можно было бы принять Кристину за сумасшедшую, но он не спешил с выводами. – Ты так и не назвала ее имя.

– Это не важно, – отмахнулась она. – В общем, так, мы вчетвером стали общаться, ты нас и на вечеринку с сотрудниками благотворительного фонда пригласил в загородный дом, который снимал.

– Какой адрес? – решил проверить ее Богдан, но девушка без запинки назвала адрес, по которому он жил и сейчас.

– Потом мне в руки случайно попались платок и перчатки, а также дневник прошлой владелицы, с личными наблюдениями. Так я узнала об Ордене, вещах и Хищницах. Одной из них оказалась эта Арсеньева. Она начала охоту, в результате которой ее люди убили мою подругу и Кристофа. Мы с моим парнем уехали за город в охотничий домик, но Арсеньева нас там нашла, явившись лично. В шляпе и перчатках, кожаных, позволяющих управлять людьми. Она убила моего парня, а потом выстрелила в меня.

Кристина замолчала, переводя дыхание. Принесли кофе. Она бросила сахар, размешала и прямо взглянула на него, заговорив вновь:

– Во время потасовки мне удалось стянуть с нее перчатку, платок был на мне. Я пыталась позвонить в полицию и собирала развалившийся телефон. Впопыхах натянула на руки одну свою перчатку, а вторую ее. В момент выстрела больше всего на свете я желала вернуть погибших… – Она сделала паузу и закончила: – И перенеслась в прошлое. В тот момент, когда мы с подругой только собирались идти в клуб.

Кристина замолчала, а Богдан переваривал ее рассказ. Нет, он слышал раньше разговоры о том, что несколько вещей, собранных вместе, обладают особым могуществом, но реальных доказательств лично не встречал. Но вот сейчас сидит перед ним живая свидетельница.

Скверна и так встречается не часто, а чтобы у одного человека было две-три вещи – крайне редкий случай. Поэтому и переполошились Магистры из-за Евы, женщины Хана. Существует поверье, что собранный полный костюм из скверны повергнет мир в хаос и приведет к апокалипсису. А Савицкий собирал вещи, веря, что они излечат Эвелину, и ведь он говорил, что нашел упоминания о том, что несколько вещей вместе обладают особыми возможностями.

– Я понимаю, что это звучит невероятно. Расскажи мне кто такое, и я бы первая направила его к психиатру, но это правда, – невесело усмехнулась Кристина.

– Я так понимаю, что в клуб вы не пошли, и мы не познакомились. Почему, кстати?

На мгновение она замялась, а потом ответила:

– Так как меня перенесло именно в этот момент, я решила, что это поворотная точка, чтобы изменить будущее.

– Ладно. Только я не понял, как во всем этом замешан Кристоф. Ты писала, что он заодно с Арсеньевой, но теперь говоришь, что ее люди его убили.

– Арсеньева призналась, что хоть он и из Ордена, но они были полезны друг другу и сотрудничали. Своих людей назвала идиотами. Насколько понимаю, избавляться от него она не планировала. В общем, вот и вся история.

Богдан догадывался, что это очень сокращенная версия. И пусть рассказанная история звучала неправдоподобно, он склонен был в нее поверить. Просто нарочно такое не придумаешь. Давить и выяснять подробности не стал, его больше интересовало другое.

– Хорошо. Расскажи, как к тебе попали вещи?

Вопрос явно не понравился, и еще до того, как она ответила, Ковальский понял, что соврет.

– Не важно. На улице нашла.