Песнь Гнева - Дарья Кадышева

— Они не мертвы, — отозвалась она и убрала за ухо выбившийся локон. — Иначе кинжал бы не вертелся. Это как компас. Он просто не может их найти, не может определить, в какой точке мира они находятся. Если этот кинжал действительно принадлежит Драгону.

— Это его кинжал. Он оставил его в боку одного из солдат на Соколином полуострове.

— Тогда я не знаю, — Иветта откинулась на спинку стула. — Они живы, это точно. Но где они…

— Ты сказала, что рунный камень переносит, когда становится опасно. Но почему только их?

— Значит, тебе ничего не грозило.

— Но камень лежал в моем кармане.

— Неважно. И ты думал только о них. Хотел, чтобы они спаслись. Не о себе. Поэтому камень так сработал, — магичка тяжело вздохнула. — Я не в должной мере ознакомлена с поведением таких камней, поэтому…

— Ты — что? — хмыкнул Марк и наклонился к ней, упершись руками на стол. — Ты не знаешь, как это работает?

— Не до конца.

— Так зачем же ты его дала нам?!

— Не повышай на меня голос.

— Или что? Что ты сделаешь, маленькая нежная ведьмочка? — прошипел Марк. — Они пропали из-за тебя!

— Думаешь, я не виню себя в этом?! — Иветта вскочила на ноги, приблизившись к Марку вплотную. — Мне очень жаль, что так вышло, поэтому я хочу помочь!

Керник выпрямился, не сводя с нее раздраженного взгляда. Он был зол на себя, зол на нее, а Иветта… Она делала вид, что злится. Его лицо было так близко, что она увидела все его морщинки вокруг безупречно-синих глаз… Синий. Она ненавидела этот цвет.

От Марка пахло лесом, потом и табаком. Она ненавидела этот запах.

Когда-то.

Каждую их встречу она сильнее в него влюблялась. Лохматый, широкоплечий, с мерзкой привычкой курить свои мерзкие самокрутки и насмехаться над магами, он ей совершенно не понравился в день их знакомства. Все в нем вызывало неприязнь у магички. А потом он подарил ей охапку красных маков, ибо она постоянно жаловалась на раздражавший ее синий цвет повсюду в Обители. С тех пор, каждый раз, когда Марк смотрел на нее, Иветте казалось, что она краснеет от смущения всем телом.

— Мы не должны ссориться, — сказала наконец она, сглотнув. — Нам надо думать о Лете и Драгоне.

Марк тоже быстро остыл и отстранился от нее.

— Мы никогда не кричали друг на друга, — выдал он, и взгляд его снова стал прохладен. — Это первый раз.

— Ну, ребят, вы делаете это очень профессионально. Как будто много лет уже женаты, — вставил Иян, все это время спокойно наблюдавший за перепалкой.

Иветта чувствовала, что начинает краснеть. Опять. Но, к счастью, Марк отошел от стола, повернувшись к ней спиной, и не увидел ее лица.

— Я думаю, что знаю причину, по которой не могу найти Лету и Драгона, — быстро произнесла магичка.

— Какую?

— Они не могут быть скрыты какими-нибудь чарами или волшебными предметами. Моему заклинанию это нипочем. Я думаю, что они в том месте, где очень сильная магия блокирует всю остальную, что приходит извне, — проговорила она.

— Много у нас таких мест?

— Да. Несколько комнат в Васильковой Обители, школа во Въеле, Мертвые холмы, Тэрогор, Тор Ассиндрэль, некоторые участки в Куруаде и многое другое. Перечислять можно бесконечно.

— Значит, мы наведаемся в ближайшее от нас место, — сказал Марк.

— Я не думаю, что все так просто.

— Мы же не будем сидеть сложа ручки?

— А что еще нам остается? Искать их по всему миру?

— Знаешь, я как-то не особо утешаюсь мыслью о том, что они все еще живы. Все еще. Вот это меня смущает.

— Я не говорила «все еще».

— Прошло уже много дней, Ив. Если бы они были в порядке, они бы вернулись. И связались бы с нами. И ты бы уже нашла их с помощью своего дурацкого заклинания.

— Оно не дурацкое! — вспыхнула Иветта. — Если ты хочешь, чтобы я помогала, относись ко всему это без сарказма, глупых шуток и ненависти.

— Прости, — тихо сказал Марк.

Иветта поймала его взгляд и тут же опустила голову. Да что же это.

Она зажгла свечи щелчком пальцев.

— Много дней? Недостаточно, чтобы вернуться, например, с Иггтара, — проговорила она. — Говорю же, они могут быть где угодно.

— Я не могу ждать.

— Мы ничего не можем поделать, — она с сочувствием взглянула на него. — Пока.

— Попробуй еще раз.

— Я пробовала. Сегодня шесть раз. Это лишает меня сил.

— Хорошо, — Марк отвернулся к стене.

Комната, которую они сняли, была маленькая и находилась в самом конце коридора. Так было проще. Чтобы их никто не подслушал и никто не нашел. И обставлена комната была не самым лучшим образом. Кровать, шкаф, два стула и круглый низкий стол. Окно, выходящее на внутренний дворик. Но, по крайней мере, все было чисто… И цвет стен был приятный. Кремово-розовый. Как пирожное.

Иветта была вынуждена придумывать оправдания, чтобы являться к ним по вечерам. Чаще всего она говорила Дите, что хочет прогуляться. Несколько вечеров пришлось пропустить, чтобы не вызвать подозрений. «Очаг» располагался близко к Васильковой Обители, что было очень удобно. Иногда днем Иян и Марк бродили по городу, но обычно сидели в трактире, пили и разговаривали. Иветту удивляло присутствие командира миротворцев. Марк же принял помощь Ияна без лишних слов, как будто так и должно быть. Драгон и Лета могли без сомнений гордиться тем, что у них были такие преданные друзья.

— Что нового на Скалистых островах? — спросил Марк.

— Ничего. Я знаю лишь то, что люди не ладят с илиарами. Даже несмотря на мирный договор, — ответила Иветта.

— Это только на руку Ордену.

— Еще бы. Добром это не кончится. Многие опасаются, что разгорится новая война.

— Нет, до этого не дойдет. Когда все закончится, Твердолик вздернет каждого, кто был виноват в стычках, — произнес Иян. — Илиарский царь сделает то же самое.

— Для солдат даже угроза виселицы меркнет перед возможностью отомстить за свой народ, — Иветта взяла кинжал и покрутила его руках, разглядывая узоры на рукояти. — Я узнала это в глазах илиара, который был послом. Я чувствовала его ненависть ко мне, хотя лично я ему ничего не сделала. Он видит во мне человека. Одного из тысяч потомков тех, кто унижал и мучил его предков.

— Это неправильно. Мы не виноваты в том, что делали наши предки, — сказал Марк.

— Скажи это тем, чьих отцов, братьев, сыновей убили на Медной войне, — резонно проговорил Иян. — А что с этой банши? Неужели никто так и не узнал про нее?

— Даже Дита не знает. Это все происходит между Радигостом и Твердоликом.