Сокровище змеелова - Крис Риддел

Илай поднял с земли ветку, положил на угли, и затухший было костёр снова разгорелся. Он подбросил ещё хвороста, немного подождал, пока огонь не затрещал, и поставил греться котелок.

Вода закипела, и Илай опустил в котелок пригоршню ячменной муки. Затем добавил остатки пойманной накануне рыбы и всё перемешал.

Каменный пророк открыл глаза, потянулся и сел. Он растерянно озирался по сторонам, пока его затуманенный взгляд не остановился на скалолазе.

– Так ты проснулся, – сказал Илай.

Икабод кивнул и потёр глаза кулаками. Он поднял голову и стал принюхиваться, как грызун, подёргивая носом.

– Еда, – пробормотал он.

– Немного каши-размазни с рыбой, – кивнул Илай. – Похоже, тебе не мешало бы поесть, пророк.

– Не откажусь, – Икабод поёжился под пристальным взглядом бледно-голубых глаз.

– И что же это было – зелёный ликёр или голоса предков? – холодно спросил скалолаз, передавая Икабоду дымящуюся миску. – Прошлой ночью в твоих поступках было маловато здравого смысла. Но на этот раз ты хотя бы не пытался оглушить меня ликёром.

– Ни то, ни другое, – ответил Икабод с набитым кашей ртом. – После того удара молнии я, кажется, прозрел. Так что вчера у меня на уме было совершенно другое.

Илай помешивал кашу в котелке.

– Я просто никчёмный трусливый неудачник, – продолжал Икабод, как будто разговаривая сам с собой. – Другие пойдут – о, да, пойдут, – а Икабод не отважится последовать за ними. Потому что я ничтожество, ничтожество, ничтожество…

Илай поднял глаза.

К ним приближались Мика и Фракия, девушка-змеерод. Они шли бок о бок; их длинные тени под низким блёклым солнцем сливались в одну. Мика украдкой посматривал на девушку, шагавшую рядом с ним, и краснел; глаза у него блестели. Илай заметил, что копьё Фракии держит Мика, Фракия же несла в прижатых к груди руках что-то другое. Тесная душекожа была расстёгнута у ворота, капюшон свисал с одного плеча, а пепельно-золотистые волосы ниспадали пышными локонами.

– Мика, Фракия, – сказал Илай, указывая на фигуру в лохмотьях. – Знакомьтесь, это Икабод, каменный пророк.

Мика кивнул, а Фракия, если и услышала, то не подала вида. Её губы были плотно сжаты, глаза покраснели; она опустилась на колени возле костра и высыпала в огонь то, что несла в руках.