Айтлин. Сделать выбор - Ирина Зимина

— Подожди, не сходится, я же помню! Помню твои последние слова: «И запомни, если почувствуешь, что ты в большой опасности, сосредоточься и просто думай обо мне, а я тебя заберу. Из любой точки мира, независимо от преград. Но только в крайнем случае, понимаешь? У нас лишь одна попытка». — Процитировала я свои воспоминания.

— Я такого не говорил. Все, что успел, обнять на прощание и портал открыть. Значит, Лидалилл сделал так, чтоб ты помнила эти слова. Знала, что не одна, что можешь вернуться в любой момент. Но в реальности смогла пройти миры, лишь став драконом.

— А я бы не смогла?

— Нет конечно. Как бы я тебя забрал? Только сам если бы переместился, но пока тебя разыскал, уже многое могло случиться.

— Вот оно что?! Ну а заклинания? Они всплывали в голове в нужный момент.

— Это я, да. Сиана тебе помогали, учили и готовили, выставляя на пути преграды. Вот ты говорила про приют и Академию магов. Тебе просто давали пожить, как простому человеку, чтобы начала ценить то, что имеешь. Потому что здесь мы оба не дорожили жизнями. Моя вина, но в какой-то момент я упустил из виду, что ты стала такой, как я…и они помогли тебе. И я очень благодарен. Если бы ты вернулась туда такая, еще с той силой, что имела, то Академию магов просто бы уничтожила со всеми обитателями.

— Пап, ну нет, конечно! Да, я помню, что не очень хотела жить, но твердо знала, что должна, обязана отомстить за смерть мамы. Но агрессии во мне не было.

— Пока дракон бы не начал на тебя влиять.

Я вспомнила Рэя и кивнула. Да, точно, об этом и не подумала.

— Так что тебе дали время, держа подальше от Трантона, и учили.

— Он что, не почувствовал мой приход?

— Думаю, нет, и, скорее всего, именно потому тебя так рано забрали, пока в силу не вошла.

— Понятно.

— Теперь твоя очередь. — Кивнув, пересказала все, что со мной происходило необычного с момента попадания в Академию драконов, а в конце спросила:

— Как полагаешь, когда они узнали, что я — это я?

— Судя по твоим рассказам, почти сразу. Только вот не знаю, как. Может в Академии крыса? Предатель, — пояснил он мне, — тут их крысами называют.

— Но почему не убили? Столько возможностей было.

— Дочь, они тоже не всесильны. Да и сумасшедших, желающих служить и умереть во имя богини, не так и много. И боги тебе помогали и присматривали, я уверен.

Я вспомнила Мартина. Выходит, он тоже был служителем и вот к чему слова лорда Хорнера: «Он не сделал бы так от огромной любви к Оливии, например, но вот преклоняясь кому-то или служа — легко». Но отчего-то и он не сложил два и два и не заподозрил отца Оливии…

— Думаю, в Академии не нападали потому, что или там нет их людей, или не хотели привлекать внимание к Оливии. Полагаю, она и будет служительницей на этом обряде.

— Поверить не могу, что это она. Всегда казалась мне вполне нормальной и Рэя, вроде любит, любила… — я задумалась. А не может ли быть такого, что Еваана иногда могла смотреть ее глазами? Тогда многое бы стало на свои места. То серебристое свечение, те шары, что сорвались с рук. А я на нее не подумала лишь оттого, что Оливия в действительности такая же жертва обстоятельств в этой игре, как я и как Рэй. Ведь по сути, она ни в чем не виновата. Ее воспитывали с этими мыслями. Кто знает, какой бы она выросла на самом деле? Может, именно потому я никогда не чувствовала от нее реальной угрозы, что сама она на деле никогда ничего и не затевала, действуя, как марионетка в этой игре. Не знаю. А так ли это важно сейчас?

— Что надумала? — спросил отец.

— Скорее всего ты прав, — кивнула я. — Тогда понятны нападения на практике. Не удивлюсь, если и ту воронку с мертвыми магами разбудили, чтобы меня уничтожить.

— Думаю да. Но боги и тут вмешались, послав оракул.

— А тот метаморф?

— Вот тут опять сработал пресловутый закон подлости, как здесь говорят. Я же тебе рассказал, что с магами жизни часто случаются нелепости. Твоя мама: то падала, едва шею не свернув, то тонула, то на практике василиск ее чуть в камень не превратил. Да и так, по мелочи, было много всего. Особенно после, того как в силу вошла.

— Тогда не понимаю, почему они потом весь год меня не трогали и только летом попытались убрать?

— А тут как раз объяснимо. Трантон ведь приближен ко двору и мог подслушать, что все узнали про ваше родство с императором. И понять, что как только совершиться какое-то нападение, то Оливия уже точно попадет под подозрение. Те разы списали на ревность, когда шар слетел, а больше к ней ничего и не пришьешь, а вот если б ты погибла в Академии. Там ведь все на виду. Домовые следят за каждым шагом. А служительниц немного. Учитывая твой рассказ о том, как такие девушки вообще рождаются. Вот они и затаились. Ведь нападение оригога вы к ней не отнесли?

— Да их тогда не было, — помотала я головой. — Они вчетвером в соседнюю деревню уезжали.

— Ну вот. Ловушку расставили и уехали.

— А на что она сработала?

— На твою кровь.

Я хотела было возразить, а потом вспомнила, сколько раз меня на спарринге, да и просто задевало, и однажды Оливия даже платок мне свой давала. Я его в мусорный бак выбросила. Ой, да сколько таких случаев! Выходит, то происшествие по моей глупости произошло и твари были настроены именно убить меня. Вот все и появились, когда мы дежурили.

— Ну а после, когда Рэй стал драконом, он тебя в пару выбрал, и они поняли, что именно ты его инициируешь.

— Это как я?

— Хм…лишишь невинности. Так маги жизни инициируются.

— Так вот почему дар не сразу проявился, — пробормотала я, покраснев. Неудобно-то как. Но зато все действительно логично складывается. Кроме…

— А то похищение? Почему Рэя хотели украсть? Когда Терк пострадал! — я кивнула на своего кота, который все это время то слушал нас, то расширенными глазами смотрел телевизор. Мы ему передачу про пантер отыскали.

— Не знаю…может они тогда не поняли, что он тебя парой выбрал.

— Кстати да, он ведь никому не рассказывал о своих чувствах.

— Ну вот. Значит, уже позже кто-то узнал, может во дворце, или после дня выбора стало что-то ясно, тут я не ведаю. Да и так ли это важно?

— На самом деле — не важно. Пап, а у тебя есть кофе? Так хочется взбодриться хоть немного. Нам уже скоро выходить.

— Идем, — поднялся он с кресла, — перекусим заодно. Надо. — Он посмотрел, когда я отрицательно качнула головой, кусок в горло не лезет. — Тебе необходимо набраться сил. Кто знает, что нас там ждет.