Айтлин. Сделать выбор - Ирина Зимина

Следующие сутки прошли как в тумане. Рэя почти сразу погрузили в целительский сон на тридцать часов, а меня, напоив целебными зельями, отпустили восвояси. Вот и пришлось мне отдуваться одной, рассказывая всем, что произошло с нами за те дни, что нас никто не видел. Сначала все, без утайки, самым близким. Потом немного в сокращенном варианте друзьям и Курту.

Даже Ариадна меня разыскала, когда я принимала ванную, и, перепугав до нервной икоты служанок, что помогали мне мыться, пришла проведать.

— Я так рада, что вы выжили, Айтлин. И что все закончилось хорошо!

— Ох, что-то мне кажется, что еще ничего не закончилось, — покачала я головой. — Трантон очень умный и одаренный, боюсь, как бы он еще чего не придумал.

— Время покажет! — обняла меня подруга. — А пока просто будь счастлива! За нас двоих!

— Ариадна…думаю, я смогу тебе помочь. Помнишь ту девочку, в деревне, на первом курсе? Я могу также проникнуть в твое сознание и попробовать… Ну не знаю, восстановить нити судьбы, как вы их называете. Только нам надо уйти в другой мир. Чтобы все связи в этом оборвались. Но это позже.

— Я буду тебе безумно благодарна! — она снова меня обняла. — А уж отец! И еще, мы попробуем помочь! Найти этого Трантона и сообщим вам.

— Хорошо!

Распрощавшись с Ариадной, вышла из ванной и, одевшись, направилась обратно туда, где спал супруг, и крепко его обняв, тоже уснула. Хотелось просто забыть все произошедшее, проснуться утром и чтобы снова все было хорошо. И никто не умер…Жаль, что это лишь несбыточные мечты.

Просунулась от шевеления Рэя. Я, оказывается, успела наполовину переползти и удобно устроиться на его груди.

— Проснулась? — супруг поцеловал меня в макушку, поглаживая по волосам. Я, щурясь спросонья, подняла голову и посмотрела на него:

— Доброе утро. Как ты себя чувствуешь?

— Слабость просто ужасная. Еле руками двигаю. А то бы я показал тебе доброе утро! — он с улыбкой взглянул на меня.

— Хм, — послышалось из угла покоев, я резко подскочила и посмотрела туда. Угу, вездесущая троица, не иначе, пожаловала.

— Давно сидите? — стараясь не рассмеяться, спросила я.

— Нет, — ответил император, подходя к нам и посмотрел на сына, — целители сказали, что через два дня ты полностью придешь в себя. Слабость — побочное действие зелья, но его обязательно надо пить, чтобы быстрее восстановить все магические каналы. Они у тебя практически полностью закрылись.

— А дар мага жизни к нему не вернется? — насторожилась я.

— Нет, — хмыкнул подошедший лорд Логан. — Рэйлион его полностью отдал. Этот дар не изучен до конца, потому я вообще не понимаю, как тебе это удалось?

— Просто почувствовал, что так можно, и сделал. Не хочу, чтобы Айтлин больше участвовала в этой игре, — пожал плечами Рэй, послушно открывая рот для зелья, которое император уже накапал в ложку.

— Что там, в записях? — спросила я, едва все расселись и устроили Рэя, приподняв с помощью отца, а я прижалась к его боку.

— Трантон последовательно записывал в этой книге все свои действия с момента гибели Сариэллы. Подстраивал заклинания исходя из силы и расы мага. Очень сложная и кропотливая работа, — покачал головой лорд Логан.

— Расскажите все по порядку, пожалуйста, — попросила я. — Что-то мне подсказывает, что мы с Трантоном не завершили эту партию, значит, я должна быть готова.

— Хорошо, — кивнул главный маг. — Тогда слушайте.

Если кратко, то предыстория была такая. Тогда, около шестисот лет назад, Трантон, будучи еще совсем молодым магом, впервые увидел Еваанну. Она уже вошла в тело служительницы, он ее называл «сосуд». Но увы, дара девушки эльфийки тогда не хватило, она просто умерла, не доведя обряд, и Еваанна была вынуждена вернуться обратно в камень. Но именно с тех пор Трантон и заболел ею. Стал изучать все возможное, приносил кровавые жертвы, и смог напитать богиню такой силой, чтобы она иногда разговаривала именно с ним через зеркало. Трантон был одержим, в его жизни больше не было целей, кроме как оживить любимую, а Еваанна всячески поддерживала его желание. Кстати, своего учителя он тоже убил на алтаре, чтобы не было соперников на сердце темной богини, как и всех, кто присутствовал тогда на обряде.

Все это заняло очень много времени, почти триста лет. Маг жизни, оказывается, появляется сразу после смерти предыдущего. Детей способных принять этот дар рождается не так и мало, но дар переходит лишь к одному. После надо дождаться когда ребенок вырастет и войдет в сила, а как в случае с драконом — сначала совершит оборот, только после этого дар жизни проявит себя.

Но триста лет два мага жизни, которых отслеживал Трантон, погибали, не успев войти в силу. Помимо этого, была еще одна сложность — отсутствие девушек способных принять в себя богиню. Он разыскивал их повсюду, у таких девушек на ауре стояла печать Евааны. Но, увы, физически объехать весь мир он не мог, а в Империи условия, при которых рождаются такие девушки, создавались очень редко. И тогда он решил создать служительницу сам, и стал разыскивать тех, кто с самого рождения жил в состоянии постоянного страха и безысходности, забирал или выкрадывал и пытался зачать ребенка. Но и тут возникли сложности; у дракона не может быть много детей, физиология так устроена. Снова помогла его богиня, рассказав про одно зелье. Но опять же, его можно было принимать раз в пятьдесят лет, а после восстанавливаться. Первыми рождались мальчики, которых Трантон просто убивал вместе с матерями и искал новую жертву, делая жизнь очередной женщины невыносимой. Потом удача все же улыбнулась мужчине и у него родилась дочь. Вот как раз триста лет назад, когда ректор Рантилиор смог почувствовать выплески чужеродной магии, пролетая над горами, когда Хорнеру, отцу и другими драконам удалось остановить очередное пришествие Еваанны, сосудом была дочь Трантона. Она просто сгорела, рассыпалась пеплом, потому опознать хоть как-то девушку не удалось. Как и мага жизни, Трантон успел ее убить, понимая, что иначе той девушке обеспечат просто идеальную защиту. Вообще, до Рэя по наблюдениям все того же Трантона, рождались только девушки и он в своих записях как раз рассуждал о том что тогда, триста лет назад, обряд едва не увенчался успехом, вот боги и стали выставлять против него более сильные фигуры, и наделять даром более одаренных магов.