Обрученная с вороном - Екатерина Слави

Тут же, рядом с подушечкой, Равена нашла в шкатулке туалетные принадлежности. Расчесала волосы деревянным гребешком и с помощью заколок собрала их в аккуратную прическу.

Когда она вышла из-за ширмы, Рил уже был одет. Канареечные штаны — такие широкие, что похожи на юбку, запахивающаяся и подпоясанная атласная рубаха навыпуск такого же кофейного цвета, как блуза Равены, и расшитый серебром черный кафтан с откидными рукавами.

— Мы одеты похоже, — заметила Равена.

Рил улыбнулся.

— Так принято одеваться в клане Лисов. Эта одежда считается повседневной, а есть еще нарядная.

— И чем же отличается нарядная от повседневной?

— Низ будет красным, а вместо серебряной вышивки — золотая.

Равена кивнула.

— Теперь я знаю, что лисы любят яркие цвета. Вороны одеваются обычно в одежды темного цвета.

Рил улыбнулся, и улыбка у него вышла вполне лисьей.

— Не стоит говорить, что знаешь что-то о нас, пока не побывала в Клане Лисов.

Равена, внимательно изучая выражение его лица, промолчала. Она решила для себя, что доверится Рилу, но сейчас ей было тревожно. Ее судьба всегда была в чьих-то руках — сначала она полагалась на родителей и Амира, потом на своего жениха и Клан Воронов, теперь на Рила. Неужели она на всю жизнь обречена от кого-то зависеть? Равена не мечтала ни о чем особенном, просто хотела спокойной жизни. Просто знать, что завтра судьба не преподнесет ей еще одно жестокое испытание. Неужели она слишком многого хочет?

Раздался стук в дверь.

— Господин Сирил, карета уже ждет вас, — произнес из-за двери низкий голос Неемии.

— Итак, — переведя взгляд от двери на Равену, сказал Рил. — Ты готова?

Равена поколебалась несколько мгновений и, сделав глубокий вдох, кивнула.

* * *

Кучер на козлах был одет, как тристолец, но из-под его головного убора виднелись белые пряди, из чего Равена сделала вывод, что он тоже лис. И это вполне объяснимо: посторонний не должен знать дорогу в земли Клана Лисов.

Лес вырос по обеим сторонам дороги, не успела карета выехать за пределы города. В небо уходили высокие листопадные деревья, кое-где словно вплетались в ткань леса вечнозеленые кедры.

Сначала дорога все время стелилась прямо, потом вдруг расщепилась надвое, словно сосновая иголка, и карета свернула вправо. Равена бросила осторожный взгляд на Рила — тот чему-то улыбался одними краешками губ, — нахмурила брови и, не таясь, выглянула из окна кареты. Не увидев позади дороги, широко раскрыла глаза.

Все было так же, как в Клане Воронов — лисы скрывали путь в свои земли от посторонних. Впрочем, нет — все же иначе. Стоило ей только посмотреть вперед, и она убедилась в этом: не было никакой дороги, только сплошная стена леса. Дорога появлялась из ниоткуда перед каретой и исчезала позади нее. А еще не сразу, но все же Равена заметила, что карета петляет: лошади поворачивали то влево, то вправо.

— Лисы путают следы и передвигаются так, чтобы их не нашли, — послышался голос из кареты. — Ни один лис не позволит обнаружить свое укрытие.

Сев на место, Равена снова с подозрением посмотрела на Рила. По всему выходило, что дороги нет — она возникает только для людей Клана Лисов, чтобы дать им проехать. А это означало, что если Равена захочет покинуть клан, ей будет сложно найти путь и не заблудиться.

— Не волнуйся, — произнес Рил, продолжая сдерживать улыбку в уголках рта, и добавил, будто читал ее мысли: — если ты захочешь нас покинуть, только скажи — твое желание исполнят.

«Надеюсь, что так», — мысленно ответила ему Равена, но вслух ничего не сказала.

— Магия лисов? — вместо этого решила проявить любопытство она.

Рил кивнул.

— Здесь везде на деревьях нанесены Знаки Пути, — ответил он. — Как ты уже поняла, тропы нет. Не существует. Она возникает только для нас.

— Очень удобно, — стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно, произнесла Равена и отвернулась к окну.

Через какое-то время лес расступился, и карета выехала на околицу деревни. Взгляду Равены открылись низенькие дома с соломенными крышами: вместо дверей и окон — циновки из тростника, над входом почти каждого дома свисает множество оберегов.

Равена увидела людей — все они были беловолосы. Завидев карету, жители деревни расходились в стороны и сгибали спины в поклонах, мужчины, женщины и дети. Даже если они не знали, что в карете младший сын главы их клана, то все равно понимали, что внутри знатный человек.

Чем дальше ехала карета, тем сильнее разрасталась деревня. Крыши домов теперь были покрыты не соломой, а деревом. Деревянными были двери и окна. Беловолосых людей на улицах становилось все больше.

Вскоре на смену низеньким домикам пришли большие дома на каменных основаниях и с черепичными крышами. Прогуливающиеся здесь люди, которых Равена видела из окна кареты, были одеты куда богаче, чем те, что жили на окраине деревни. Ее взгляд то и дело выхватывал ярко-желтые женские юбки и мужские канареечные штаны с широкими штанинами. Равена поняла — это была знать. Они так же кланялись проезжающей мимо карете, но не сгибали спины — лишь опускали головы.

«Они знают, кто в этой карете, — внезапно поняла Равена, подразумевая, конечно, не себя, а Рила. — Каким-то образом знают».

Наконец карета остановилась. Рил вышел первым и помог Равене спуститься на землю. После чего произнес:

— Добро пожаловать во дворец Белого Лиса.