Выпускник - Роман Пастырь

– Ты практикуешь медитации?

– Реже, чем того следует.

– Мой учитель говорит, что медитаций в принципе много быть не может, – хмыкнул он.

Медитации они такие. Я огляделся ещё раз, подмечая новые детали. Вокруг, куда не посмотри, обширный лес. Деревья высокие и мощные. Сами стволы голые, корой покрыты, да мхом кое-где, а наверху листва густая, из-за чего внизу царит густая тень. Лучи солнца пробиваются, подсвечивая отдельные участки и создавая контраст. Между деревьями видны редкие кусты и живые изгороди с цветами. Дальность видимости низкая, что там метров через двадцать уже и не скажешь. На земле сочная зелёная трава, да одна тропинка, уходящая от беседки куда-то вглубь. Смотрю и складывается ощущение, будто пейзаж рисовал художник-перфекционист, задавшийся целью передать не буйство жизни, а математически выверенную форму. Я моргнул пару раз и наваждение исчезло. Лес ухоженный, безусловно, но это всё же природа, а не математика.

– Что дальше? – спросил я.

– Идём за мной.

Алексей повёл меня одному ему известными тропами. Красиво тут. Запах божественный, птички поют, свежесть потрясающая. Контраст после города приблизительно такой же, как при побеге из умирающего мира в этот.

– Алексей, а есть какая-то возможность у вас недельку пожить? Воздух здесь…

Он понимающе кивнул. Мои слова бестактны, но тут и правда какое-то особое место.

Шли мы минут десять. По мере удаления от беседки плотность потоков энергии постепенно нарастала. Вскоре я догадался, что мы идем к энергетическому центру. Наблюдением делиться не стал. Как и тем, что живя в настолько плотной среде, скорее всего пожирать зверей не обязательно. Это существенное преимущество перед другими семьями. Но что-то мне подсказывает, что не всё так гладко. Несколько раз в институте поднималось обсуждение, что никто давно не видел старшее поколение Стародубовых. Алексей – единственный, с кем можно свободно пересечься. При этом дела велись, предприятия работали, офисы были открыты. Встретиться со слугами рода – всегда пожалуйста. А лично встретиться со старшим поколением…

Не вызывает ли этот лес случаем привыкания? Или причина в другом и после местных красот жить в городе банально противно? Если честно, то не удивлюсь.

Когда дошли до конечной точки, то оказались на поляне. Деревьев здесь не было. Зато в центре стояло нечто. Чисто визуально это выглядело, как дерево, вырезанное из металла. Мельчайшие детали видны, прожилки на листиках разглядеть можно. Кто-то регулярно металл начищает, вон как блестит.

Но не это самое странное. Начинка – вот, что привлекло моё внимание. Там точно есть драгоценные камни. По функционалу – сложно сказать, потому что эта штука не работает. Никакого эффекта не замечаю. Если сложить то, что она находится в месте концентрации энергии мира, то…

– У меня несколько вопросов перед тем, как начнём, – сказала я Алексию, – Первый – это и есть тот самый артефакт, который надо починить?

Не, мало ли. Вдруг он меня дальше поведет, а здесь просто подышать воздухом остановился.

– Он и есть, – кивнул парень, с любопытством поглядывая на меня. – Мы его называем хранителем леса.

Подходящее название для магнита энергетических потоков.

– Сколько веков он здесь простоял?

– Больше тысячи лет, – ответил парень, подумав.

Любопытно… Получается, если свести потоки и подождать тысячу лет, то образуется аномальная зона. Возможно, хватит и пары веков. А возможно потребуется пара тысяч лет, потому что пара входит в рамки «Больше тысячи».

– Как давно вы заметили, что не работает?

– Лет двадцать назад, – на этот раз ответил он без запинки.

Алексей тогда ещё даже в школу не ходил, получается.

Пока я стоял задумчивый, парень повернул голову и куда-то уставился. Я знал, куда. На одного из местных жителей. Я не настолько доверчив, чтобы по чужому лесу бродить без подготовки. Запустил сканирование и узнал, что здесь много кто живёт. Человек двадцать в округе точно есть. Если это все Стародубовы, то у Алексея большая семья.

– Эдгард, с тобой хотят поговорить.

– Не вижу в этом проблемы.

– Я вас оставлю.

Парень ушёл и вскоре ко мне вышел… Почему-то я ожидал, что это будет старец, но нет, пожаловал мужчина средних лет. Не молодой, но и не старый. Это если в глаза не смотреть. Там да, лет сто плескается. А то и больше.

Индекс опасности в районе сотни, но сбоит. Одаренный. Как и Алексей. Родовая особенность? Определенно. Ещё и ходок. Стоит его остерегаться. Здесь чужая территория и кому, как не мне знать, что дома и стены помогают.

– Здравствуйте, юноша, – начал он немного чопорно.

На секунду мне показалось, что мужчина позабыл, как общаться с посторонними людьми.

– Добрый день.

Он замолчал. Я тоже. Постояли с минуту. Потом я спросил.

– С кем говорю?

Пока что это на разговор мало тянет.

– Я отец Алексея. Можете называть меня Кирилл.

– Просто Кирилл? – на всякий случай уточнил я.

– Ах да, молодым юношам принято к старшему поколению обращаться по отчеству? – спохватился он, – Можно опустить эту часть. Вы не против, Эдгард?

– Думаю, я готов на такие жертвы.

Мужчина улыбнулся. Старой, давно не использованной улыбкой. Если бы с неё слетели клубы пыли, я бы не удивился.

Хотелось спросить, собираются меня вообще живым отсюда выпускать. Но промолчал. Этот вопрос с головой выдаст то, что я уже понял больше, чем следовало.

– Вы артефактор? – поинтересовался он.

– Да. – ответил я, стараясь не думать, что ещё много кем являюсь.

Старые, опытные аристократы прекрасно умели считывать мимику. То, что я старался держать лицо для тех, кто на пару десятков лет старше тоже самое, что попытки ребенка скрыть проказу. Что не отменяет важности попыток следить за собой и фильтровать как речь, так и мысли.

– Что скажете о хранители леса?

Я задумался. Сказать то многое можно. Но стоит ли?

– Мне потребуется время на исследование. Через несколько дней смогу точно сказать, возможна починка или нет. Также есть вероятность, что я смогу создать аналог. Или для вас принципиально починить именно это устройство?

Мужчина замолчал, уставившись на лес. Молчал он долго. Минут пять, не меньше. Мне и вовсе начало казаться, что он уснул или завис. Трогать я его не стал. Пока есть возможность, продолжил всеми доступными методами изучать устройство.

– Мне с раннего детства, – прозвучал его голос неожиданно, – Рассказывали о священности этого места. Слышать, что кто-то реликвию нашего рода называет устройством… Несколько непривычно.