Светлый феникс - Настя Любимка

Я едва стояла на полигоне: пыталась сделать вдох и не свалиться на землю. Здесь бушевал ветер: холодный, сухой и колючий. Он свирепствовал, был единственным господином в этом месте. Не помню вообще, когда подобное происходило. Складывалось впечатление, что кто-то его напустил, а с силой не рассчитал. Как и я с удержанием штанов.

Пока я воевала со своенравной одеждой, которая все сползала с тела, уши у меня сильно замерзли. Шутка ли? Ветрище в лицо, как бы не слечь с простудой.

Лейнард в отличие от меня ворон не считал, прибегнул к магии, пусть и не сразу, но закрыл нас своей магией. Грубо говоря, заключил в непроницаемый купол.

- Что происходит? – хрипло спросила я.

Хрипло, потому что наглоталась холодного воздуха и еще не отогрелась достаточно.

- Не знаю, постой, пожалуйста, тут. Я схожу разведаю обстановку.

Сначала я хотела возразить. Потом здраво рассудила, что мужчине будет проще, если он будет знать, что я под его защитой нахожусь в определённом месте, а не рискую своим здоровьем наравне с ним.

- Хорошо, я буду здесь, - заодно пообщаюсь со своими иллами и наконец именую нового.

Вот с чем, а с именованием все же затягивать не стоит.

- Я рада, что ты это понимаешь, хранительница, - высокомерно отозвалась иллами.

- Благодарю, леди, - одновременно с моей иллами произнес Лейнард, что в итоге его слова я разобрала с трудом.

Кокон из тьмы, в котором мы находились, чуть раздвинулся, выпуская мужчину, и тут же стремительно затянулся.

- Итак, - строго произнесла я, мысленно обращаясь к светлой иллами. Удивительно, но я ее ощутила, как маленький подсолнушек в сознании, - мне совершенно не нравятся твои комментарии. Чаще всего они не к месту. Я, конечно, сама виновата, потому что не я выбирала, но это не значит, что я буду мириться с такой нахальной иллами. Это понятно?

- Я дар богов, - пафасно начала она и глуше добавила. – Обмену и возврату не подлежу.

- Но никто не помешает мне отказаться от твоей силы. И сиди себе на Грани, учись уважению и терпению.

- Можно подумать, ты, хранительница, само терпение… - фыркнула нахалка, - ой!

- У нас лучшая хранительница, - тоном, не терпящим возражения, сообщил Феликс, - Риша, не расстраивайся, девочка от радости чушь мелет, все никак не избавится от старых привычек.

- Старых привычек? – эхом повторила я.

- Табу, - тут же отозвалась иллами света. – Табу! Ай!

Мне бы очень хотелось посмотреть, что именно сделал Феликс, что иллами айкает от боли. Подзатыльники ей что ли раздает? Если да, то каким образом?

- А вот лгать не стоит. – Пригрозил Феликс. – Характер при жизни оставляет значимый отпечаток на душе. К тому же, древние иллами, такие как я и она, чаще всего цепляются за самую яркую черту из прошлого: у меня это живость, легкость, определенная веселость, а вот у нее – занудство и величие.

Я практически запуталась, но поразмыслив, поняла, что Феликс насмехается над нашим светлым приобретением. Хотя доля истины в его словах совершенно точно была.

- Сам ты зануда! А я - Светана! Точнее хочу быть Светаной! – тут же поправилась она. – Очень красивое имя и мне подходит, правда, хранительница?

- Совершенно не подходит, - хором сказали мы с фениксом.

Кстати, о фениксах, а какая форма у новенькой?

- Феникс, конечно же, - опять высокомерно ответила иллами.

- Колючка, - фыркнул Феликс, - будь проще, иначе Риша действительно сделает так, как сказала.

- Колючка, - повторила за ним. – А это идея…

- Простите, я больше не буду, - пискнула иллами света, но я уже приняла решение.

- Ёлка! Именую тебя Ёлкой, - а что, если земной певице подошло, то и моя новая иллами чем плоха? К тому же Ёлка ей совершенно точно подходит.

- Принимаю, - еле слышно прошептала Ёлка.

Откровенно говоря, мне было не совсем все равно, что я выбрала не то имя, на которое надеялась иллами, однако, я слишком хорошо поняла, что позволь новенькой многое – она сядет на шею. И ишаком буду я, чего допускать в союзе хранитель-иллами, никак нельзя. А вот подружиться стоит, правда, сразу вряд ли получится.

- Ёлочка, - ласково протянул Феликс. – Мне нравится, красиво звучит.

- Меня назвали в честь дерева, - глухо отозвалась Ёлка.

Я сделала вид, что этого не слышала. Вот уши заложило или что там используется при мысленной речи?

- Феликс, нас не было три года, - нахмурившись произнесла я. – Можешь себе представить? Я вот до конца поверить не могу.

- Не триста же, - фыркнула Ёлка, опережая Феликса, - Ой!

- Держи язык на замке, если обращаются не к тебе, - наставительно сообщил Феликс. – Риша, нам действительно повезло, что прошло не триста лет, а всего три года. Я понимаю, что ты расстроена, но мы живы, а значит не все потеряно.

- Не представляю, как они себя чувствовали, я бы с ума сошла, - сказал я, думая о родных и друзьях. – Один Лейнард такой невозмутимый и серьезный.

- Он-то? – снова влезла Ёлка. – Невозмутимый? Вот насмешила!

- Ёлка! – рявкнул Феликс, я же закатила глаза.