Избранница последнего из темных - Вероника Касс

Жалко будет, если загнется, но… Нет, не жалко.

С цветами здесь все было прекрасно: были и наши, земные — правда, с другими названиями, — и совершенно незнакомые и непривычные взгляду, пестрящие сумасшедшими дикими расцветками и формами.

Покрутила пустой бокал в руке и решила избавиться от него с помощью магии. Выпустила силу, светлый поток окутал хрупкое стекло в кокон, и бокал вместо того, чтобы испариться, взорвался. Именно светлый кокон уберег меня и мое лицо от последствий вышедшей из-под контроля магии. Я раздраженно выкинула остатки бокала в тот же цветок и, не оборачиваясь, пошла к французским окнам. Там, среди них, была и дверь.

Пока не началось главное действие сегодняшнего дня, я решила выйти на террасу. В сумерках природа этого мира была очень похожа на нашу: такие же зеленые деревья и цветочные сады, темно-синее вечернее небо и солнце, садящееся за горизонт. Только воздух небывало чистый, у нас даже в лесах такого нет. Возможно, такой был на каких-нибудь тропических необитаемых островах, где я ни разу в жизни не была…

Я провела кончиками пальцев по гладкой стали перил и почувствовала, что больше не одна на террасе. Волоски по всему телу встали дыбом, словно наэлектризовались, от мощной энергетики мужчины, приблизившегося ко мне. Он встал позади, я затылком ощутила его теплое дыхание, и мне не нужно было гадать, кто же это. Я прекрасно знала, чувствовала его интуитивно, на каком-то нереальном, просто недопустимом обычному человеку уровне.

— Ваше Величество, — тихо произнесла.

— Тена Катарина, — так же тихо ответил мужчина, а у меня сердце сбилось с привычного ритма, застучало втрое быстрее. Низким, чуть хриплым и властным голосом Кириана можно было брать в плен. Особенно таких мечтательных и наивных глупышек, как я. — Вы хотите все пропустить?

Король не приближался, не касался меня и пальцем, но я не могла рядом с ним ровно дышать. Каждый разговор — пытка. Я хотела сбежать, лишь бы не мучиться, подбирая каждое слово… заставляя себя это слово произнести, ведь в его присутствии я терялась, совершенно и бесповоротно, и в то же время хотела не уходить, быть рядом с темным столько, сколько он разрешит.

— Я думала переждать здесь, пока не начнется то, ради чего мы все собрались, — крепко сжав перила, ответила, пытаясь сделать свой голос спокойным. Но куда там, дыхание сбивалось, словно я пробежала парочку километров, да и ноги подкашивались.

— Тогда нам пора идти, я ждал только вас для оглашения, — в его голосе проскользнула усмешка.

— Так вы были в зале? — Я резко обернулась, скрестив руки за спиной, упираясь уже двумя ладонями в перила.

Кириан оказался слишком близко. Внушительная фигура короля возвышалась надо мной. Между нами не осталось никакого расстояния, пара сантиметров — и моя часто вздымающаяся грудь соприкоснется с его мощной грудной клеткой, спрятанной за очередным черным нарядом.

Всегда в черном.

Даже его парадные одежды не отличались ничем, кроме магических украшений. Сегодня это были драгоценные запонки. Я чувствовала, как от них разило темной магией.

Зеленые камушки, столь напоминающие изумруды и так похожие на мою подвеску, а еще в цвет его глаз и моих… Новых. Там, на Земле, мои глаза были серыми, здесь же все изменилось.

— Я видел, каким варварским способом вы избавились от выпивки в бокале, — тихо произнес он, а я начала шевелить губами, пытаясь что-то ответить, но не смогла. Смотрела на его жёсткие, надменные черты лица, до неприличия проступившую щетину, густые светлые волосы, разбросанные в легком беспорядке, и понимала, что опять потерялась. Рядом с ним потерялась. Это не я избавилась от напитка варварским способом, это он покорил меня своей варварской красотой, столь необычной и непривычной. — С бокалом вы поступили еще хуже, — усмехнулся король и подхватил прядь моих волос. Прямую прядь. Покрутил ее между пальцами, а после запустил в нее темную дымку. Тяжелая прядь, теперь закрученная в локон, тут же упала мне на грудь. — С остальной прической помочь? — задумчиво поинтересовался он.

— Я была бы вам признательна, В-ваше Величество, — запнувшись, ответила я и склонила голову, разрывая наш зрительный контакт. Короткая передышка, чтобы собраться.

Я научилась помогать себе магией, надевая все их сложные платья и костюмы, но накручивать волосы при помощи магии я так и не смогла, да и куда мне, когда в нашем мире я тоже так и не научилась управляться с плойкой — и это за двадцать лет жизни.

По мне прошло приятное тепло, а мужчина шагнул назад, закашлявшись.

— Возвращайтесь в зал, Катарина, — низко и хрипло произнес он. Я подняла голову, но мужчина уже повернулся ко мне спиной, а затем стремительно покинул террасу. И я лишь тогда поняла, что он впервые не назвал меня тена. Обратился только по имени. Не моему имени.

Щеки горели. Я приложила ладони к лицу и поняла, что пылаю вся. Что-то со мной происходило, в животе заклубилось странное тепло, я отняла руки от лица и увидела, как с кончиков пальцев срывается темная дымка.

Что за черт? Сжала руки в кулаки и потом уперла их в пышные юбки, создавая иллюзию того, что спрятала. Как же мне не хватало сейчас самых обыкновенных карманов.

Ничего. Ничего. Прорвемся.

Я задрала повыше подбородок, создавая свой привычный образ надменной светлой, и зашагала в зал.

Музыка стихла, а в центре зала стоял король, ослепляя своей красотой и нечеловеческой притягательностью. Рядом с ним уже красовалась тена Виола, единственная темная среди нас, которой и прочили победу, на которую возлагали великие надежды и которую я ненавидела всей своей душой. Потому что ревновала как сумасшедшая.

Король огласил имя второй финалистки, оборвав все мои размышления. Амалия в ярко-вишневом платье радостно двинулась к Кириану, а я только подошла к остальным девушкам и встала в один ряд с оставшимися претендентками. Затем Кириан назвал еще два имени подряд и бросил короткий взгляд в мою сторону, пока Роза и Ванда приближались к нему.

Я прижала руки сильнее к платью и приготовилась сделать шаг вперед, когда услышала:

— Тена Тиана, — произнес король, переведя взгляд на пышущую жизнью и формами рыженькую дочь своего первого советника.

На меня Кириан больше не посмотрел, а я прикусила губу в отчаянной попытке сдержать странное тепло, исходящее от пальцев.

Прикрыла глаза, думая о самом важном и ценном в моей жизни.

Все будет хорошо. Без короля. Без Кириана.

Он нам не нужен… Я и дочь справимся и без него. Тепло ушло, но взамен него пришла слабость, и мои ноги, кажется, все же подкосились. ***

Первым, что я услышала, был мужской голос. Знакомый голос. Пересилила себя и не стала торопиться открывать глаза.

— С теной Катариной все в порядке, видимо она сильно переволновалась.

— Кроме переутомления вы больше ничего не замечаете? — Это был Кириан. Очень недовольный.