Чужестранка - Евгения Савас

В раздражении, я хотела высказаться в том плане, что от вида его трусов точно не умру, но вдруг подумала - а есть ли они в обще? С женским бельем в этом мире затыков немало, а с мужским как же? Выяснять этот вопрос я, конечно, же не стала. Спокойствие Фейрина не распространялось на такие вещи. Личное пространство для него было чем-то вроде табу.

- Оставь штаны, - разрешила я и попросила: - Только в сапогах в кровать не ложись, пожалуйста.

Чтобы его скромность не травмировать лишний раз, я взяла из шкафа одежду для себя и удалилась в ванную. Пятна и вода с пола и раковины, а так же все, что мы успели заляпать кровью Фейрина, уже очистилось. Запах духов просто убойный стоял! Из чего тут их делают, даже интересно стало. Но, взглянув на себя в зеркало, признаться честно, я забыла об ароматах - вздрогнула. Платье было в порядке, хоть на новый бал поезжай. Прическа растрепалась немного, диадема на бок съехала. А вот перемазанные кровью руки и лицо... Ну и видок!

Распустить прическу получилось не сразу. Запах раздражал дико. Голова уже болела от него. Но как от него избавиться? Дергая за пряди, добывая очередную шпильку, я подумала о бале. Странный вечер. Могла ли я подумать утром, что буду делать, сразу после приезда с него, операцию в собственной ванной комнате? Казалось, будто утро и вечер не сегодня, а несколько дней назад были.

У меня появилась мысль, на фоне этих воспоминаний. Я включила душ, чтобы немного воды добыть. Подняла ее и рассеяла. Туман заволок помещение легко и так же легко опал. Расчет верным оказался. Вместе с водой исчезла часть веществ, что входили в состав духов. Не полностью, но большую часть запаха я с туманом из воздуха вытянула. Немного легче стало. Я даже прибралась, подобрав с пола все, что там валялось и не разбилось.

Наконец избавившись от прически и платья, я долго стояла под струями воды. Словно стремилась смыть с себя не только кровь Фейрина, но и все что пережила за этот вечер.

Штаны шальвары и свободная туника по колено, то немногое, что я прихватила с собой от торов, теперь мне домашним нарядом служило. Заплетая по пути косу, я вернулась в комнату. Фейрин лежал на моей кровати, вытянувшись в струнку, руки поверх одеяла. Я тихонько подошла к нему и потрогала его лоб, кончиками пальцев. Он тут же распахнул глаза.

- Извини, потревожила? Хотела проверить, нет ли жара.

- Нет.

- Ты можешь его не чувствовать.

Но жара и, правда, я не чувствовала. Он немного бледным выглядел, особенно губы утратили обычную яркость.

- Укройся лучше. Ты много крови потерял, организм ослаблен, легко заболеть.

- Хорошо.

И тут же болезненно сморщился, только и успев руку немного приподнять. Я тут же остановила его:

- Давай я сама. Не двигайся.

Осторожно вытащила одеяло, хотела посмотреть, заодно, не кровит ли еще рана. Бинты из подручных средств сияли чистотой, и я с досадой подумала, что это, конечно, хорошо, что кровь на ткани не остается - присыхать не будет, заразы меньше, но и оценить состояние ранения без разматывания всех повязок не получится. Фейрин вжался в кровать, будто боялся, что я на него сейчас наброшусь, как вампир, наверное. Укрыла его одеялом по самый подбородок.

- А где ты будешь спать?

- На полу.

- Нет!

Фейрин попытался встать тут же. Я хотела его остановить, но не решилась надавить на плечи, чтобы не причинить ненужной боли. Поэтому я взяла его лицо в ладони, низко наклонившись.

- Лежи. Спокойно. Я не ранена. А ты - да! Ничего со мной не случиться от того, что я посплю на полу!

Он уставился на меня, едва ли не с испугом. А потом кивнул.

Я так устала, что выговаривать ему еще что-то просто не стала. Устроила себе постель на ковре и честно признаться, отключилась, едва положив голову на подушку.

39 глава

Проснулась, как от толчка. Голова не только не прошла, но сразу сдавила виски болью острой и дурнотой подкатила. Чувствовала я себя разбитой. Но уже светло было, надо было проверить, как там Фейрин. Он спал, опять раскрывшись, но выглядел неплохо. Бледновато, но это и не удивительно. Хотела его укрыть, а он тут же проснулся.

- Извини, разбудила? Как себя чувствуешь?

- Нормально. Пить хочется.

В графине оказалось сухо, пришлось идти в ванную. Как все-таки хорошо, что просто из крана можно набрать чистой, питьевой воды. Едва набрала графин, почувствовала такой приступ дурноты, что едва его не уронила. Еле отдышалась, вцепившись в раковину из последних сил. Посмотрела на себя в зеркало и испугалась даже. Лицо белое до синевы, глаза огромные из-за расширенных зрачков казались, да и круги темные под ними, усугубляли картину, а губы наоборот яркие, лиловые. Поплескала в лицо водой, немного полегчало. Пот липкий смыла со лба заодно.

Отнесла Фейрину воды, он жадно напился. При такой кровопотере, не удивительно, что его "сушило".

- Давай проверим, что там с раной.

Он согласно кивнул и без видимых усилий сел. Размотав повязку, я с облегчением увидела, что рана выглядит хорошо, будто даже меньше стала, не кровила совсем и края ее не расходились. Нанесла еще мази и замотала бинты обратно.

- Пойду, добуду нам что-нибудь поесть.

Мне не хотелось, но Фейрину еда была нужна, чтобы восстановиться поскорее. Вот только едва я отошла о кровати на пару шагов, в глазах у меня потемнело. Комнату, как коробку, будто встряхнули, и я не устояла, ударившись больно об пол, который стеной вдруг стал. От этого странным образом сдавило в груди и, чувствуя, как воздух словно раскалился, и вдыхать его стало болезненно тяжело, я потеряла сознание.

Очнулась, когда в комнате уже темнеть начало. Лежала я в своей кровати. В голове обрывками всплывали не связанные друг с другом клочки. Я перебирала их удивляясь и словно не веря в их реальность. Как будто с кем-то другим, а не со мной все происходило. Бал, окровавленный нож в моей руке, Ассандр смотрящий на меня снизу вверх, кружа в танце, Фейрин глядящий на меня с безграничной уверенностью, что я помогу и спасу его...

- Фейрин! - я вдруг очнулась или полузабытья, в котором плавала и села.

- Я здесь, - тут же отозвался он.

Недалеко от моей кровати, обнаружилась еще одна, узкая, с тонкими ножками, будто временная. На ней Фейрин и лежал. Точнее, уже подошел ко мне, встав с нее.

- Как чувствуешь себя?

- А ты? И почему про меня спрашиваешь? Что случилось?

В голове еще бардак был. То, что уже вечер, а только недавно было утро, я не сразу сообразила.