Трофей генерала драконов - Мария Лунёва

— Лера, кто вы там, — Стейн поднял голову, — вы утратили расположение к себе. Покиньте столовую и никогда более не появляйтесь.

— Хм, — Талья поставила дощечку с овощами на место, — а здесь становится приятнее.

Вот после этих слов близняшки, громко фыркнув в нашу сторону, гордо поднялись и вышли из комнаты.

— Дается мне, нам отомстят, — выдохнула я, смекнув, что такое унижение нам не спустят.

— Они в замке ненадолго. Скоро их присутствие здесь будет уже не нужно, — Калле сложил могучие руки на груди, — а пока, Алисия, ешь лучше и на фрукты налегай. Они полезные.

Подняв деревянную миску с яблоками, он поставил её рядом со мной.

Прикусив нижнюю губу, я все же взглянула на дверь.

Своих сестер я знала.

Жди от них мести!

***

Вытирая спелое красное яблоко об подол платья, я не удержалась и выскользнула на крыльцо. Любопытство гнало вперед. Хотелось своими глазами понаблюдать за приготовлениями к празднику.

Когда-то давно еще ребенком я слушала эту дивную веселую музыку, что доносилась с другого берега реки. Представляла, как это здорово вот так беззаботно резвиться. Танцевать до упаду, есть в удовольствие.

Порой я просто выпытывала у Фроди каково это, просила показать, как они танцуют, напеть что-нибудь. Но разве у него что допросишься?!

Хотя, лукавлю я.

Ведь именно он впервые закружил меня на нашей поляне. Мой первый и единственный партнер.

Никогда после я не танцевала. Никогда.

Я почти с ненавистью взглянула на свою трость.

Никогда прежде и сейчас не получится.

Стало до слез обидно. Вроде и вот она мечта исполняется, а все, что мне будет дозволено — это постоять в стороне и понаблюдать за чужим счастьем.

Несправедливо. Хотя когда жизнь ко мне справедливой-то была? Нужно радоваться тому, что есть.

Поежившись, я пожалела, что без плаща. Осенний ветер казался влажным и чуточку колючим.

По крыльцу кубарем пронеслась почерневшая листва. Деревья как-то быстро скидывали свои одеяния, видимо, сказывались холодные ночи. Мимо прошли воины с толстыми гладко обтесанными досками для лавок и столов. В воздухе появился четко различимый запах свежей древесины. Так обычно пахло в лесопилке.

— Лера! — окликнул меня один из драконов. Я легко признала в нем того, с кем играл в шахматы генерал Орм. — Вы что же так одеты? Уж слишком налегке. Замерзните, заболеете. Погода сейчас такая коварная. Вроде и солнышко, а с океана вон каким холодом веет.

— Баур, рада вас видеть. Любопытство на улицу погнало, — честно призналась я. — Такое оживление вокруг. Как здесь устоишь? Я ещё девочкой наблюдала за вашими праздниками из окна, а тут такой шанс выпал.

— Вам нравятся танцы нашего племени? — неподдельно удивился мужчина. В его темных глазах показались смешинки.

— Должна признаться, — смущенно пробормотала я, — вблизи их не видела. Но сверху из окон башни замка всё это вызывало восторг!

— О, вам непременно понравится, — он и вовсе расплылся в доброй улыбке.

На гладко выбритых щеках дракона появились милые ямочки, которые я раньше не замечала. За его спиной послышался густой женский смех. Из-за поворота вышла группа драконесс. Почему-то их присутствие меня смутило еще больше. Я даже как-то немного растерялось. Они показались мне не просто красивыми, а роскошными. Густые волосы, что гривы, глаза яркие. Ладные, фигуристые.

Это кого там близняшки челядью называли?

Теперь понятно, почему у драконов один брак на всю жизнь. Как таких-то не любить?

— Баур, а чем это ты занят? — то ли в шутку, то ли всерьез поинтересовалась одна из девушек.

Прикусив губу, спрятала трость за спиной. Не хотела, чтобы они видели, что я калека.

— Я приглашаю леру вечером на танцы, — все так же смеясь, сдал нас дракон.

— И как? Придет? — не унималась девица.

В голосе ее слышалось какое-то легкое пренебрежение. Она говорила так, будто меня здесь нет.

Это возмутило. Став ровнее, я приняла серьезный вид.

— А как же! Лере оказывается по нраву наши традиции, — сказав это, Баур подмигнул мне.

Я легонько кивнула, готовая убраться отсюда подальше. Он словно понял это. Потому как улыбка сошла с его лица.

— Первый раз вижу магичку, которой по нраву бы пришлись наши традиции, — проворчала пожилая женщина. Растолкав молоденьких драконесс, она важно прошла мимо меня, держа в руках таз, наполненный мясом и требухой.

— Матиль, не ворчи, — осадил её Баур. — Не знаешь человека, так чего поддеваешь.

— Да кто ворчит?! — она остановилась и обернулась на нас. — Что ты наговариваешь? Но если лера в таком восторге, так может, поможет?

Женщина смерила меня с ног до головы высокомерным взглядом. В ее светлых седых волосах все еще проглядывались темные прядки. Сглотнув, я быстро сообразила, что это вызов. Проверка, а может желание принизить. Что же.

Что мне еще оставалось? Не в замок же бежать, поджавши хвост.

— Конечно, помогу, — медленно кивнув, согласилась я. — Только что делать?

— А свиные кишки мясом набивать на колбасу, — она окунула ладонь в свой таз и продемонстрировала требуху.

Наверное, подумала, что это хоть сколько-нибудь меня испугает или оттолкнет. Только вот не на ту напала.

— О, это будет совсем несложно и даже интересно, — я вытащила трость из-за спины и захромала к ней. — Только покажите, как это делается. Я быстро учусь, одной демонстрации хватит.

Она растерялась. Разжала ладонь и мясо с нехорошим чавкающим звуком снова упало в таз. Пожилая драконесса буквально прожигала меня взглядом, будто пытаясь заглянуть в голову.

Недоверие. Удивление. Легкий стыд.

Я легко прочитала это на ее лице. Она не ожидала, что я окажусь хромоногой. Ненавистная мне жалость. Сжав губы, женщина закивала своим мыслям.

Остановившись, я обернулась на Баура. Он довольно ухмылялся. А вот девушки за его спиной притихли. Они таращились на меня, словно я диковина какая.

— Что не так? — не выдержала я. — Больше в помощницы не гожусь?

Взгляд пожилой женщины стал задумчивее и чуточку добрее.

— А ведь ты и есть Алисия, — негромко пробормотала она. — Не такой я тебя себе представляла. Наследница рода Матей. Красивая, да. Но совсем не такая, как думалось.

— Откуда же вам знать обо мне? — я напряглась, не понимая, что и думать.

— Смотри-ка, а с уважением говоришь. На "вы" называешь, — она снова покачала головой. — И лицо у тебя доброе. Светлое. Злобой не искаженное. С простым сыном дровосека стоишь, смеешься. И на равных с ним. Как друзья. Баур, а дай-ка лере свой плащ, а то замерзнет. Заболеет ведь. Как же мы потом генералам нашим объясним, что не уберегли красавицу-то.