Воины света - Полина Ишина

На горизонте уже начал зарождаться рассвет, когда первый демон открыл глаза. Еще пара минут, и его самка тоже начала просыпаться.

– Пора! – торжественно объявил Учитель, и Давид тотчас подал ему запаленный факел.

Юдифь с отвращением наблюдала, как красноглазый демон пытается освободиться от посеребренных цепей. Он рычал, выкрикивал какие-то ругательства и рвался всем телом, в то время как огонь постепенно начинал разгораться. Прошло не менее трех минут, прежде чем языки пламени достигли ног тварей. Альбинос закричал первым, его вопль был похож на вой волка, угодившего в медвежий капкан: жуткий, протяжный, переходящий в хрип. А затем к нему добавился пронзительный визг демоницы.

Не отрывая взгляд, Юдифь взирала на адские муки Тварей, чьи истошные вопли постепенно начинали стихать. Огонь разгорелся уже в полную силу, почти поглотив почерневшие останки своих жертв. Это было жуткое, но величественное зрелище. Оранжевые языки пламени рвались все выше, и выше в небо, словно оповещая звезды о свершившемся правосудии.

Спустя всего полчаса они вернулись в штаб. Всю дорогу Юдифь ощущала победное возбуждение, но оно растаяло словно дым, едва она подняла тяжелую крышку люка.

Спустившись в подвал, женщина медленно прошла по узкому коридору, с каждым шагом все сильнее ощущая на душе гнетущую тяжесть. В ее руках, как уже повелось, был рюкзак с продуктами, привезенными для маленького заложника, но на этот раз она не спешила их передать. Хотя Юдифь понимала, что Учитель прав и следует задушить в себе зародившуюся привязанность, она все же продолжала носить ребенку еду, оправдываясь необходимостью поддерживать в нем жизнь.

Перед дверью камеры как обычно дежурили Исаак и Ной, но они не заметили ее приближения, так как были сильно увлечены электронной игрой, той самой которую она подарила Луи.

– Чем это вы заняты?! – вместо приветствия угрожающе прошептала Юдифь. – Кому из вас, идиотов, пришло в голову отобрать у ребенка игрушку?

Парни тотчас вытянулись по стойке смирно и Ной, протянув ей игру, поспешил оправдаться:

– Прости, Сестра, мы ничего не отбирали! Я взял ее погонять, пока мальчишка спит.

– Да, не злись, подумаешь! Бесенок и так живет тут как на курорте, а мы собирались утром ее вернуть. – поддержал товарища Исаак и, понизив голос, добавил: – К тому же скоро игрушки ему уже не понадобятся.

Внезапно поднявшийся в душе гнев затмила разум, женщине пришлось сделать над собой усилие, чтобы сдержаться.

– Твоего мнения никто не спрашивал. – сквозь зубы процедила она и, одарив парня уничтожающим взглядом, бесшумно отперла дверь.

Юдифь надеялась застать ребенка спящим, оставить продукты и уйти. Но мальчик не спал.

Поспешно отложив в сторону альбом и фломастеры, он вскочил с раскладушки и шагнул к ней навстречу.

– Здравствуй! – в его голосе явственно звучала радость.

– Здравствуй. – бесцветным тоном ответила женщина.

– Как хорошо, что ты пришла! – Луи доверчиво заглянул ей в глаза и улыбнулся. А затем его маленькая тонкая ручка коснулась ее ладони. – Иди сюда, я покажу тебе что нарисовал.

Ощутив в своих пальцах прохладную, почти невесомую детскую кисть, Юдифь невольно подчинилась.

– Смотри, это моя семья. – указав тонким пальчиком на раскрашенный фломастерами рисунок, объявил мальчик и тут же стал объяснять: – Вот это папа: он добрый, сильный, любит носить меня на руках, но у него много дел и часто нет времени со мной играть. А это Стела – она очень красивая, тоже добрая, постоянно дарит мне игрушки и сладости, но почему-то не разрешает называть ее мамой. А это моя любимая сестренка Амели – она всегда читает мне на ночь и умеет посылать самые интересные сны!

Юдифь моргнула и, отвернувшись от рисунка, шагнула к столу, ее сердце вновь кольнула жалость. Она поспешно выкладывала из рюкзака принесенные продукты, стараясь не смотреть на ребенка, а Луи все продолжал говорить:

– Совсем скоро мой день рожденья, весь клан соберется меня поздравить. Папа подарит мне настоящий детский электромобиль, Амели говорящего попугая, а Стела новую игровую приставку и вертолет с радиоуправлением. Я знаю, потому что они всегда угадывают, чего я хочу. А потом будет праздничный стол с кучей сладостей и огромным тортом, здорово, правда?

Женщина ничего не ответила, ей хотелось закончить и поскорее уйти.

Луи вдруг замолчал и опустил взгляд.

– Знаешь, я очень по ним соскучился. – неожиданно серьезно признался он и добавил: – Мне здесь плохо, я хочу домой. Пожалуйста, отвези меня к папе.

– Я не могу. – с трудом выдавила Юдифь, ощущая как нестерпимо защипало в глазах. – Прости.

– Но почему? Ты боишься этого вашего Учителя? – с ноткой жалости спросил мальчик. – Не бойся, когда я вернусь, папа так обрадуется, что обязательно позволит тебе остаться с нами. И мы всегда будем вместе. Чего ты молчишь?

– Мне некогда. – сухо отрезала женщина и сама не узнала свой голос. – Ложись спать.

Луи нахмурился, сдвинув светлые брови.

– Я так тебя ждал, почему ты больше не хочешь со мной говорить? – этот вопрос был задан с такой обидой, словно предназначался другу. – Ты ведь теперь мой страж!

– Нам больше нельзя говорить. – скрепя сердце, ответила Юдифь, повернувшись к двери.

– Постой! – мальчик догнал ее и внезапно крепко схватил за руку, в его глазах уже блестели слезы. – Побудь со мной еще. Пожалуйста!

Женщина вздрогнула и рывком высвободила ладонь.

– Мне пора. Спи. – резко приказала она плачущему ребенку и, оттолкнув его от себя, вышла из камеры.

Захлопнув за собой дверь, Юдифь прижалась к ней спиной и прикрыла глаза, стремясь унять нестерпимую душевную боль.

В этот миг лишь вера удерживала ее от греховного отчаянья, она знала, Господь непременно пошлет ей силы для дальнейшей борьбы, ведь они уже стоят на пороге победы. Скоро все города и села будут очищены от порождений Дьявола, и сегодня ее ждала еще одна битва.

Юдифь проснулась, когда зеленая Нива свернула с основной трассы на асфальтовую дорогу, ведущую к Николиной горе.

Утро выдалось по-августовски теплым и ясным, судя по всему, это был один из последних погожих дней. Женщина потянулась, расправляя затекшие мышцы, и стала смотреть в окно. После прошедшей ночи она чувствовала себя сильно измотанной, но долг оставался для нее важнее личных эмоций.

Юдифь была готова вновь вступить в бой с демоном, тем более что Учитель намекнул об особой важности этого задания.

Давид остановил Ниву в сотне метрах от старого элитного поселка, расположенного на живописном берегу. Юдифь вышла из машины и осмотрелась. В столь ранний час здесь было тихо и совсем безлюдно. Чуть ниже гравийной дороги за густыми зарослями ивняка плескалась река, а выше обнесенный решетчатой оградой стоял дом демона, по словам Учителя крайне коварного.