Дороги богов - Евгения Огнёва

***

Жанна, переодетая в легкое кремовое платье, казалась ангелом, сошедшим с небес! Стройная и грациозная, пленительно-нежная, она медленно спускалась по лестнице.

Лилит давно скрылась. Погрузившись в раздумья, Фауст не сразу заметил королеву.

Он обомлел. Глупая улыбка расползлась по лицу, он не смел отвести глаз и стоял, затаив дыхание.

– Моя королева. – Срывающимся от волнения голосом произнес он, склонил голову.

Она кивнула. Холодная, красивая, точно узор на зимнем окне. Ее миниатюрная фигура застыла в нескольких шагах.

– Я хочу прояснить сложившуюся ситуацию, Советник. – Сухо начала она.

– Да, моя королева. – С упавшим сердцем откликнулся он.

Эмоции комом стояли в горле, но Жанна не дрогнет. Надо сделать все так, как она решила. Лилит долго, очень долго выводила ее из оцепенения. Теперь она взвесила все "за" и "против".

– Я не могу простить тебе предательства короны. Ты давал клятву. – Жестко продолжила Жанна, и слова резали как ножи. – Я не скажу Кейну, но…

Все было испорчено! Она сорвалась! Эта тоска в глазах, поверженный, побитый вид… Побитый? Только сейчас она заметила кровь на полу и одежде верийца.

– Ты ранен? – Испуганно пробормотала Жанна. – Что случилось?

Величие и отчужденность растаяли.

Она подбежала, оторвала рукав от платья, прижала ткань к ране, словно это могло помочь. Она все еще мыслила, как человек! Фауст ждал этого жеста. Сомнения рассеялись, как только она бросилась к нему.

– Тебе нужны силы! – Она хотела коснуться его, но, спохватилась, отступая. – Я позову кого-нибудь!

– Не надо. – Он улыбнулся. Он не был так уж ей безразличен. Дрожащей рукой он накрыл прижатую к его груди ладонь. На руке было кольцо. Он снял его. – Возьми его, молю! Пусть не будет никаких обещаний, я лишь хочу, чтобы ты помнила обо мне…

Сейчас, наедине, королева проявила то, что так тщательно пыталась скрыть за железной маской власти: любовь. Разве можно было дальше терзаться сомнениями, когда ее испуганное хорошенькое личико с волнением приблизилось к раненому князю? Разве можно истолковать по-другому это немедленное желание разделить с ним свою душу, чтобы призрачная смерть отступила, оставила Фауста его королеве? Он несмело сжал ее ладонь, окровавленное кольцо очутилось, наконец на ее пальце.

Ты запуталась, красавица! В себе и в той игре, которую закрутила судьба вокруг тебя и восьми миров…

– Вы испортили платье, моя королева. Я не стою даже клочка вашей одежды! – Он упал перед ней на колени, обхватил ее ноги. – Моя королева! Я чуть не потерял вас сегодня! Я жаждал лишь сохранит вашу жизнь. Я люблю тебя с первой минуты! С того мгновения, как увидел год назад, когда мы только вторглись в твой мир! Нет, не перебивай!

Он смотрел на нее снизу, сжимая руками эти прекрасные стройные ноги. Она попыталась поднять его, но он не дал.

– Нет! Смотри! Я у твоих ног! Ни один меч не сможет причинить мне больше боли, чем твое презрение.

Его слова, горячие и страстные, пугали. Жанна не решалась перебить его. А в душе все смешалось: сострадание, собственные муки, тщеславие и жажда власти! Затуманить разум, заставить подчиниться, чтобы он отступил.

Она не могла объяснить себе, почему стоит и слушает эти болезненные признания. Ей следовало бы оборвать этот настойчивый и бархатный голос, испепелить предателя!.. Стоит лишь отдать безмолвный приказ ее охране, что ожидает возле храма, – и князь будет изгнан. Бешеным барабаном стучало сердце, руки похолодели, а ноги точно приросли к полу.

Почему же слова застыли на языке, не смея сорваться? Она хотела принадлежать ему, быть его счастьем, чувствовать прикосновение этих губ, подчиняться его желаниям и владеть его сердцем. Разбуженные страсти искали выход.

И, в то же время, свобода, дарованная ей Кейном, была восхитительна! Делать то, что пожелаешь, не бояться никого и ни от кого не зависеть. Почти. Хотела ли она для себя тихого счастья? Нет. Быть послушной и преданной супругой, матерью… Не сейчас. Жизнь подарила ей много возможностей, она слишком дорого заплатила за свою власть.

А Лилит, сдерживая смешок, наблюдая за этой бурной сценой, знала все! Как легко ввести в заблуждение юное сердце. Такой расчётливый и проницательный, князь ухватился за маленькую надежду, на счастье. Такая гордая и правильная, королева по своей природе – просто девчонка. Девчонка, которая еще не наигралась в отношения! И теперь эта полураспустившаяся красавица жадно грелась в лучах истинной любви.

– Жанна… Позволишь ли ты хотя бы дышать одним воздухом с тобой?

Он в отчаянии прижался лбом к ее туфелькам. Жанна хотела отступить и, вскрикнув от неожиданности, поскользнулась. Он подхватил ее на руки.

– Остановись! – Испуганно пролепетали ее губы.

– Я дал тебе слово, а ты поклялась в ответ.

Эти зовущие алые губы. Он впился в них требовательно, настойчиво.

Лилит, созерцая все со стороны, зажмурилась от удовольствия. Все шло как в хорошо отрепетированной пьесе. Лилит наперед знала все, что произойдет дальше, а потому, поспешила скрыться.

Волшебница мысленно потянулась к королю и с облегчением поняла, что его нет в пределах города. Да, армия двинулась вперед, город опустел. И никто не сможет помешать падению величественной королевы ублюдков.

– Только скажи, что я тебе безразличен. Скажи – и я исчезну из твоей жизни, приму любую смерть. Скажи, что ненавидишь меня и никогда не простишь…

Фауст посадил ее на расколотый алтарь богини Лорин. Нежно и властно он касался ее пленительного тела. А Жанна все не могла вымолвить ни слова. Эти прикосновения будили страсть, такую жгучую, заставляли сердце стучать быстрее, терять власть над своими мыслями.

– Скажи! – Требовал он, снова и снова касаясь губами губ, тонкой шеи, нежных плеч. – Скажи, чтобы я ушел, и я исчезну.

Муки нетерпения подталкивали князя, он решительно прижал ее к себе. Сейчас или никогда! Если она откажется от его любви – для него больше не будут сиять звезды, не будет смысла существовать. И он сам доберется до Кейна!

Но если она будет принадлежать ему, о! Тогда он перевернет этот жалкий мир, перетрясет каждую смертную душонку и подарит ей все, чего она пожелает.

Бегство было бы самым разумным выходом. Она прислушивалась к себе, надеясь найти ответ в своем сердце, но молодость неопытного тела взяла верх. Горячая волна дрожи прокатилась по ее рукам и бедрам. И где-то глубоко шевельнулись заснувшие было чувства.

Жанна робко взяла его лицо в свои ладони. От жадного взгляда разлилась вторая волна, жажда передалась ей. И она поцеловала его в ответ.

Шелковое платье затрещало под натиском сильных рук, на пол полетела окровавленная военная форма.

– Жанна… – Горячо и благодарно прошептал его голос.