Ружья Авалона - Роджер Желязны

Я немного подержал его, а потом уложил на землю. Глаза братаоставались открытыми, я медленно закрыл их. Почти машинально сложил его руки набезжизненном теперь камне. Не мог я в этот момент снимать с тела эту регалию. Апотом встал, скинул плащ и укрыл мертвого.

Обернувшись, я увидел, что все глядят на меня. В основномлица были знакомыми, но иногда попадались и незнакомцы. Как много их — тех, ктовидел меня в цепях на том пиршестве.

Нет. Не время думать об этом. Я отбросил эту мысль.

Ганелон созывал и строил войско. Я направился к ним.

Миновав убитых воинов Амбера и свою дружину, я подошел ккраю утеса. Внизу в долине еще шла битва, конница кружила, налетала, отступала,будто вода в половодье, словно насекомые, копошились пехотинцы.

Я достал колоду Бенедикту и вытащил карту с его портретом.Он подрагивал передо мной, и немного спустя состоялся контакт.

Бенедикт был на том же черно-рыжем коне, на котором гналсяза мной тогда. Он размахивал мечом, вокруг кипела битва. Перед ним оказался ещеодин всадник, и я не стал торопиться. Он коротко бросил:

— Жди.

Двумя быстрыми движениями меча Бенедикт разделался со своимпротивником, потом развернул жеребца и стал выбираться из гущи боя. Я заметил,что поводья его связаны в петлю и привязаны к обрубку правой руки. Емупотребовалось минут десять, чтобы выбраться на относительно спокойное место.Потом он поглядел на меня, и я понял, что он внимательно изучает окрестности замоей спиной.

— Да, я на высотах, — сказал я. — Мыпобедили. Эрик пал в бою.

Бенедикт молча глядел, ожидая продолжения. Лицо его невыдавало никаких эмоций.

— Мы победили, потому что я привел стрелковый батальон.Мне наконец удалось найти вещество, что взрывается здесь.

Глаза его сузились, он кивнул. Я чувствовал — он сразу жепонял, что это за штука и где я ее добыл.

— Мне о многом хотелось бы переговорить с тобой, —продолжал я, — но сперва следует думать о врагах. Если ты поддержишьконтакт, я перешлю тебе пару сотен стрелков.

Бенедикт улыбнулся и ответил:

— Поторопись.

Я подозвал Ганелона — он оказался совсем рядом. Велел емупостроить отряд в одну шеренгу. Он кивнул и отбежал, выкрикивая распоряжения.

Пока мы ждали, я сказал:

— Бенедикт, Дара здесь. Она сумела проследовать затобой через Тени, когда ты ехал из Авалона. Я хочу…

Он оскалил зубы и крикнул:

— Что за дьявольщина? Кто эта Дара, о которой ты все времятолкуешь? Никогда не слыхал о ней до твоего появления! Будь другом, расскажи!Мне хотелось бы знать!

Я слегка улыбнулся.

— Нехорошо. — Я покачал головой. — Я знаю оней все и никому еще не сказал, что у тебя есть правнучка.

Его губы и глаза невольно открылись.

— Корвин, — сказал Бенедикт, — ты или с умасошел, или тебя обманули. Насколько мне известно, у меня нет подобных потомков.А о том, что кто-то мог ехать следом за мной — знай, я прибыл сюда по КозырюДжулиана.

Конечно. Извинить меня могла лишь битва, захватившая все моевнимание. Дару нужно было перехватить немедленно. О битве Бенедикта, конечноже, известили с помощью Козыря. Зачем же тащиться на коне, когда можнооказаться на месте мгновенно?

— Проклятие! — вскричал я. — Она теперь уже вАмбере! Слушай, Бенедикт! Пусть Джерард или Каин передадут тебе войска. Ганелонпоможет. Приказы отдавайте через него.

Я огляделся. Неподалеку Джерард разговаривал с придворными.В отчаянии я позвал его. Он быстро повернул голову и бросился ко мне.

— Корвин! В чем дело? — крикнул Бенедикт.

— Не знаю! Случилась беда!

Когда Джерард подбежал ко мне, я сунул ему карту.

— Пригляди, чтобы войско отправилось кБенедикту! — сказал я. — Рэндом во дворце?

— Да.

— На свободе или в застенке?

— На свободе… если такое можно считать свободой: рядомс ним несколько стражей. Эрик все еще не доверяет… Не доверял ему.

Я повернулся.

— Ганелон, — крикнул я, — делай, что прикажеттебе Джерард. Он собирается послать твой отряд вниз к Бенедикту. И пригляди,чтобы люди повиновались ему. Мне срочно надо в Амбер.

— Хорошо, — отозвался он уже на скаку.

Джерард отправился за ним, а я опять развел веером карты.Нашел Козырь изображением Рэндома и сосредоточился. В этот момент наконецначался дождь.

В контакт я вошел почти моментально.

— Привет, Рэндом, — сказал я, едва его изображениеожило, — не забыл еще меня?

— Где ты? — спросил он.

— В горах. Мы только что выиграли свою часть битвы. И япосылаю подкрепление Бенедикту, чтобы очистить долину. А сейчас мне нужна твояпомощь. Перенеси меня к себе.

— Не знаю, Корвин, Эрик…

— Эрик мертв.

— И кто командует?

— А ты как думаешь? Перенеси меня!

Он быстро кивнул и протянул руку. Я подал свою, онисоединились в рукопожатии. Я сделал один шаг и оказался рядом с Рэндомом набалконе третьего этажа над одним из дворцовых двориков. Ограда былабеломраморной. Под нами были цветы, много цветов.

Я пошатнулся. Он схватил меня за руку и спросил:

— Ты ранен?

Я покачал головой и только тут понял, насколько устал. Впрошедшие ночи мне едва доводилось вздремнуть. Помимо всего прочего…

— Нет, — ответил я, переводя взгляд на своюокровавленную куртку. — Просто устал. А кровь — Эрика.

Рэндом провел рукой по светлым волосам и выпятил губу.

— Значит, ты наконец достал его, — тихо произнесон.

Я вновь отрицательно качнул головой:

— Нет. Он уже умирал, когда я оказался рядом. А теперьпошли! Живо! Это очень важно.

— Куда? В чем дело?

— К Образу, — ответил я. — Почему? Не знаю,просто уверен, что дело серьезное. Быстро.

Мы вошли во дворец и направились к ближайшей лестнице. Ееохраняли двое стражей, они вытянулись перед нами и мешать не стали.