Бегущие по мирам - Вера Чиркова

Дэс вернулся через пять минут. Я едва успела устроиться за письменным столом и написать на листе бумаги два слова: «список вещей» и поставить цифру «один».

Он налетел как вихрь, и я снова от души порадовалась, что чувствую его эмоции на расстоянии в несколько десятков шагов и заранее знаю, что ничего плохого не произошло, просто он успел соскучиться. А не то точно бы перепугалась.

– Меня не пустили, – блаженно ухмыляясь, заявил он, устраиваясь на диване со мной на коленях. – В три голоса заявили, что по моему лицу все за двести шагов можно понять.

Я посмотрела на его резко помолодевшее лицо и светящиеся счастьем глаза и вдруг поняла: если я его сейчас не нарисую, то потом буду жалеть всю оставшуюся жизнь. Что-то мне подсказывало, что моменты, когда такие мужчины перестают себя контролировать, долго не длятся. Например, такого глупого выражения лица, какое застыло у моего папы на свадебной фотографии, я не видела у него больше никогда в жизни. И поняла, в чем дело, только когда он признался, что в тот день Света сказала ему про меня. Про будущую меня.

– Отпусти меня и не шевелись, – скомандовала мужу и ринулась к столу за бумагой.

– Хорошо. Только я бежал предупредить, что сейчас придут гости.

– Запри дверь на засов и не открывай, пока не разрешу.

Я устроилась поудобнее, дождалась, пока он сядет напротив, пытаясь сделать серьезную мину, и поняла, что Света была в чем-то права. Чтобы мужчина расслабился, нужно выбить его из колеи.

– Пока я рисую, придумай пять имен для мальчиков и пять для девочек.

– Томочка… – ожил он через полминуты. – А зачем?

– Ну должны же мы как-то называть детей? – пожала я плечами, продолжая по памяти быстро набрасывать его самое счастливое выражение лица.

– Чьих?

– Наших, разумеется. – Я спокойно продолжала рисовать. – Чужих детей называют их родители.

– То есть ты хочешь сказать…

Вот чего он паникует?

– А ты что, не хочешь детей? – Вот оно, то выражение, которого немножко не хватало.

– Томочка… – Дэс уже сидел передо мной на корточках и осторожно откладывал в сторону рисунок, даже не посмотрев на него. – Ты понимаешь, о чем говоришь?

– А ты понимаешь, что этим вопросом ставишь под сомнение мои умственные способности, порядочность и любовь к тебе?

– Прости, просто ты не представляешь… Нет, я не против детей и очень хочу их иметь, в этом можешь даже не сомневаться. Но если ты решишь заводить ребенка сейчас, тебе придется отказаться от походов по мирам, так рисковать я не могу позволить.

Надо же, как быстро прорезались в его взгляде стальные сполохи непреклонной воли. Вот только я их уже не боялась.

– Конечно, милый, – сказала кротко, как могла, – но это я на всякий случай.

– Прости сто раз, я не успел объяснить: я же маг, ты защищена от всяких случаев. Но я сниму эту защиту по первому требованию.

Вот почему он смотрит так виновато, словно украл у меня игрушку? Я ведь просто хотела его отвлечь.

– Это ты меня прости, я же не знала, и… пока не снимай, иначе мы не сможем ничем помочь Найку.

В дверь постучали, мы переглянулись и дружно сказали:

– Минутку.

Я торопливо закалывала отчего-то растрепавшуюся косу, ища взглядом рассыпавшиеся шпильки, а Дэс энергично махал руками.

И в комнате просто на глазах восстанавливался идеальный порядок. А мои шпильки сами прыгнули на стол. Здорово, я тоже так хочу! Эх, и почему я не маг? Хотя быть ходящей мне тоже нравится, и даже, пожалуй, больше.

– Мы займем тот домик на берегу, – безапелляционно заявил Тиша, и никто не стал спорить, все равно бесполезно. Пробовали уже, когда леший, узнав, что мы собираемся временно поселиться в другом мире, спокойно объявил, что они пойдут с нами. – И не спорь, девонька моя, хоть ты теперь и при муже, но все же еще под моей опекой. Я вас со спокойного места сорвал, я за вас и в ответе, пока жизнь не наладится как следует. Да и помощи от нас больше, чем затрат, потому даже не спорь.

И вот теперь, когда мы облюбовали в покинутом мире под жилье отдаленную полузаброшенную усадьбу, Тиша принялся в ней командовать с видом рьяного управляющего.

Прежним жителям, старичку хозяину и его верной служанке, Дэс предложил мешочек золотого песка и перенос в отдаленную область, где те желали поселиться, и они от счастья едва не плакали. За старый дом и несколько гектаров заросших кустарником полей никто из местных не давал и медяка.

Зато нас тут устраивало все – тихая, довольно полноводная река, мягкий климат и время года, соответствующее русскому августу. А еще старый, неухоженный сад на склоне и еще более старый просторный запущенный одноэтажный дом, построенный в виде приземистой и широкой буквы «п».

По южному обычаю, у него на плоской крыше была устроена открытая веранда, в центральной части располагались кухня, гостиная и столовая, а в боковых – длинные коридоры с окнами во внутренний двор и выходящие в эти коридоры спальни.