В лабиринте тайн - Алла Соловьева

– Тогда это будет Марк Ланбин, – наконец сказал он.

– Когда экзамен? – едва слышно стекло с моих губ.

– Я сообщу. Во-первых, после нападения вампиров из подземелий стоит выждать время. – Юрий Петрович ненадолго задержал взгляд на висящей на правой стене старой картине, изображавшей сражение оборотня-волка и вампира. – Сейчас в мегаполисе затишье, но лучше убедиться, что они не появятся вновь, – продолжил он. – А во-вторых, у вас будет время подготовиться. Я попрошу кого-то из Хранителей-наставников позаниматься с вами дополнительно. Многие из приемов вождения вы свободно можете освоить на одной из тренировочных площадок.

Чувствуя себя грешницей и заговорщицей, я кисло улыбнулась. Фомин прав, многие из тренировочных площадок имитируют городские районы, заниматься там будет довольно легко.

– Спасибо за этот шанс, Юрий Петрович, – тихо поблагодарила я.

– Жду от вас отдачи, Злата. И еще! – Он подошел к полке, заставленной серебряными статуэтками, которые, как я уже знаю, принадлежат ему. Жилистые руки бережно подхватили «Щит и клинок». – Вас не было на церемонии награждения. Вы ведь не против, что ваша награда постояла вместе с моими?

Перестав дышать, я наблюдала за его приближением. Обретение статуэтки – огромное событие в жизни Хранителя света, а для студентов – ранее недосягаемое. Не думала, что награждена буду и я. Холодное серебро коснулось рук. Совсем не тяжелая – граммов сто, не больше. Красивая награда: маленький гладкий щит, вертикально стоящий на крошечной подставке, а на нем клинок с направленным вниз лезвием. Внезапно я насторожилась. Сознание начало прокручивать образы: серебряные клинки и щиты на поясах костюмов для трансформации; жетоны гардероба; пряжки с таким изображением; статуэтки и даже виды печатей на некоторых документах. «А нет ли связи: Атрэм и защита верлафов с нашей эмблемой?» – пронзила внезапная мысль. Там клинок… здесь клинок… и два щита в придачу. Совпадение? Я стала вспоминать, что знаю о нашей награде, но поняла, что знания ограничены. Впервые серебряная статуэтка была вручена главой клана верлафов Темиром Латием не так давно – всего восемьсот лет назад, но корни самого символа имеют древнее происхождение, мало того – уходят далеко в прошлое, как и сама защита нашего города. Снова совпадение? Резко тряхнув волосами, я внезапно подумала о Серебряной книге верлафов. Может, сон – это подсказка? Попытаться найти что-то об Атрэме в древнем фолианте? Только вот добраться до книги невозможно, хотя информацию об эмблеме можно поискать и в библиотеке. Я вертела в руках статуэтку. Крохотная гравировка привлекла особое внимание. Имя, фамилия и серебристая надпись «За заслуги перед кланом».

– Заслуги перед кланом? – растерялась я.

– Уничтожение Охотника, вампиров из подземелий, а от себя я бы добавил и приний мракауров. Не совсем ваша заслуга, но все же. – Фомин улыбнулся. Крошечные морщинки собрались в уголках глаз. И столько в этом взгляде тепла и гордости, что я невольно улыбнулась сама.

– Сила! Скорость! Жизнь! – ответила я девизом Хранителей. Слышала, что именно так отвечают при получении награды.

Юрий Петрович по-отечески похлопал меня по плечу.

– Когда появилась эмблема «Щит и клинок»? – спросила я, разглядывая статуэтку. Собиралась сходить в библиотеку, но, может, Фомин расскажет. – Странно, что на уроке истории вампиров нам никогда не говорили о ней.

– Пытаетесь найти связь эмблемы с Атрэмом? – проницательно спросил директор.

Я едва рот не открыла. Не удивлюсь, если узнаю, что Юрий Петрович тщательно скрывает еще одну способность – читать мысли.

– Откуда вы… – начала было я, но директор неопределенно пожал плечами.

– Появилось такое предположение, когда увидел клинок, – пояснил он. – Тоже решил, что есть сходство, но боюсь, что информация об эмблеме утеряна очень давно. Полторы тысячи лет назад в библиотеке случился незначительный пожар. К счастью, ценные книги не пострадали, сгорели лишь учетные записи и несколько летописей. Не могу сказать точно, но, думаю, именно тогда и была утрачена информация об эмблеме. Но это всего лишь мои домыслы. Зачем вам информация об Атрэме, Злата? – вроде бы невзначай спросил Фомин.

– Наверное, затем, что я способна подавить его силу, – осторожно ответила я. – Клинок пугает, завораживает и, судя по всему, нужен Виктору. А мы не знаем о нем ничего.

– Я понимаю вас, – задумчиво кивнул директор. – Вот только информации о нем нет.

– Может, что-то есть в Серебряной книге? – поинтересовалась я. – Раньше мы не знали о предмете. Но теперь у нас есть клинок, надпись «Атрэм» и упоминание в сказании о крепости Ветров. Возможно, существует что-то еще!

Фомин вернулся за стол, сел в кресло и с любопытством посмотрел на меня.

– Должен признать, что вы сумели многое сопоставить. В сказании действительно упомянут Атрэм, но это единственное упоминание, больше в Серебряной книге ничего нет. Знаете, где я провел эту ночь, Злата? – Фомин загадочно подмигнул и тут же ответил: – В хранилище академии! По просьбе Николая я изучил каждую страницу заново, но об Атрэме ничего не нашел.

Я вздохнула. Сон, приснившийся ночью, начал вызывать беспокойство. А ответ Фомина меня не удовлетворил. Возможно, зря я цепляюсь за странную картинку из сновидения, но что-то не давало покоя.

– А я не могу на нее взглянуть? – Смущенно перебирая пальцы, я потупилась.

Долго и проницательно Фомин сверлил меня взглядом. Ох и глупый вопрос. Прямо сейчас он вручит мне книгу, да еще и с пояснениями.

– Думаете, я что-то пропустил? – усмехнулся Юрий Петрович. – Вы же знаете, что это невозможно, Злата. К тому же она написана на древнем языке верлафов, и вы не поняли бы ни слова.

– Не знала, что у верлафов есть древний язык, – удивилась я, вспомнив непонятные значки и черточки.

– Просто никогда не интересовались этим, – улыбнулся Юрий Петрович. – В библиотеке есть книги о древней письменности.

Закивав китайским болванчиком, я вздохнула. Другого ответа о Серебряной книге я не ждала, но спросить все равно стоило. Фомин вновь взялся за карандаш. Поднявшись, я собралась попрощаться, но Юрий Петрович заговорил:

– Да, Злата. Чуть не забыл! С вами хотел бы встретиться и поговорить советник Ашикунда.

Удивленно глянув на директора, я нахмурилась, попутно стараясь вспомнить, о ком говорит Юрий Петрович, но этого имени или фамилии мне слышать не доводилось. Да и зачем я понадобилась советнику?

– Если нужно, встречусь. – Я растерянно пожала плечами.

Фомин кивнул и молча склонился над картой, давая понять, что разговор окончен. По крайней мере, мог бы хоть что-то объяснить.

Попрощавшись, я выскользнула за дверь. Повертев в руках статуэтку, не нашла ничего лучше, кроме как положить ее в рюкзак. Звонок прозвенит минут через пятнадцать, и нужно успеть приготовиться. Не успела я подойти к нужному кабинету, как позади послышались быстрые шаги. Крепкие руки обхватили за талию, приподняли вверх. Ноги зависли в воздухе. За спиной раздался счастливый смех, и меня закружили. Видеть того, кто меня схватил, необязательно. Я мгновенно почувствовала Романа, и не его одного. Павел Самохин, Алина Вересова, Влад Каракозов и, что неожиданно, Стас Ким и Ринат Размаев, наблюдая за моим полетом, ухмылялись во весь рот. Присутствие Кима и Размаева выбило из колеи. В числе моих друзей они никогда не числились и в нашу компанию не входили. Что удивительно, остальных это вроде бы не смущает.